Недотрога для волка - Анастасия Цыплакот

— Привет. Тебя кто-то обидел? — заметив слезы, спросил парень, сев рядом.

— Нет, — быстро стерев мокрые дорожки со щек, ответила Майя.

— А почему тогда плачешь?

— День сегодня непростой. Устала очень, а тут опять родители ссорятся. Ты не обижайся, но сегодня совсем нет настроения гулять.

— Ничего. Я всего на минуту.

— Я тебя не гоню, — девушка отодвинулась, уступая место парню. — Посиди, если не сильно торопишься.

— Увидимся завтра, — отказался Тайлер, но уходить почему-то не спешил.

Наверное, ждал, что Майя предложит что-то большее, но та лишь ускорила процесс расставания, поднявшись со скамейки и направившись ко входу. Догнав подругу у самого крыльца, парень развернул ее к себе лицом и, наконец, осмелившись, поцеловал. Но когда поцелуй завершился, девушка смущенно улыбнулась и, бросив: “Пока”, исчезла за обшарпанной дверью. О чем думал и что чувствовал Тайлер, уходя домой, Майя не знала, зато сама она, поднявшись в свою комнату, прижалась спиной к двери и провела пальцами по губам. Поцелуй друга получился неожиданным и тем не менее, нежным. Но лучше бы он этого не делал. Не то, чтобы парень плохо целовался, просто ей вспомнились другие поцелуи с другим человеком. Порывистые, жаркие, волнующие… И девушке пришлось сильно зажмурить глаза, чтобы сдержать слезы.

21.3

Как не желали Ноланы замедлить бег часов, утро того самого дня все же наступило, и Рон спустился вниз уже с собранным чемоданом. Холли, так и не сомкнув глаз всю ночь, вовсю хлопотала на кухне. Витавшие по дому ароматы кофе и выпечки можно было учуять не только тонким волчьим обонянием. В груди юноши неприятно заныло. Последний раз он идёт по этой лестнице. Последний раз чувствует любимые запахи маминой стряпни. Последний раз пожмет отцу руку.

— Снова не спала, — целуя мать в щеку, пожурил юноша, заметив покрасневшие от усталости и слез глаза.

— Не могу, — созналась женщина.

— А где отец? — хватая руками из тарелки блинчик, спросил Рон.

— Проверяет машину в гараже. Все же Форд совсем старенький, мало ли что учудит в дороге, — объяснила Холли и хлопнула сына по руке. — Сядь за стол и поешь как следует. Мы с папой уже позавтракали.

Зная, что мама соврала, юноша бережно обнял женщину со спины и, положив свою голову ей на плечо, прошептал:

— Мне будет очень не хватать твоих блинчиков.

Чтобы не расплакаться, Холли прижала ладонь ко рту. Не получилось. Рон чувствовал, как затряслись ее плечи.

— Почему так рано? Разве нельзя подождать час или два? — всхлипнув, возмутилась она.

— А смысл, мам? — отпустив женщину, тихо возразил парнишка, — Что толку тянуть? Только агонию продлеваем.

Миссис Нолан согласно кивнула.

— Вещи собрал?

— Угу, — промычал Рон, закинув в рот еще один блинчик, и залпом выпил полкружки кофе. — Пойду отнесу вещи в машину, — и, подхватив чемодан, выскочил на улицу.

Выгнав Форд из гаража, Мистер Нолан предпочел дожидаться сына во дворе. Мужчине почему-то совсем не хотелось заходить в дом. Ему казалось, будто стены давят на него и вот-вот расплющат, как пресс списанный авто. Глупо, конечно, ведь все равно придется войти внутрь, когда Рон уедет. Юноша только шагнул за порог и даже успел дойти до автомобиля, чтобы забросить вещи в багажник, а Холли уже бежала следом с пакетом в руках.

— Вот, собрала вам немного еды в дорогу, — грустно пробормотала женщина, протянув увесистый сверток.

— Ну, мам, — промычал парень и сунул пакет на заднее сиденье. — Все. Пора прощаться.

Дилан хотел по-мужски пожать парню руку, но вместо этого прижал его к себе, похлопав по спине:

— Береги себя.

— Не забывай нас, — еле проглотив ком в горле, попросила Холли.

— Не забуду, — обняв обоих родителей разом, пообещал Рон, тоже с трудом подавляя собственные эмоции. — Я вас очень, очень люблю! Спасибо вам за все!

Не справившись с накатившей внезапно паникой, миссис Нолан вцепилась в ворот футболки сына и заплакала.

— Пап, — хрипло попросил Рон.

Дилан вырвал из рук супруги зажатую одежду и прижал женщину к себе, позволяя парню сесть в машину. Форд плавно вырулил на дорогу и уже через пару минут исчез с поля зрения.

— Мы никогда его больше не увидим, Дилан, никогда! — сквозь рыдания выкрикивала миссис Нолан, уткнувшись мужу в грудь.

— Я знаю, Холли, знаю. Поплачь, милая. Поплачь… — обнимая жену и поглаживая ее по спине, шептал мистер Нолан. Слезы душили и его.

Отъехав от дома на приличное расстояние, Рон свернул к обочине. Не заглушая двигатель, он, положив руки и голову на руль, сделал несколько глубоких вдохов-выдохов. Прежде чем продолжить путь, следовало совладать с разыгравшимися эмоциями и унять дрожь, колотившую так, что сотрясалось все тело. По договоренности ему сначала нужно было забрать Ульва, а потом ехать на озеро. Взяв себя в лапы и стиснув клыки, молодой оборотень нажал на педаль газа и продолжил движение, а через двадцать минут Форд уже стоял у желтой калитки. Привлекать лишнее внимание соседей не хотелось, но Рон все же нетерпеливо посигналил и, не дождавшись Ульва, вышел из машины. Пустой двор и висячий замок на входной двери самого дома заставил парня понервничать. Не мог же наставник уйти без него. Не мог и не ушел. Мужчина стоял за домом, сохраняя в памяти, как на пленку, образ светловолосой девушки, сидящей с книгой на скамейке, а рядом серый волк, преданно лежащий у ее ног. Почуяв приближение юноши, он обернулся.

— Готов? — спросил Рон, отметив одну холщовую сумку в руках оборотня.

— Да, — ответил Ульв и пока шли к машине, продолжил разговор: — Как перенесли расставание мистер и миссис Нолан?

Парень напрягся и недовольно буркнул:

— Плохо. Хочу поскорее совершить переход.

— Боишься передумать? — разделяя чувства волчонка, подметил мужчина, облокотившись на автомобиль и вдруг насторожился.

— Очень, — честно признал Рон, открывая дверь со стороны водителя и с непониманием уставился на Ульва.

На капот форда шумно приземлилась дорожная сумка.

— Какого черта! — ругнулся парнишка и моментально заткнулся.

21.4

Обогнув машину, Майя прошла мимо друга и, встав перед другим оборотнем, скрестила на груди руки с самым сердитым видом.

— Уезжаете не попрощавшись, мистер Уолтер Мэван?

Если Рон стоял, улыбаясь во все тридцать два, то Ульв по-прежнему был мрачен и серьезен. Кулон в виде буквы М, открыто лежащий на груди маленькой рассерженной фурии, дразнил, заставляя верить, что шанс есть.

— Кажется, по вашему плану я должна была ехать с вами, — упрекнула мужчин девушка, — ведь так, Рон?

— Да, но