Ловушка менталистов - Татьяна Антоник

Я обняла, устроилась у его груди.

— Знаю, не переживай, — погладила мужчину по щеке. — Просто не торопи меня. — Намекнула на поспешное предложение.

Под любопытным взглядом напарника Сеймура мы расположились к экипаже. Ехать было всего ничего, но время, казалось, остановилось. От тесного присутствия, от воспоминаний прошедшей ночи становилось жарко. Воздух в карете нагрелся, накалился до температуры плавления металла и заставлял меня то и дело поправлять ворот рубашки. Примерно тем же самым занимался и Уильям, хрустел шеей, смахивал бисеринки пота с висков и чувствовал себя крайне неуютно.

Первым не выдержал Эллиот.

— Так, а мне долго делать вид, что я ничего не замечаю?

Мой дракон почти что зарычал на него.

— Ты бы хоть пять минут продержался.

— Ой, подумаешь, тайна века, — с улыбкой отмахнулся чешуйчатый напротив. — Зато я у Крейвена несколько золотых выиграл.

Пришлось внимательнее прислушиваться к теме беседы.

— Прости, что сделал? — опешила я. — Вы, что, спорили на нас? — с недоумением повернулась к Уиллу, не заметив на его лице напряжения, гнева, ярости в конце концов.

Так, скучное недовольство из-за сказанного вслух факта. Спокойный, как каменная скала.

— Не будь такой критичной, — будущая жертва обстоятельств, как напишут в его некрологе, радостно стал сообщать подробности пари. — Мы за вас переживали еще с момента, когда ты и твой зеленоватый друг появились в стенах оперы, а после ты убежала допрашивать хаоситов вместе с Уильямом. Я верил в вашу пару, учти.

— А Роудсон не верил? — мой голос понизился, а пальцы сами собой зашевелились, создавая проклятие.

— Блэр, перестань! — шикнул на меня главный дознаватель, приметив магические искры.

— Эй, ты чего?! — искренне возмутился Эллиот, тоже опустив глаза пониже, на мою ладонь.

— А это не ему адресовано, — фыркнула в сторону предмета спора, — а второму виновнику. Хотя, — я дернулась с силой на противоположный край повозки, но меня удержали. — Мне ничего не помешает и эту наглую ящерицу отлупить.

— Лупи себе на здоровье, — задумчиво отозвался Сеймур, — вот только…

— Что?

— Что? — В два голоса прокричали я и обиженный Дуглас.

— Приехали мы. Казнь отменяется… пока. — он закачал головой и беглым взглядом посмотрел на побратима.

Не сказать, что я по-настоящему обиделась, но все же было неприятно, что Крейвен не поделился такой малюсенькой подробностью. А к чему были все вопросы насчет дракона? Он настолько не желал расставаться с деньгами и пытался отдалить свой проигрыш? Или глава казино прав, у меня нет будущего с десом Сеймуром?

Подавив в себе неуемное стремление сбежать от мужчин в родную таверну и поплакаться там верной Марианне, храбро вошла в богато украшенное злачное место. До позднего обеда здесь было пустовато и печально. Редко кто из аристократов захаживали в казино раньше наступления сумерек. Зато повсюду сновали личности сомнительной наружности. А они-то нам как раз и нужны.

— Крейвен, дорогой, — мой голос просто не оставлял простора для фантазии. — Рада тебя видеть. — Приникла к собрату вплотную, обвила руками жилистую шею. — Мне тут птичка на хвосте принесла, что ты, оказывается, на меня спорил. Это правда? — и сдавила, насколько хватило сил.

Полу-тролль прокашлялся, отстранился, снимая мои ладони, сощурился нехорошо, но все-таки опять прижал к себе, уже без угроз и всяческих ухищрений.

— Это не птичка, Стоунхейв, а птичище. Называй вещи своими именами. И кто же выиграл?

— Я, — самодовольству Эллиота не было предела.

Зато птичищу прилетел подзатыльник от моего верного защитника Уилла, сообразившего, что негоже вслух обсуждать нашу личную жизнь. Я была искренне ему благодарна, но заметила, как злая искорка сверкнула в глазах Роудсона. Неприятная такая, не знакомая мне до этого.

— Кстати, о птичках, — выбросила предыдущие впечатления из головы, сделав пометку, что расспрошу друга об этом поподробнее, но позднее. — Где мой фамильяр? Вы ее не обижали?

— Ее обидишь, как же, — как ни в чем не бывало, продолжил глава казино. — Дай мне ее на неделю погонять. Глядишь, выбью все долги из должников.

И ведь не в первый раз просит. А то все:" Усмири свою курицу, усмри свою курицу". Да ее кровожадность нам только полезна.

Пока мы мило болтали и убивали друг друга взглядами, на меня вспорхнула любимая Квоки.

— Блэр, как я рада тебя видеть. — она тоже кинулась на шею в попытке меня обнять и мысленно добавила. — Избавляйся от всех, нам надо поговорить.

— Я тоже, — сняла пернатую с груди и усадила на руках. — Может позже, когда все разойдутся. У нас важное дело.

— Так и я не с пустой болтовней. — Закатила та глаза.

— Вечером, — отрезала и вспомнила, что еще одному присутствующему задолжаю проникновенный разговор.

Уильям, к своему обыкновению, вежливо ждал, когда все вволю наобщаются, поздороваются и только потом стал говорить. Истинный наследник благородной фамилии.

— Крейвен, распусти всех, — предложил полу-вампиру. — Беседа должна быть конфиденциальной.

По виду, по обращению, по голосу мой друг понял, что это серьезно и очень-очень важно. Свистнул, сунув в рот пальцы, крикнул зычно:

— Все вон! Наружу я сказал. Вернетесь через три часа. — И как по мановению волшебства, его служаки рассосались в один миг. Моргнуть не успела, как в зале остались мы трое и Квоки. Роудсон наложил полог тишины, запер ставни и оставшиеся двери, чтобы его феечки не смогли зайти в главный зал, уселся на высокий стул и произнес, — Готово, продолжай.

Впечатленный его действиями, Сеймур хмыкнул, но комментировать не стал. Уперся в барную стойку, тяжело вздохнул и стал рассказывать все то, что я успела поведать вчерашним вечером. Про ваохцев, про ритуал, про ментального мага, а самое главное — про необходимую от него помощь.

Крейвен некоторое время молчал. Задумался о своем, подпирал рукой подбородок, облокотившись на стол, и издавал нечленораздельные звуки.

Но я особенно не волновалась, знала, что согласится и сделает это с каким-то пугающим удовольствием. У него давно в организме борются два существа: с чего-то вдруг умный тролль с огромными кулаками и не менее обширной придурью и хитрый изворотливый вампир, желающий услышать звуки фанфар в честь его прозорливости. У дознавателей-то нет настолько обширной сети шпионов — подумаешь, прикормили пару-тройку аферистов.