Принцессам зеркала не врут - Татьяна Тронина

– Какая еще Рапунцель? – прыснула Оля, стараясь не привлекать к себе внимания.

– Ну, как в детской сказке – «Рапунцель, Рапунцель, спусти свои косоньки». Про девушку в башне. Или Феона. Принцесса Феона из мультфильма «Шрек». Ты его смотрела? Я могу дать кассету.

– Феона, – задумчиво повторила Оля. – Феона. А что? Неплохое имя.

Салон, в котором работала тетя Зина, находился в соседнем доме. Оля там никогда не была, обычно она стриглась в парикмахерской у метро, где всегда очередь и мужчин и женщин стригут в одном зале. Тетя Зина все время предлагала зайти к ней, но мама почему-то отказывалась и говорила, что нельзя эксплуатировать друзей, и очень редко пользовалась услугами своей подруги. Вот только недавно решилась сделать у Зины это свое колорирование, которое было обычным окрашиванием, правда, в разные цвета, близкие по оттенку, – вроде бы ничего особенного, но на самом деле волосы переливались на солнце то каштановым, то шоколадным, то чуть рыжеватым…

Оля вошла в салон, стеклянная дверь мягко захлопнулась за ее спиной, нежно звякнул колокольчик.

– Вы к кому, девушка? – поднялась навстречу Оле красавица с длинными смоляными волосами, такими блестящими, будто их покрыли паркетным лаком.

– К тете Зине, ой, к Зинаиде Анатольевне!

– Минутку.

Красавица вышла, а потом вернулась с тетей Зиной. На тете Зине был светло-голубой халат, который делал ее похожей на большое облако.

– Оленька! – взвизгнула она, прижав к себе Олю пухлыми руками. – Решилась! Ты не бойся, сейчас мы из тебя конфетку сделаем!

– Я и не боюсь, – мужественно сказала Оля.

Тетя Зина привела ее в небольшой зал, где все было в зеркалах и мраморе, а с потолка свисали необыкновенно красивые светильники в виде лиан и пахло, словно в тропическом лесу, – сладко и сильно, даже чихнуть захотелось.

Посетителей в этот дневной час не было, и поэтому все внимание устремилось на вновь вошедшую.

– Это дочка моей подруги! – торжественно сказала тетя Зина. – Надо сделать из нее конфетку. Она влюбилась!

Оля покраснела, но женщины, которые работали в салоне, вдруг закудахтали и окружили Олю, словно им делать было нечего. Но им действительно сейчас нечего было делать.

– Я ей могу маникюр сделать! – сказала одна, тоже в голубом халате.

– А я – специальную маску для лица, для проблемной подростковой кожи! – воскликнула другая.

– Но у меня нет особых проблем, – смущенно пробормотала Оля.

– Проблемы у всех есть! – с воодушевлением воскликнула косметичка, словно ничего важнее ее профессии в мире не было. – Кожа будет как персик!

Оля и не заметила, как ее посадили в кресло и стали его вертеть в разные стороны.

Из отдельного кабинета вдруг вышел массажист в китайском халате, строго посмотрел на всех.

– Не перестарайтесь! – сурово сказал он. – А то сейчас такую куклу Барби сделаете, что смотреть тошно будет.

– Она влюбилась! – пискнула тетя Зина. – На нее должны обратить внимание.

– Кто он? – все так же сурово спросил массажист. – Ну, какой у него характер, что он за человек, тот, в которого ты влюбилась?

Оля совершенно не знала Никиту, и ей очень неловко было от того, что все внимание было обращено на нее, но она сказала:

– Он серьезный и романтичный юноша. И он равнодушен к Бритни Спирс.

– Девочки, вам ясно? – рявкнул массажист. – Никаких конфеток! Сделайте из нее… кто ему нравится?

– Принцесса Феона из мультфильма «Шрек», – вдруг выпалила Оля.

– Сделайте из нее, как ее там… принцессу Феону! Кстати, как она выглядела?

Никто не помнил.

– У нас плакат есть! – вдруг вспомнила одна из женщин. – Сейчас принесу!

«Трудный возраст» – не раз слышала Оля в школе от учителей, она хорошо представляла, что это такое. Если ты девчонка, то злишься и плачешь без причины, и иногда тебе кажется, что ты одна в целом мире и никому из взрослых нет до тебя дела. Вот Муся – она часто обижалась, и по любому поводу из ее глаз брызгали крупные, точно горох, слезы. О себе Оля знала, что она никогда не станет кукситься по пустякам. Но была другая проблема.

Обычно о ней Оля не вспоминала, потому что жизнь ее текла по размеренному, привычному руслу – школа, дом, бабушка, прогулки с Мусей по знакомой улице – одни и те же люди вокруг, одни и те же разговоры. Но иногда на нее нападала страшная неуверенность, когда в этом мире что-то менялось. Вот и сейчас, после посещения салона красоты, Оля чувствовала, как ее бьет дрожь и страшно выйти на улицу. Но вовсе не потому, что в салоне из нее сделали чучело, совсем даже наоборот – Оля смотрела сейчас на себя в зеркало и жутко трусила.

Из зеркала на нее смотрела хорошенькая, с идеальной фарфоровой кожей девушка. В салоне ей сделали макияж – неяркий и естественный, но который странным образом преобразил ее.

А когда тетя Зина предложила покрасить волосы, Оля сначала отказалась, но тетя Зина со смехом сказала ей, что никаких глобальных перемен не произойдет.

– У тебя очень хорошие волосы, длинные и густые, как у твоей мамы, – важно произнесла тетя Зина. – Но цвет…

– Что – цвет? – не поняла Оля.

– Цвет у них какой-то неопределенный. Ни темный и ни светлый, а так – серединка на половинку, что-то совершенно неинтересное. Кстати, у большинства женщин такой цвет волос.

– Что же делать?

– А мы их чуть-чуть изменим. Будут, как у твоей принцессы – с золотистым оттенком. Не бойся, в розовый или синий цвет никто тебя красить не станет, да и мама твоя, пожалуй, по головке меня не погладит, если я сделаю с тобой что-то радикальное.

Волосы теперь у Оли были действительно замечательные, с золотистым оттенком, как будто в них запуталось солнце. Тетя Зина слегка подровняла концы, а потом уложила волосы в пышную косу. Но это была совсем особенная коса, не такая, как у толстой отличницы Денисяк, – Олина коса была объемной, да к тому же украшенной необыкновенными заколками, которые тетя Зина использовала для свадебных причесок, а сверху она еще побрызгала специальным лаком с блеском.

Маникюрша сделала Оле маникюр, до того Олю чуть-чуть подержали в солярии… словом, теперь она была совершенно другим человеком.

Массажист Майкл, который принимал во всех хлопотах деятельное участие – он давал советы, наказал Оле надеть что-нибудь зеленое, по фигуре.

– Есть у тебя такое? – сурово спросил он. – Как у принцессы этой?

Он ткнул пальцем в плакат, который повесили на стену.

– Да, – сказала она. – Есть.

– Тогда он перед тобой не устоит!

Дома она позвонила маме и попросила разрешения надеть ее зеленый костюм и любимые босоножки. С недавних пор мамины вещи стали Оле как раз, да и размер ноги совпадал. «Скоро меня станут принимать за твою дочку!» – смеялась мама.