Спорим, ты меня любишь? - Елена Кароль

Пустив меткий импульс в одну из приманок, я усилила её запах и, пока животное крайне осторожно изучало сначала само место, а затем и приманку, сделала не меньше трёх сотен снимков, в том числе с максимальным приближением.

Не знаю, чем я себя выдала, моя маскировка была безупречной, но вдруг зверь посмотрел прямо туда, где я находилась, бросил приманку и сбежал вглубь джунглей. Я прождала ещё пару часов, но когда рассвело окончательно, то стало ясно, что можно спускаться и возвращаться в поселок — сегодня я больше ничего интересного не увижу.

И я уже почти спустилась, когда шею едва уловимо кольнуло, перед глазами потемнело, и я практически сразу потеряла сознание.

Вот черт!

— Командор, — подрагивающий трагичный тон Маруси не предвещал ничего хорошего.

Этой ночью он спал просто отвратительно, ему то и дело мерещились то гигантские пауки, пеленающие его пару и утаскивающие в своё логово, то кровожадные крокодилы, разрывающие Санни пополам, то вообще какие-то невообразимые страховидлы, неизменно причиняющие Александре вред, так что с утра он был закономерно не в духе, хотя и старался держать себя в руках, но это…

— Да! — рыкнул злобно.

— Контакт с Александрой… — едва слышным шёпотом пролепетал искин, — пропал.

Закрыв глаза, Кайред шумно задышал, чтобы только не обернуться в зверя. Мышцы под кожей сокращались болезненными волнами, волоски на затылке и руках все как один встали дыбом, но он сумел обуздать безадресный гнев и, сжав пальцы в кулаки, процедил:

— Что произошло? Место? Время!

— Только что, — затараторила Маруся. — Всю ночь Александра находилась на одной точке, выбранной заранее, и добросовестно отправляла сигнал о местонахождении и самочувствии в положенное время. Не выражала обеспокоенности или испуга. Двадцать секунд назад коммуникатор отметил поступление в организм неизвестного вещества, после чего связь оборвалась, и я не могу установить контакт с объектом.

— Коммуникатор? Очки?

— Ничего, командор, — убито расписалась в своём бессилии искин.

— Вызывай пятерку, идем на поиски, — мрачно скрипнул зубами Холт, пока в груди всё обрывалось.

Ну, уж нет, Санни! Так просто ты от меня не отделаешься!

Получасом позже шестеро хмурых мужчин и один сосредоточенный пёс стояли у того самого дерева и буквально рыли носом землю. Раздробленный в крошево коммуникатор они нашли практически сразу, как и сломанные очки. Следы волочения в рыхлой земле обнаружить оказалось сложнее, да и запахи в джунглях стояли самые разнообразные, а Санни как назло не пользовалась парфюмом, так что по следу мужчины шли гораздо медленнее, чем хотелось бы.

Но шли!

— Дея жить, командор, — как мог успокаивал Кайред Фабиш. Он и сам чувствовал себя ничтожеством, не сумевшим прочувствовать опасность до того, как всё произошло, и был готов голову сложить, лишь бы спасти Берегиню. — Нет кровь. Нет смерть. Мы найти. Найти и месть!

— Найдем, — повторил за ним Холт, как мантру, сверкнув абсолютно звериными глазами. — И отомстим!

Вряд ли я долго пробыла без сознания, солнце ещё не достигло зенита и светило не сверху, а сбоку. В голове стоял вязкий туман, но серьёзно отравить ведьму просто невозможно. Я лежала на чём-то относительно мягком, вокруг пахло ароматными травами, которые используются для лёгкого вхождения в транс, а совсем рядом кто-то возбуждённо чирикал на незнакомом языке.

Я не спешила открывать глаза и выдавать своё пробуждение, предпочитая сначала полностью восстановить координацию. Меня не убили сразу — это хороший знак. Мои руки и ноги связаны — плохой. Лежать довольно комфортно, на мне до сих пор кое-что из одежды — это плюс. Я не чувствую на руке коммуникатора, а на носу очков — это огромный минус.

Даже думать не хочу, что сейчас творится в лагере!

Минут через десять, когда мысли стали четче, но дыма вокруг больше, я перестала таиться и сначала слегка приподняла ресницы, осматриваясь.

Ага…

Ого!

Я даже села рывком от изумления, чем откровенно переполошила парочку хвостатых воинов, карауливших мой сон. Они поудобнее перехватили свои копья и уже хотели потыкать ими в меня, но чей-то властный окрик призвал их к порядку, и мужчины отступили на прежние позиции.

Я смотрела… И поражалась!

Мы все находились в небольшой скалистой низине, щедро заросшей зеленью и самыми разнообразными лианами, цветущими настолько ярко, что даже появилась небольшая резь в глазах, но не это было главным.

Мы находились в полноценном городе!

Да, он был убог по современным меркам. Выдолблен прямо в камне. Грубо. Без лишних изысков. Но это был город!

В несколько уровней, с крутыми лестницами и темными провалами входов и окон, с самобытным орнаментом — что-то подобное я встречала в музее, посвященному племенам Южной Америки Земли. Но одно дело смотреть снимки и фрагменты, другое — увидеть воочию.

Далеко не сразу я сумела обуздать свой восторг и обратить внимание на тех, кто находился рядом. Кроме двух хвостатых и довольно мускулистых воинов, очень много взявших от котов-предков (но имеющих и существенные отличия), я обнаружила рядом сразу троих представителей более старшего поколения. Сложно было так сходу сказать, какого они пола, все три особи были завернуты в бесформенные балахоны ярких цветочных расцветок, поверх украшенных многочисленными связками бус из грубо обработанных полудрагоценных камней (навскидку я опознала янтарь, жемчуг, красную яшму и нефрит), а волосы у них были седыми, довольно жидкими и всего лишь по плечи. Глаза у всех троих тёмно-карие, очень умные. Лица скорее кошачьи, чем обезьяньи, особенно нос, но мордочка почти плоская, а треугольные мохнатые уши расположены ближе к макушке. Ни бород, ни усов в классическом понимании, о первичных половых признаках и вовсе молчу — сквозь ткань я ещё видеть не научилась.

Нет, можно было бы и прибегнуть к своим способностям, но очень уж меня смутила широкая жаровня между нами с тлеющими в них ароматными листьями.

Что-то приторно-сладкое с лёгкой горчинкой… Знакомое… Местный аналог марихуаны?

Чего они этим добиваются?

Я уже почти сформулировала и вопрос, и способ подачи информации, но не успела — первым взял слово центральный… Пусть будет жрец.

Его речь была полна рычащих, шипящих и просто урчащих звуков с редким промурлыкиванием, но сколько я ни вслушивалась, так и не нашла в своей памяти ни единого схожего языка. Жаль.

Жрецы быстро поняли, что контакт затруднителен (мои поздравления!), и тогда правый