Меченая. Дубликаты - Елена Филон

Прямо как в прошлое попала.

Несколько ресторанов на территории, стрельбище и даже ипподром имелся, правда, давно уже без лошадей. А точнее с тем, что от них осталось.

Дальше на экскурсию по комплексу никто идти не захотел. Близился закат. А значит, надо было обустраиваться на ночь.

Рафки и Чейз, как и в прошлый раз, заявили, что вокруг ни души. Возможно, так и есть и в этом пункте, кто-то вроде Блейка не устроит на нас облаву. Но, по крайней мере, можно точно быть уверенными, что рафков и тварей поблизости нет. Только если и они Глушителями не обзавелись.

Одна из двухэтажных хижин встретила нас толстым слоем пыли, крысами и огромным прогнившим и покрытым плесенью ковром посреди гостиной. В остальном – идеальный порядок вещей. Ни мусора, ни костей. Мы и крысы. Чудесно.

Высокие окна прикрывали длинные гардины выцветшего тускло-зелёного цвета. Техника пылилась здесь годами, и Дженни не удержавшись, провела пальцем по экрану плоского телевизора, нарисовав на нём улыбающуюся физиономию. Видимо свою собственную, уж больно старалась.

Странно было находиться в таком месте. Кто-то просто захлопнул за собой дверь этой хижины и оставил в таком нетронутом виде на долгие годы. Пока мы не «сняли пломбу» своим внезапным визитом.

– Думаю, руководство предполагало, что испытуемые будут останавливаться в гостинице, – поделился мыслями Бронко, обводя комнату мрачным взглядом. – Так что хижина – правильный выбор. Ну… пойду, прогуляюсь. Не скучайте.

Он хлопнул дверью позади себя и каждый знал, куда Бронко направился, предварительно отыскав где-то на улице длинную стальную цепь.

– Ты не должен ему уподобляться, майор, – не так давно сказала ему Анна, огромными глазами глядя на малоприятный «сюрприз» для Блейка.

Тогда Бронко потряс цепь в руках и впервые с нашей встречи улыбнулся настолько широко и счастливо, что я даже удивилась, что он вообще способен на такие эмоции.

– Он должен это прочувствовать на своей шкуре, Анна, – с неким диким восторгом заверил Бронко и вот теперь отправился наглядно демонстрировать Блейку, насколько это «вкусно» и восхитительно, когда твоя плоть до мяса трещит по швам, до оголённой кости… Когда удары сокрушаются о спину, а ты ничего не можешь с этим поделать. Ведь ты провинился, ты заслужил.

– Он заслужил, – согласилась я, опускаясь на грязный деревянный пол и глядя на своё жуткое отражение в мутном настенном зеркале.

Анна всё ещё не верящими глазами глядела на дверь, которая минутой ранее захлопнулась за Бронко и вновь начинала расчёсывать кожу на руках до крови. Буквально – до крови. Длинные полосы с кровоподтёками уже было видно невооружённым взглядом и с дальнего расстояния. Как и тёмно-красную сыпь очень похожую на запущенную крапивницу. Но нет – у нас ведь всё нормально, чего вообще переживать?

Насчёт Брея… Сейчас он в относительно стабильном состоянии: возможно продолжает умирать, возможно уже становится рафком, ещё ничего не ясно. Его укусили. Вал это сделал. И теперь у альбиноса скорее всего появится новый член его уродливой армии, а у Брея – новая семья, новые друзья, новые увлечения и предпочтения в еде.

Кстати о еде…

– Мне надо поесть, – жужжала Дженни.

– Вперёд и с песней, – я кивнула на пол. – Они все твои. Я не люблю крыс.

Дженни, злобно фыркнув, покосилась на Чейза, словно тот ей личное разрешение на плотный ужин должен выдать, и только слепая не заметила бы, какой жадностью наполнился её взгляд, заскользивший по блестящему от пота рельефному и оголённому торсу Чейза.

Я не сдержала смешок.

Ну, теперь ясно всё. У нашей девочки новый объект обожания.

– Никто не уходит, – скомандовал Чейз, бросая сумку с остатками нашей провизии на пол и с опаской поглядывая на меня. Проверяет, насколько в плохом я состоянии после того, что случилось с Кристиной.

И в каком же я состоянии?

Не хочу ничего объяснять. Не хочу ничего говорить. И слушать ничего не хочу.

Пусть все отвалят.

Поднялась на ноги и зашагала наверх:

– Пойду, проверю ванную. Возможно, канализация исправна.

Не знаю, ответил ли мне кто-нибудь. Если и ответил, то пропустила мимо ушей.

Электричества нет, так что пришлось пользоваться фонариком в просторной, обустроенной по высшему разряду ванной комнате.

Канализация оказалась исправной относительно. Трубы застонали, так что наверняка было слышно в соседнем городе, и из душевых форсунок брызнула ржавая ледяная вода.

То, что надо.

Сбросила на пол футболку Чейза и остальное грязное тряпьё и позволила холодным струям остудить разгорячённую покрытую слоями засохшей крови кожу.

Так бы и стояла вечность, наплевав на холод и недовольные суставы.

Душ – это такая редкость и такая благодать, что уже за него я благодарна Гектору и всему руководству отправившему нас на этот маршрут. Теперь ещё одна счастливая минутка списана с моего счёта у суки судьбы. Интересно, как много у меня их осталось?..

Полотенце казалось слишком мягким. Неправильно мягким для моей загрубевшей кожи. Волосы были вымыты, и даже зубы кое-как почищены. Ну чем не человек?

– Я принёс тебе одежду, – раздался из-за двери голос Чейза, и я словила себя на мысли, что даже он сейчас не способен стать для меня тем самым уголком утешения, которым был ещё недавно. Всё, чего мне хотелось сейчас – побыть одной. Пожалеть себя и признать себя той, кто пустил Кристине пулю в затылок.

Видимо замок в двери не работал, потому что ручка свободно опустилась, и Чейз переступил порог ванной комнаты. Протянул мне стопку одежды, сообщив, что это что-то вроде спортивной формы с логотипом туристического комплекса на груди.

– Там много таких.

Я молча приняла одежду.

– Джей…

– Не надо, Чейз. Со мной всё будет нормально.

– Я хочу чтобы ты знала: мне не всё равно.

– Всем вам не всё равно.

– Джей, – Чейз забрал у меня одежду и положил на раковину, взял моё лицо в ладони и поднял к свету. – Мне жаль, что мы её потеряли. И ты знаешь, моего красноречия не хватит, чтобы объяснить тебе это как следует, но, Джей… мне правда… правда очень жаль.

Ненавижу это предательское жжение в глазах.

Ненавижу чувствовать себя разбитой и уязвимой. Лучше вообще никак себя не чувствовать, чем это…

– Тут не о чем жалеть, – ответила хрипло, глядя как в луче света кружит рой пылинок. – Я уже давно потеряла Кристину.

Чейз прижал меня к себе и крепко обнял.

И вот она