Джеральдина - Марта Поллок

Ее охватил гнев. Да, подруга знала, что Александр здесь, знала, что он ее ждет… и послала вместо себя ее. Но зачем? Рассчитывала, что она, вся во власти переживаний из-за предательства жениха, не сможет не посочувствовать чужому человеку? Неужели хотела таким образом свести ее со своим бывшим мужем?! Чтобы он утешил ее, а она его, и таким образом обезопасить себя?.. Нет, не может этого быть!

– Как выглядишь?.. Хорошо, – выдавила она, хотя в полутьме холла вряд ли можно было что-то толком разглядеть. – Александр, я…

– Хорошо, что ты здесь, красавица. – Его слова, произнесенные не без иронии, прервали попытки Джеральдины что-то объяснить. – А я все гадал, приедешь ты или нет. Ведь ты так… занята. Не то что я.

У Джеральдины пересохло во рту. Она перевела взгляд на окно с поднятой ею шторой и с тревогой заметила, что снаружи уже ночь, что собрались грозовые тучи и на оконном стекле вновь появились капли дождя. Она вдруг осознала всю опасность своего положения и невольно отступила на шаг.

– Добро пожаловать! – раздался, снова напугав ее, незнакомый голос.

Словно почувствовав ее страх, Александр Маккеллэни уверенно направился к ней.

– Почему бы нам не пройти в библиотеку?

Там можно чего-нибудь выпить перед едой. И вообще, удобнее разговаривать в уютной обстановке, с бокалом в руке.

– Да, но… – Джеральдина с тоской посмотрела на закрытую дверь.

Совершенно ясно, мужчина пьян, и сильно. Алкоголики часто бывают агрессивны, порой просто опасны. Голос, такой привлекательный прежде, совершенно изменился. Где интонации, завораживающе действовавшие на радиослушательниц? Вот что творит с человеком проклятый алкоголь!

Мне нельзя здесь оставаться, в ужасе думала Джеральдина. Но как уйти, не дав ему догадаться, что Каролина в очередной раз его одурачила? А может, он и не надеется, что она останется? Ну конечно же, он понимает, что бывшая жена никогда не согласится провести с ним наедине ночь в пустом доме.

А вдруг он просто пригласил ее на обед, поговорить о… О чем? О прошлом? Вряд ли. О ее работе? Тоже маловероятно. О разводе?

Джеральдина вздохнула с некоторым облегчением. Да, наверное, дело в этом. Александр хочет поговорить о прошлом разводе. Может, он встретил женщину и собирается на ней жениться. Какую-нибудь местную островитянку. Этакую послушную и приветливую простушку, которая спит и видит, как будет самозабвенно любить мужа и воспитывать его детей…

– Каролина, ты будешь за все наказана Богом. Богом и мной!

Похоже, все много хуже, чем она ожидала!

Александр подошел совсем близко, и в ярком свете хрустальной люстры Джеральдина увидела его глаза, спрятанные за темными стеклами очков. Глубоко посаженные глаза с тяжелыми веками, такие пронзительные, что, хотя она и знала, что он сильно пьян, однако не могла отделаться от ощущения, что Александр видит ее насквозь.

По его загорелому лицу становилось ясно, что он частенько бывает в южных странах, под щедрым тамошним солнцем. На нем была клетчатая рубашка апаш. На широкой груди на тонкой золотой цепочке висела монетка.

Хотя он и был похож на того Александра Маккеллэни, которого она представляла себе по фотографиям, в жизни мужчина производил какое-то странное, волнующее впечатление. И теперь Джеральдина поняла, почему Каролина после окончания колледжа так хотела стать его женой.

Семь лет назад она удивлялась честолюбию Каролины, побудившему ее уйти от мужа к Фрэнку Коллинзу, который значительно уступал Александру в мужском обаянии. Джеральдина Коллинза хорошо знала, и он ей совершенно не нравился – мелкие черты лица, слишком высокий лоб, оттопыренные уши. Не только необаятелен, но, на ее взгляд, еще и начисто лишен банальной мужской привлекательности…

– Пойдем!

Александр протянул ей руку, и Джеральдине ничего не оставалось, как пойти через холл к двери в библиотеку. Самостоятельно пойти, не под руку же! Хозяин дома постоял какое-то мгновение, потом она услышала за спиной его шаги.

Библиотека оказалась очень просторным помещением. Но чувствовалось, что ею давно не пользовались: воздух отсырел, и даже пахло плесенью. Но в камине уютно потрескивал огонь, а через какое-то время Джеральдина различила приятный запах гаванского табака.

Две стены и еще половина третьей, где находилось зашторенное сейчас окно, были полностью заставлены книжными шкафами. Четвертую стену занимал огромный камин и пара застекленных витрин из темного дерева, с коллекцией шахматных фигур из нефрита, слоновой кости, черного дерева и серебра. Еще в библиотеке помещался ломберный стол, на котором стоял поднос с напитками, рядом с ним стул с кожаным сиденьем, а у камина, друг против друга, два кресла, обитые зеленым бархатом. На полу лежал старинный персидский ковер с выцветшим от времени рисунком, изображающим цветущий сад.

Джеральдина неуверенно остановилась посередине комнаты и услышала, что Александр закрыл дверь. Потом он подошел к ней и указал на кресла у камина.

– Присаживайся, – пригласил он и нетвердым шагом направился к столику с напитками.

Девушка села, отчасти потому, что чувствовала предательскую слабость в ногах, отчасти потому, что так была дальше от Александра.

Забавно, конечно, выступать в роли миссис Маккеллэни, но она не знала, чего ожидать от хозяина дома, и это не могло не тревожить.

У Джеральдины опять возникло искушение признаться, кто она, но, когда она увидела, как Александр возится с бутылками, передумала. Он явно хотел выпить еще. Наконец мужчина повернулся к ней и спросил:

– Ну, что будешь пить? Виски, джин, водку? Или твой любимый напиток? – Александр вдруг горько усмехнулся:

– Или у тебя переменился вкус?

Джеральдина засомневалась. Насколько она знала, любимый напиток подруги – это сок горького лимона, иногда с вермутом, если позволяли калории.

– Пожалуй, мой любимый напиток, – неуверенно ответила она и, когда он подал ей бокал, содержимое которого внешне напоминало кока-колу и сильно пахло ромом, судорожно сглотнула. Наверное, здесь еще и бакарди, подумала она и, когда попробовала, поняла, что права.

– Да, красавица, вот я тебя и увидел. – Александр плеснул в свой стакан виски. – Сколько зим, сколько лет! Нравится тебе здесь?

Джеральдина кивнула, вспомнила, как давно Каролина не посещала этот дом, и тихо сказала:

– Да…

– Знаешь, ты не такая агрессивная, как я думал, – продолжал Александр удивленным тоном, опершись локтем руки, в которой держал стакан, на край стола. – Я знал, что ты приедешь, но не думал, что так сразу… Пей, пей!

Джеральдина отпила еще глоток, чтобы придать себе храбрости. Итак, она права: Александр просил Каролину приехать. Но зачем?

Сообщил ли он ей об этом?

– Ну, как тебе тут теперь, тепло? – спросил он, и, поскольку это была менее опасная тема, Джеральдина нашлась, что ответить.