Чувственная пытка - Воск

Я добежала до своего кабинета и вытащила из ящика злосчастный телефон. Ну точно, это она. Стоит только подумать про Светланку, как она тут как тут, звонит в дверь или по телефону.

– Да. Слушаю.

– Где тебя носит? Я уже трубку собралась бросить. Тебя спасло то, что я отвлеклась на разворот мужского нижнего белья, – начала наезжать моя драгоценная.

– Чего это ты с утра пораньше наяриваешь? Что случилось, а? – не осталась я в долгу. Не люблю, когда меня ни за что начинают распекать.

– Соскучилась. А ты нет? – недовольным тоном выдала она.

– Я-то тоже, но не с утра же пораньше, – пошла я в контратаку.

– Ладно. Не бурчи. Как у тебя дела? – сменила она гнев на милость.

– Ты только для того и звонишь, чтобы поинтересоваться как у меня дела? – задала я встречный вопрос.

– А что? Имею право. Ты же моя единственная подруга.

Еще бы. Ведь остальные у нее друзья. Вернее, любовники. Либо бывшие, либо настоящие, либо будущие. Светлана женщин терпеть не могла. Считала их конкурентками, впрочем, как и мужчин, которые западают на мужчин. Она так и говорит про геев – «мои конкуренты». Мол, мужиков и так мало, а если их еще и мужики будут уводить, то порядочным женщинам вообще не останется из кого выбирать. Либо заняты, либо дураки (наркоманы, пьяницы и так далее – список можно продолжить), либо ни на что не годные бездельники. Хотя чем ей безрукие не угодили, я не знаю, поскольку интересовали ее мужчины лишь в одной плоскости – горизонтальной. Все остальное время занимала работа. А в постели, с ее же слов, у мужчины должен работать центральный орган. Впрочем, как и пальцы с языком.

– Так ты же не горишь особым желанием заводить других.

На работе она со всем женским коллективом держалась холодно и отстраненно.

– Мне конкурентки не нужны. Я тебе сто раз говорила, – возмутилась подруга.

– А как же я? – насмешливо поинтересовалась у Светланы.

– Ты вне конкуренции, – это была ее коронная фраза.

Меня она действительно не воспринимала как угрозу ее популярности у мужчин и, наоборот, всячески старалась пристроить в хорошие руки.

– Да ладно, – улыбнулась я в ответ.

– Как там твое новое начальство? – перепрыгнула она на другую тему.

– А фиг его знает? Я еще с ним не встречалась.

– Как так? Ты же говорила…

– Я-то, может, и говорила, но меня вчера отправили по делам куда подальше, вот я и не в курсе событий, телефон вчера на работе забыла. Так что информацией я пока не владею. Скоро народ подтянется, тогда и узнаю.

– Тьфу на тебя, а я тут себе нафантазировала, что новый шеф у тебя красавчик…

– Опять начинаешь? Я же тебе сколько раз говорила, что в своем стаде я овец не собираюсь тягать. В любом случае. Это только ты можешь, – упрекнула Светланку.

– И что тут такого? Приятное с полезным, – голосом бедной овечки выдала подруга.

– А дальше как с этим быть? Как встречаться? В глаза смотреть?

Этот вопрос меня интересовал в первую очередь.

– А чего в них смотреть? Ты лучше на другое смотри, – села Света на своего конька.

– Давай перестанем переливать из пустого в порожнее. Сколько можно? Сама разберусь. Не маленькая, – сказала я.

– Вот учишь тебя, учишь, а все как об стенку горох. Сколько у вас хорошеньких мальчиков? Небось, много? А ты все теряешься.

– Света, кончай. Надоело. Мне работать надо.

Если ее не прервать, то это надолго. Бывают у нее подобные заскоки, когда стремится поучить, как жить дальше.

– Давай встретимся? – пока я не бросила трубку, спросила подруга.

– Давай! Только предварительно созвонимся ближе к концу недели, – предупредила я.

И разговор закончился.

* * *

Офис стал потихоньку заполняться народом, входящие и проходящие мимо открытой двери здоровались. Я отвечала кивком головы, но по возможности старалась не отвлекаться на входящих.

Мимо пробежала Ларочка. Наша местная достопримечательность – разносчик свежих сплетен.

Заглянула ко мне.

– Видела? – томно поинтересовалась она.

– Кого?

Меньше всего меня интересовали ее вопросы.

– Аполлона, кого еще? – девушка фигурально закатила глаза под потолок. – Красив. Бог. Просто бог. Наши девочки все растеклись, как только увидели.

– Ну не знаю… – протянула я.

Конечно, я рассматривала статую Аполлона в Помпеях, но меня особо не впечатлило. Слишком женоподобно. Вот совершенно недавно я наблюдала гораздо более привлекательную мужскую фигуру, может быть, не с таким красивым лицом, но не это же самое главное. Еще моя бабушка говорила, что с лица воду не пить.

– Ой, тебе не угодишь. Вечно все не так, – надув губы, проговорила Ларочка и, сделав вид, что обиделась, удалилась.

Чего это она с утра пораньше стала размышлять на тему древнегреческой мифологии? Может, куда в отпуск собралась? Да проспектов насмотрелась на ночь глядя. А теперь ее колбасит не по-детски? Вообще-то, это ее проблемы. Отмахнулась от мыслей и занялась своими делами.

Следующим ко мне забежал Стас из технического отдела. Тихо прикрыв за собой дверь, заговорщически прошептал:

– Юнка, ты видела его глаза? Просто обалдеть. Я просто тащусь. Может, он в теме? А? Как ты думаешь? Ну, или хотя бы «би».

Наш Стасик был отличным малым, спецом от Бога. Мог починить все что угодно. Начиная от автоматической ручки и заканчивая компьютером с его хрупкими микросхемами. У Стасика был один существенный недостаток. Он очень любил красивых мужчин. Хотя никому о своей пагубной страсти в офисе не рассказывал и в свой внутренний мир не посвящал. У нас никто, кроме меня, не знал о специфических пристрастиях Стаса. Распознать в нем гея было трудно. Обычный парень. Не слишком ухоженный, не всегда бритый, зачастую погруженный в свои мысли, иногда дурно пахнущий (ну, это на мой вкус, а кому-то, может, и нравится).

Мы с ним по-приятельски общались на разные темы. Не знаю, что у нас было общего, но, несомненно, что-то сближало. Может быть, потому что я, будучи свободной, никогда не заглядывалась на него как на мужчину. А может, по той причине, что однажды застала его после работы в туалете возле переговорной с опасной бритвой в руках, режущим вены из-за несчастной любви. Я тогда еще вызвала карету скорой помощи и наплела с три короба, что Стас порезался осколками стекла из разбитого окна. История сомнительная, все окна у нас в офисе пластиковые, и разбить их достаточно трудно. Фельдшер, конечно, мне не поверил, как и врач, который накладывал швы, но история широкой огласки не получила и была похоронена между мной и этим парнем.

– Стас, ты сейчас о ком? – строго переспросила я, сделав серьезное лицо.