Я все еще люблю Тебя - Екатерина Мединская

– Вы не хотите войти в дом? – обратилась Кира.

Он обернулся на ее голос и удивленно заморгал:

– Вы уже проснулись?

Кира поняла, что речь идет о Нике.

– Да, мы рано просыпаемся.

– Тогда я войду, если ты не возражаешь, – сказал он.

Кира впервые видела беспощадного Круза таким мягким. Его тон, манера общения изменились. Ее смутило такое поведение человека, от которого она ожидала совершенно другого.

Он быстро проследовал в ее дом. Киру отвлек курьер, который подвез газеты, пришлось в спешке забрать корреспонденцию. Она часто поглядывала на дверь. Почти вбежала в дом, а затем опешила и застыла на месте: самый безжалостный, прагматичный, циничный человек делового мира сидел на ее диване и держал на руках ребенка. Круз радостно улыбался, глаза его сияли от восторга, он ласково разговаривал с ее сыном и качал на руках. Ник по обыкновению отвечал деду взаимностью и улыбался беззубой улыбкой в ответ. Пожилой мужчина и ее малыш смотрели друг на друга серо-голубыми глазами.

– Хе-хех! – эмоционально рассмеялся Круз. – Это мой внук, теперь я это вижу.

Кира медленно подошла к мужчине. Она не хотела доставлять Крузу удовольствие заметить ее панику от увиденной картины. Словно эпизод из страшного кошмара, который так часто снился.

– Дайте мне малыша, – попросила она безапелляционным тоном.

Но Круз не стал ее слушать.

– Брось, Кира, я не сделаю ему ничего плохого, – сказал он с мягкой улыбкой на лице, которая абсолютно меняла его внешность.

От улыбки возле глаз появлялись глубокие мимические морщины, которые делали лицо Круза в этот момент добрым и веселым. Только сейчас Кира поняла, что следы морщин на его лице в основном от разных эмоций, таких как гнев, раздражение, веселье. Но складки возле рта, «паутина» возле глаз и глубокие морщины на лбу и переносице не старили его, а делали черты его лица более резкими и жесткими.

– Не бойся меня, Кира, теперь можешь не бояться.

Женщина едва сдержала свое негодование. Как он смеет заявлять подобное, словно делает ей одолжение своей снисходительностью. Она не нуждается в его покровительстве или защите. Единственное желание – это как раз избавиться от всякой вероятности встреч или пересечений интересов.

– Похоже, вы неправильно поняли меня вчера. Я отдаю деньги вашей семье и в обмен требую оставить меня и ребенка в покое. От вас необходимы гарантии, что ни при каких обстоятельствах ни вы, ни члены вашей семьи не станете беспокоить меня или моего сына.

Круз наблюдал за решительно настроенной молодой женщиной. Кира стояла в шаге от него и всем видом давала понять, что ей неприятно видеть сына у него на руках. Он и сам понимал нелепость своего поведения в сложившихся обстоятельствах. Но стоило войти в этот дом и увидеть малыша, как неведомая сила притянула его к манежу. Он посмотрел на улыбающегося ребенка, взглянул в его блестящие серо-голубые глаза и словно возвратился в прошлое – в тот день, когда держал на руках своего сына Алекса.

– Я все прекрасно понял, Кира, – сказал спокойно в ответ на ее категоричное заявление. – Видишь ли, не каждый день приходится знакомиться с внуком, пусть и при таких неприятных обстоятельствах.

– Как я должна расценивать ваши слова? Вы отказываетесь от моего предложения? – со всей присущей ей в этот момент нетерпимостью в голосе заявила Кира.

Круз словно не услышал ее, он продолжал играть с малышом.

– Какое имя ты дала моему внуку? – спросил он между прочим.

– Вы собрались играть со мной в шарады, мистер Круз? Если это так, то я считаю ваше поведение недопустимым. Прошу покинуть мой дом, – сказала она, чеканя каждое слово.

– Ты склонна к излишней эмоциональности. Считаешь меня угрозой для себя и моего внука. Но успокойся, не нужно горячиться. Твое предложение хорошее. И ты правильно просчитала большую вероятность успеха сделки для тебя. Но неужели ты думаешь, что я легко забуду о существовании своего внука? Для меня это несвойственно.

– Я не понимаю. У вас два женатых сына, скоро внуков будет полный дом. К чему такое трепетное отношение к незаконнорожденному ребенку?

– Кира, твое практичное мышление можно уверенно назвать жестокостью. Какая разница, сколько внуков у меня будет, ведь все они для меня станут любимыми.

Круз утаил плачевность ситуации. Пока у него чудом появился только первый внук. От Эндрю он уже никогда не дождется детей. Алекс – строптивый по натуре, избирательный и неконтролируемый, тоже не оставлял шансов получить наследника в ближайшее время. Какая удача, что Кира забеременела, и слава Богу, что она оставила ребенка.

– Для меня это недопустимо. Мой сын не будет иметь с вашей семьей ничего общего.

– Ошибаешься, – сказал Круз со всей свойственной ему строгой убедительностью. – Я не допущу, чтоб ты натворила глупостей.

Кира пошатнулась как от удара. Разговор принял неожиданный и весьма неприятный для нее поворот. Круз, похоже, всерьез решил стать Нику дедом. Только это недопустимо, невозможно.

– А как насчет денег? Вы забыли, что я не отдам вам их? Нам предстоят долгие и скандальные выяснения отношений в суде, – начала наступление Кира.

Она давила на больную мозоль Круза.

– Судов не будет. Сразу после экспертизы, подтверждающей отцовство Алекса, я намерен признать твою долю с последующей передачей моему внуку.

Кира застыла в отупляющем изумлении второй раз за это утро настолько, что сразу не нашла что ответить. Ей не приходило в голову подобное развитие событий. Она считала, что Круз схватится за возможность избавиться от незаконного внука, да еще и легко решить спор с наследством. Но вот он – шах и мат. Круз знал, что нужно действовать быстро, пока она не пришла в себя.

– Я знаю, что звучит весьма непредвиденно. Но мое предложение выгодно не только нам с тобой. Мы вместе сможем защитить интересы моего внука и обеспечить его безбедное существование в будущем. Когда он подрастет, то сам решит, как распорядиться своей долей в компании. Возможно, захочет занять свое законное место в семье, которой принадлежит. Я не собираюсь от него отказываться. Более того, приму активное участие в его воспитании.

– Это абсолютно исключено! – спохватилась Кира и забрала сына из рук Круза.

– Почему? Ты обрекаешь моего внука на бедность и стремишься изолировать его… от кого? От Алекса? От меня? Будь здравомыслящей женщиной! Мы должны сплотиться ради престижного будущего твоего ребенка.

Глубоко в душе она понимала, что Круз прав. Но как найти в себе силы и сломить свою чертову гордость? Как заставить себя пройти через все трудности и испытания, связанные с неизбежным столкновением отца и сына? Нет, она вопреки всему хотела спрятаться, замкнуться. Кира не могла даже допустить мысли, что увидит Алекса вместе с женой. Это станет для нее хуже самого ада.