Я с тобой играл - Кира Сорока

Демьян, сидящий рядом, дёргается ко мне, и я искоса смотрю на него. Но он уже успевает отвернуться и отодвинуться.

Он сидит абсолютно неподвижно, пока я не встаю со стула. Его рука неожиданно сильно хватает моё запястье, и Демьян дёргает меня обратно. Я приземляюсь на пятую точку и морщусь от боли.

Что на него нашло?

Пытаюсь вырвать руку, но Демьян крепко держит её, наблюдая за теми, кто ещё не покинул класс.

– Отпусти меня, – я не выдерживаю. – Что ты делаешь?

– Жду, когда все уйдут, – признаётся Демьян.

– Зачем?

– Затем, что я ещё не закончил.

Он говорит так грубо, что мне совсем не хочется оставаться здесь с ним наедине.

У меня всё-таки получается вырвать руку, вскочить со стула и подбежать к двери. Правда, Демьян быстро нагоняет меня, выдёргивает рюкзак из моих рук и перебрасывает тому парню-корейцу, своему приятелю. Я не успеваю и пикнуть, как Демьян забрасывает меня на плечо. Все, кто ещё остался в классе, начинают дружно улюлюкать и хлопать в ладоши. Под эту какофонию Демьян выносит меня из класса в коридор. Там весьма оживлённо… Многие тоже начинают улюлюкать.

Мне чертовски стыдно. Я дёргаю ногами, колочу руками по его спине и умоляю меня отпустить. Но Демьян широким шагом идёт к лестнице, придерживая край моей юбки, чтобы я не сверкала трусиками на всю школу.

Ну хоть за это спасибо…

Он стремительно поднимается по лестнице, проносится по коридору третьего этажа, распахивает какую-то дверь… Когда наконец-то ставит меня на ноги, я понимаю, что мы оказались в тёмной тесной кладовке.

Демьян оттесняет меня в самый дальний угол. Упираюсь спиной в стену, с опаской глядя на него. Никогда не думала, что начну бояться этого парня. Но сейчас мне почему-то страшно.

Его злой взгляд впивается в моё лицо.

– Значит, мой папаша купил тебе новый телефон, да? Что ещё он тебе купил? Хм… Точно! Как вариант – новую жизнь!

– Я не просила его покупать мне телефон. Я лишь просила вернуть мне старый.

– Да уж, конечно! – фыркает Демьян. – Как-то слабо ты отказывалась от нового айфона.

– Демьян… – упираюсь руками в его грудь, пытаясь оттолкнуть. – Мне не нравится, как ты со мной разговариваешь.

– Серьёзно? А мне не понравилось твоё письмо, и что? – парирует он язвительно.

Чёрт! Я тоже начинаю закипать.

– А мне не понравилось то пари, которое ты выиграл! Где мои трусики с мышками? Где? Ах да, ты же отдал их Руслану как доказательство!

– Что ты несёшь? Какие трусики?!

Но я уже его не слушаю и говорю о том, что наболело:

– А ещё мне, чёрт возьми, не нравится чувствовать себя преданной! Ева была в твоей постели! Дважды! Или ты будешь это отрицать?

– Да у нас с ней ничего не было! – его тон кардинально меняется, становится взволнованным и даже слегка виноватым.

Я замолкаю. Вглядываюсь в его лицо, которое сейчас тоже выглядит виноватым.

– Значит, это правда… – голос срывается на писк. – Она реально была в твоей постели… Господи… Тогда зачем нужно было со мной разводить все эти сопли?! – и тут же сама и отвечаю: – Ах да, точно! Пари!

– Эля…

– Нет! – я с силой бью его в грудь. – Хочешь знать, почему я написала то письмо? Это ответка, Демьян! Ответка на то, как ты поступил со мной! Твой отец тут ни при чём, я сама сделала такой выбор.

Да, я вру. Но я хочу, чтобы ему стало больнее, чем мне самой сейчас.

До последнего надеялась, что Руслан соврал, и Евы не было в постели Демьяна… Только сейчас я осознаю всю глубину боли, которая в один мах обрушивается на меня. Раньше её сдерживали крупицы сомнения в словах Руслана… А теперь она овладевает мной и заставляет сжаться моё сердце.

– Отвали от меня!! – кричу я, задыхаясь.

Снова бью Демьяна в грудь и пру напролом, как танк, чтобы пройти к двери. Демьян что-то сбивчиво говорит, но я уже ничего не слышу. В ушах стоит шум, глаза наполняются слезами.

Не знаю, что меня удерживало от истерики всё это время, но это что-то сломалось прямо сейчас.

Как он мог?!

В любви мне признавался…

А сам таскал Еву в свою койку…

Боже… Вика права – они все одинаковые.

Глава 43

Демьян

Вашу ж мать!

– Эля!

Вновь преграждаю ей путь.

– Нет! – она выставляет руки перед собой. – Я думала, что ты такой заботливый, когда вернул мне тогда одежду вместе с бельём. Розу подарил… Господи… Какая же я дура была!

Какая, к чертям, роза?

Она плачет… Реально плачет. По её щекам бегут потоки слёз, а тело сотрясается от рыданий.

Это моя вина!

Как Тап это делал, а? Почему у него получалось с Варей, а у меня совсем не получается с Элей?

Нам нужно поговорить… Я должен как-то объяснить ей, что не имею никакого отношения к её трусикам… И то, что Ева была в моей постели совсем не для того, о чём она подумала.

Но сейчас Эля вряд ли воспримет мои слова. Вряд ли услышит их.

Обхватив лицо Золушки, впиваюсь в губы. Она замирает на секунду, и у меня появляется надежда, что я смог переключить её мысли… Однако в следующую секунду Эля с такой силой пихает меня в грудь, что я невольно отпускаю её.

– У тебя не получится делать так, как тебе хочется, понял? – цедит она сквозь зубы. – Не со мной, Демьян!

Глотая слёзы, пробегает мимо меня и вылетает в коридор. Оставив меня одного в этой тёмной подсобке.

Твою-то мать!

Вот это я накосячил сейчас!

Выбегаю следом. Несусь вниз по