Беременна от миллионера - Анастасия Соловьева

— Лёва понимает, что ты не просто отец моего ребёнка, но и очень важный человек в моей жизни. Он смотрел видео с тобой и сказал, что ты крутой. И мне будет хорошо с таким умным мужчиной, как ты.

— Ого! — только и могу произнести я.

— Да. Прогресс налицо. А по поводу нового года… Надо будет у Лёвы уточнить. Готов ли он от нашей традиции отказаться.

Лара хватается за палочки и съедает ещё несколько роллов. К безалкогольному вину никто из нас не притронулся.

— Ты поэтому меня домой сразу привёл? Чтобы предложить нам съехаться? — играет она бровями.

— Да. Показалось, что такие вопросы нужно решать в спокойной обстановке.

— Что ж, ты абсолютно прав. Боже, как я хочу на мгновение стать безрассудной девчонкой и ответить тебе: «Да, да, Рус, я согласна!» Но в этом минус родительства: нельзя всё решать в одиночку.

— Ты сильно из-за этого страдаешь?

— Нет, конечно. Лёва — лучшее, что когда-либо со мной случалось. Любовь к собственному ребёнку невозможно с чем-то сравнить. Это особенное чувство, оно переворачивает твой мир с ног на голову, и ты уже никогда не будешь прежним после того, как впервые увидел своего малыша, — на её глазах выступают слёзы. — Я не была готова, когда забеременела Лёвой. Вообще тогда о детях не думала.

— А сейчас?

— Два пацана — это прекрасно, — улыбается она. — Но девчушку я тоже хочу.

— Значит, она у нас будет, — уверенно говорю я. Сажусь рядом с Ларой, вытираю её мокрые щёки, целую солоноватые губы. Она всхлипывает и обнимает меня за шею. Тянется ко мне, прижимается, отвечает на поцелуй жадно и горячо.

— Ты готов взять на себя такую ответственность? — шутливо спрашивает она. — Учти, я сразу не побегу за третьим. Годик-второй хочу отдохнуть.

— Ничего, я потерплю, — зарываю ладонь в её шелковистые волосы, пью её и не могу насытиться. Никого так сильно не желал, как Лару. Она — моё наваждение.

— Ой, послушай, он толкается, — восклицает Лара, прижимая мою ладонь к своему животу.

И я чувствую шевеление сына внутри неё. Даже голос куда-то пропадает, а в горле першит. Крепко стискиваю зубы, чтобы не дать слабину. Не хочу распереживаться, как пацан малолетний. Лара понимающе улыбается и гладит меня по лицу. Её глаза горят ярче путеводной звезды.

Я ощущаю толчки своего ребёнка и обнимаю любимую женщину.

Отныне мы — семья.

— Привет, сын, — наклоняюсь и разговариваю со своим ребёнком. Уверен, он всё слышит. — Я очень жду твоего появления на свет. Тут весело, знаешь ли. Тебе понравится.

Мне не хватает проведённого с Ларой времени. Вечер кончается слишком быстро, и я везу её домой. На улице пробки, снова противный дождь в окно стучит.

— Посмотри! — ахает Лара. — Снежинки! Я так давно их ждала.

И правда, вместо мелких капель с неба падает первый снег. Припозднился он, до нового года осталось совсем немного.

— Красиво, — соглашаюсь я. 

Смотрю не на редкие снежинки, подхватываемые ветром, а на Лару. Она широко улыбается, на щеках алеет румянец, в глазах — детская непосредственная радость. В груди становится горячо и тесно, я сглатываю колючий ком и перевожу взгляд на дорогу. Сердце бьётся гулко и быстро, в кровь будто впрыснули адский коктейль, он разгоняется по венам и насыщает их адреналином, силой, мощью. Кажется, я горы свернуть могу, и всё ради того, чтобы видеть широко распахнутые восторженные глаза Лары как можно чаще.

— А Лев тоже любит снег? — спрашиваю я.

— Да, конечно. Он обожает зиму, снеговиков, новогодние праздники, ёлку, мандарины и всё в этом духе.

— А какой его любимый фильм? «Один дома»?

— Нет. «Гарри Поттер», конечно же. Они в прошлый Новый год с Ксюшей все части за два дня посмотрели. Их было не остановить, — смеётся Лара.

— Ясно, — киваю. — А что если мы со Львом погуляем по зимнему городу?

— Вдвоём?

— Да. В этом весь смысл. Слепим вместе снеговика, поиграем во что-нибудь, пообщаемся по душам. Я же должен с ним отношения наладить, совместного поедания пиццы для этого недостаточно.

— Угу, — соглашается Лара как-то неуверенно.

— Боишься оставлять нас вдвоём? — бросаю на ней короткий пытливый взгляд. Она немного напряжена.

— Да.

— Доверься мне, — говорю мягко. — Это необходимо для нашего счастливого будущего. Вчетвером.

— Хорошо, — после долгой паузы соглашается Лара. Улыбается и снова за снежинками наблюдает.

— Дашь мне номер Льва? Я позвоню ему и позову на прогулку.

Когда мы останавливаемся на парковке, Лара протягивает мне свой телефон.

— Не боишься, что я историю твоего браузера посмотрю? — насмешливо интересуюсь, вбивая себе номер Льва.

— Смотри. У меня там мамские блоги, книги и немного весёлых фильмов, — пожимает она плечами. — Мне нечего скрывать.

— Не сомневаюсь.

Я и правда ей доверяю. Полностью. Лара всегда была честной со мной. В Турции я ничего о себе не рассказывал, она же делилась какими-то подробностями своей жизни, была искренней и непосредственной. Этим меня и зацепила. Своей энергетикой, внутренней силой, естественностью и оптимизмом.

— Спасибо за прекрасный день, — улыбается Лара.

Я целую её долго и нежно. Не хочу, чтобы мы снова на несколько дней расставались. Но так надо.

На следующий день звоню Льву. Он берёт трубку и совершенно не удивляется, когда слышит мой голос. Конечно же, Лара его предупредила. Мне нравится, что она откровенна со своим сыном. Мои родители тоже были со мной честны, и это правильно. Дети каким-то образом чувствуют обман, будто у них есть встроенный детектор лжи.

— Не хочешь прогуляться сегодня? — спрашиваю я. Нервничаю, ну хотя