Между нами молния - Даша Юлина

К вечеру, мое терпение лопается, как пакет молока на палящем солнце. Я надеваю толстовку, кеды и скатываюсь по перилам к входной двери. Родители не успевают поинтересоваться, далеко ли я собрался, потому-что я включаю режим Флэша и, набрасывая капюшон на голову, убегаю по старому маршруту в направлении игрового зала.

Внутри забегаловки под названием «Скат-убийца», я наслаждаюсь любимыми играми из 80-х. В «Asteroids» уничтожаю астероиды и летающие тарелки, а в «Defender» отражаю вторжения инопланетян и защищаю мирные города. Обожаю космические приключения! В детстве, мы с друзьями из класса, часто зависали тут и тратили карманные деньги, а желудки банановыми коктейлями.

- Руслан? Руслан Минагаров?

Я победно ударяю кулаками по панели управления и поворачиваюсь к женщине в оранжевом фартуке и с косой.

- Да. А вы…?

- Марта, я дружила с вашей помощницей по дому.

- Точно! Вы собирались по пятницам у нас дома.

- Верно. Как же ты вырос, просто уму непостижимо. Такой красивый парень!

- Ну, - я принимаю позу крутого парня. – Спасибо.

- Идем, я угощу тебя нашим пирогом.

Я отталкиваюсь с места и петляю за покачивающейся, как мама-утка теткой. Ясное дело, без беседы о бывшей помощнице не обходится. Еще в прошлый визит, я узнаю, что моя заботливая няня, а по-совместительству хранительница миллионов секретов, умирает у себя на родине. Было бы странно не горевать о ней. Мы столько раз покрывали друг друга, что и не пересчитать. Я помню, как она стащила из нашего винного погреба бутылку «Дон Периньон», чтобы распить с подругами на пятничных посиделках, а я взял гнев мамы на себя и наврал, что захотелось почувствовать себя солидным джентльменом.

Вскоре, Марта, отвлекается на кучку старшеклассников, ломающих «Donkey Kong», потому-что это круто и потому-что две блондинки смотрят на качков в фирменных куртках хоккейной команды «Грозные медведи», как на Тора и Локки. Черт, а ведь совсем недавно точно также меня пожирала взглядом одноклассница.… Но школьные годы позади, вместе с хмельными вечеринками и групповым сексом. Я все тот же, просто рядом со мной девушка, мысли о которой, я хочу спрятать. Хочу, чтоб они были только моими. Она особенная. Она совсем другой уровень близости и откровенности. Моя. Со мной. Во мне. Допивая остатки молочного напитка, оставляю хорошие чаевые и выхожу из «Ската-убийцы», чтобы оценить распушенные на ветру хлопья снега. Зря я так опрометчиво выскакиваю из дома и не беру куртку. Теперь предстоит мерзнуть минимум минут двадцать. Удивительно, но я улыбаюсь. Спонтанно возникшие строчки будущей песни, обретают продолжение. Снова капюшон под завязку и первый белый крекерный хруст под ногами, как мелодичный такт набегающим рифмам.

***

Самолет садится в Москве без задержек в Сочи. Если бы Майя пришла, если бы обняла, поцеловала, я бы признался ей, что люблю прямо в гигантском холле аэропорта. Эти слова вертятся на языке и покрывают бесхребетную поверхность мышцы волдырями. Теми, что взрываются от трусости. Да, я гребаный трус! Слабовольный, слабодушный размазня! Увидели бы меня парни из академии, навесили бы ярлык «слабак», а может и «слюнтяй». Одно не лучше другого. Впрочем, с Майей иначе никак. Держа ее за руку или смотря в ультрамариновые глаза, я претерпеваю метаморфозы разного плана: задыхаюсь, обращаюсь в мягкотелого хлюпика, заикаюсь и потею, словно сумоист. Даже хорошо, что она просит не тревожить какое-то время. Я уверен, что за время в разлуке, затвердею, нанесу на себя металлический слой и заставлю пресловутый стержень держать прямую стойку.

Дорога до хаты занимает четверть часа. Я выгружаюсь из машины и шагаю к входной двери. Воображение рисует желанные картинки того, как я приму душ, посплю немного и отправлюсь к Серому с предложением дать мне всего один шанс.

- Бро! – пьяный возглас Федоса, удерживает меня у железного порога. – Откуда прибыл?

- Что ты забыл возле моей квартиры?

- Хотел повидать старого приятеля. Запрещено?

Я пятюсь назад, кручусь на пятках и заряжаю другу по морде. Он скатывается к колесам моей тачки, а я ударяю снова, целясь конкретно в живот. Его выворачивает наизнанку так, что я слышу, как клокочут его кишки.

- Больше никогда не появляйся в поле моего зрения.

- Вот тебе и многолетняя дружба. – Он сплевывает, растягивая вонючую слюну от асфальта к своему рту.

- Мы уже высказались на студии, и поняли что к чему.

- Я надеялся, что ты изменил мнение об этой шлюхе и как прежде, будешь верен нашим принципам.

Мне приходится сжать ворот пиджака Федьки в кулаке и процедить:

- Я стал другим, только тебе неведомы подобные перемены.

- И что? Реально всё?

- Всё! Закончили!

Я отпускаю Домина и, обтерев ладонь о бедро, ухожу. Некоторых, прозрение настигает поздно. Но все-таки прозрев, понимаешь ошибки и это важно.

***

Майя…Майя…Майя…

Я набрасываю тексты на бит, как жонглер в цирке и Серега удовлетворенно кивает мне в стекло, отделяющее микрофонную комнату от режиссерской кабинки. Рад, что мужик пошел на уступки, и я могу лелеять надежду на то, что, будучи преподавателем, стану выступать на городских площадках со своим материалом. А может быть, удача повернется ко мне лицом и какой-нибудь чувак с толстым кошельком заметит мой талант и протолкнет вверх. Туда, где рождаются настоящие звезды.

На обратном пути, я закупаюсь замороженным ужином и мечтаю о макаронах Майи. Жаль, сегодня мой компаньон микроволновка. Едва успеваю разогреть отбивную с картошкой, как в Скайп стучится та, о ком маниакально думаю изо дня в день. Мы болтаем, рассказываем последние сводки из жизни и нехотя расстаемся, соединив пальцы по разные стороны экрана. Я забываю, что злился на нее за то, что проворачивает аферу с переездом. Забываю абсолютно обо всем, любуясь красивым личиком малышки. Аппетит тоже потерян. Факт. Я вынужден улечься в холодную постель с ароматом яблок и шоколада, обнять одеяло и закрыть глаза. Надеюсь, я правильно поступаю, что умалчиваю немаловажную новость от Майи.

***

Тремя днями ранее.

Сборы вещей отнимают полчаса, и я спускаюсь в гостиную, где отец проверяет документы для вылета на Бали.

- Я уезжаю. Вы в порядке?

- Да, погоди минутку, - он поднимается, надвигается ко мне, постоянно осматриваясь, и добавляет. – Кое-что случилось.

- Что? Только не говори, что ты скучаешь по Натусику.

Отец усмехается, и вновь оглянувшись за спину, говорит:

- Денис мертв.

- Какого…?!

- Держи это при себе. Мама итак в глубочайшей депрессии, а Майя