Кошечка для (дочери) герцога - Елена Смертная

— Почему ты двигаешься, даже когда я так близко?

Я не понимала, о чем она. Моё тело ничего не сковывало. Однако, взглянув на Сару и Нэнси, я поняла, что они упали и сжались, едва эта женщина приблизилась. Вот чёрт! Сейчас я смогла отогнать её лишь потому, что Мабелла не ожидала встретить сопротивление. Но что же делать дальше?!

— Неважно, – презренно фыркнула королева оборотней, сжимая покрепче нож в своей руке. – Убью вас обеих.

Я не успела даже вздрогнуть. Она снова оказалась рядом с такой скоростью, что моё тело едва поспевало реагировать. Я прикрылась когтями, надеясь хоть как-то отразить удар. Перед глазами пробежала вся жизнь. Сердце бешено отстукивало в такт одному единственному желанию…

Эдвард…

… спаси нас…

… умоляю!

Я до боли вбила пятки в пол, не собираясь отступать. Мои когти играючи откинули в сторону. Лезвие прижалось к горлу и… застыло. По коже пробежал холодок, который исходил от ножа Мабеллы.

Она… остановилась?

Я заглянула точно в широко распахнутые глаза Глор. Сколько же озлобленности было в них. Но одновременно я ощутила, что где-то там за плотной пеленой гнева скрывается… боль?

— Арс! – прорычала королева оборотней, озираясь назад и дергаясь. Только сейчас я поняла, что её сковали теневые путы, которые тянулись от фигуры Арса. Он замер, смело вытянув руку вперед. Оборотница не применяла эту странную способность с параличом на своём союзнике… зря.

— Мабелла, мы уходим, – сухо произнес Арс, не встречаясь взглядом с разъяренной королевой.

Путы медленно потянули её назад. Они словно двигали огромную глыбу. Я видела, как на руке Арса от усилия проступили вены.

— Отпусти меня, проклятый трус! – Мабелла потеряла маску колкого хладнокровия. Один тот факт, что кто-то перечит ей, сводил эту тёмную женщину с ума. Но было в её ярости что-то ещё...

— Я передал сигнал в орден. Ещё несколько секунд, и Ноар будет здесь.

— Ты… что?! Идиот! Вот увидишь, когда-нибудь ты пожалеешь о своём решении!

Арс открыл за собой портал, сотканный из плотной тьмы, в который начал уходить, медленно утягивая Мабеллу за собой. Казалось, услышав о приходе Эдварда, она сопротивлялась с меньшим рвением, но всё ещё выглядела яростно.

— Когда-нибудь они доберутся до каждого из нас! Как добрались до наших родителей когда-то! – продолжала кричать Мабелла, пока Арс утягивал её во тьму. – И когда эта девчонка решит убить твоих потомков, просто потому что в них течет кровь Раса, тогда ты пожа…

Она не успела договорить. Мощный луч света ударил в сторону оборотней, озаряя пространство столь сильно, что пришлось зажмуриться. Я невольно упала на диван, прикрывая лицо руками. К моему счастью, кошачьи когти на этот раз послушались и уже исчезли. Когда у меня получилось открыть глаза, перед нами уже стояла широкая фигура.

— Эдвард? – спросила я, чувствуя, что готова разрыдаться от всего того ужаса, что спрятала в душе ранее, лишь бы не отступить.

В следующую секунду я ощутила, как меня и Сару сгребают в объятия. Эдвард крепко прижал нас к себе. Его сердце билось с бешеным ритмом. Он дрожал от гнева и ужаса. Ещё бы. Одна мысль, что мы здесь могли погибнуть… от неё даже дышать становилось тяжелее.

— Спи, дорогая, – тихо шепнул Эдвард, целуя дочь в макушку.

Сара моментально уснула. Это было правильным решением. Лучше успокоить её утром, когда все мы будем в безопасности. Рядом послышался шум, звук шагов, голоса. Свет магии полностью растворился, в стене напротив теперь была выжжена огромная дыра. От оборотней след простыл, но Эдвард продолжал прижимать нас к себе, даже когда Сара уснула. Я и сама вжалась в герцога, утыкаясь лицом в его грудь.

Нервы сдали, эмоции хлынули через край.

Я попросту расплакалась.

— Как же страшно… – шептала, судорожно сжимая его одежду. – Как же было страшно!

— Тише, тише, – Эдвард гладил меня по голове широкой ладонью, в то время как у него самого подрагивал голос. Он дотронулся до моей раненной руки, и боль стихла, а кровь перестала капать. Однако рана не зажила.

— Они… они… – я не смогла выдавить из себя жуткого слова.

— Нет, успели уйти, – Эд прижался губами к моей голове. – Но я рядом. Вас больше никто не обидит.

Вдруг в моё сознание ударом ворвалось осознание: мне некогда рыдать! Ведь…

— Нэнси! – вскрикнула я, вспоминая и отрываясь от Эдварда. Спешно вскакивая с дивана, я кинулась к подруге. Та уже не была парализована, но всё ещё сидела неподвижно. Её обступило несколько членов ордена. Но они терялись, не зная, кто перед ними.

— Эй, – тихонько позвала я, садясь перед «мышкой» на колени, и кладя руку на плечо… человеческое, блин, плечо! Она вздрогнула и подняла на меня заплаканные глаза. Такого растерянного взгляда я ещё никогда не видела.

— Яна, – Нэнси звучно всхлипнула носом, а после кинулась ко мне в объятия, разражаясь такими рыданиями, что можно было оглушить всех присутствующих. – Неужели я теперь навсегда останусь страшным человеком?! Я не хочу! Не хочу! Эти руки и ноги! Они такие уродливые! Сделай что-нибудь! Пожалуйста, я так не могу-у-у!

Я неловко обняла подругу, всё ещё будучи в абсолютном шоке. Она теперь… оборотень? Возможно, как и я, превратится в зверя утром?

— Яна, кто это? – аккуратно уложив спящую дочурку на диван, обратился ко мне Эд. – Что вообще здесь произошло? На моём столе в ордене тьма вычертила слова о нападении, и я моментально переместился сюда.

— Да… это… долго объяснять, – честно призналась я, теряясь. – Это… может прозвучать странно, но это летучая мышка из кладовки. Из той, где ты меня как-то нашёл, помнишь? Я назвала её Нэнси. Она случайно попала под магический луч оборотней и, в общем… кажется, она приобрела человеческий облик.

Сказать, что все были в шоке – ничего не сказать.

— Что? – первым опомнился Эдвард.

— Она правду говорит, двуногий, – сквозь слезы запищала Нэнси. – Я тут уже кучу лет живу. Я видела тебя ещё совсем мелким. Когда ты с голой жопой по коридорам бегал! Даже это видела! Честно!

Я покраснела и укутала Нэнси получше в плед. Рот бы ей «укутать», конечно.