Сквозь зомби стекло - Джена Шоуолтер

В уголке была приклеена записка.

«Ангелы, должно быть, оберегали эту фотографию, потому что только так она смогла уцелеть после взрыва бомбы. Я поставила ее в рамку несколько недель назад, но хотела подождать, чтобы подарить ее тебе на Рождество. Мне показалось, что сейчас самое подходящее время.

С любовью, бабушка».

О, бабушка, и на глаза тут же навернулись слезы.

— Вы обе очаровательны, — сказал Коул, подойдя ко мне сзади и осматривая фотографию. — Вы выглядите такими счастливыми.

— Так и было. Мы только что закончили играть в прятки в доме, и, конечно, она выиграла. Она всегда выигрывала. Мои ноги были слишком длинными, чтобы поместиться где-нибудь. Она злорадствовала в своей милой манере… не-а, не-а, не-а, я снова чемпион… и я схватила ее, чтобы пощекотать. Мама потребовала, чтобы мы позировали.

Коул сжал мое плечо.

— У меня есть фотография моей мамы и меня, сделанная за несколько недель до ее смерти. Она для меня ценнее, чем мое сердце и легкие.

Мне нравилось, когда он делился чем-то из своего прошлого. Он делал это нечасто. Я повернулась и встретила его взгляд.

Он убрал прядь волос мне за ухо. Я чувствовала, что теряюсь в этом моменте, в нем, поэтому, когда через несколько секунд раздался сигнал его телефона, подпрыгнула. Я также вздохнула с облегчением.

— Давай, — сказала я. — Проверь что там.

Коул замешкался на мгновение, прежде чем пролистать сообщение, его черты лица помрачнели, когда он прочитал.

— Джастин говорит, что шпион — это человек, который был в парке сегодня вечером. Информация о сражении уже у «Анимы».

— Значит… это исключает Коллинза и Круза. А Лёд и Бронкс были слишком заняты спасением Кэт и Рив, чтобы сообщать какие-то подробности.

— Не обязательно, но я знаю их лучше, чем себя, и они никогда не стали бы помогать врагу. Я никогда их не подозревал.

Подозревал ли он меня когда-нибудь?

— Лукаса и Трину тоже можно исключить. Я видела, как шпион следил за ними, помнишь? Значит, остается… Вероника.

— Ты видела парня в лесу.

— Да, и она может работать с ним.

— Может. — Его взгляд встретился с моим. — Есть еще Гэвин.

Моя рука метнулась к горлу, потерла. Гэвин… Он должен быть невиновен. И все же он хотел остаться здесь на ночь, как бы неудобно ему ни было на диване. Может быть, не потому, что ненавидел мотель, а чтобы следить за мной и моей темной стороной.

— В любом случае, там были не только они, — напомнил мне Коул.

— Я? — пискнула я.

Он закатил глаза.

— Я никогда не подозревал тебя. Я имею в виду Кэт. Рив.

— Они обе девушки.

— Как ты сказала, девушка может работать с парнем.

— Кроме того, — продолжала я, — Кэт ни за что не предаст нас, а Рив ничего не знает.

— Кэт нет фильтрует речь. Она…

— Не замешана в этом, — настаивала я.

— А что насчет Итана?

— Бронкс уже проверил его. Ничего подозрительного не нашел.

После небольшой паузы он кивнул.

— Остаются… да, Гэвин и Вероника. Но я уже проверил их, и они чисты. Как ты знаешь, именно по этой причине я провел с ней так много времени. Я рылся в ее вещах, проверял все, что она говорила. Ничего сомнительного не обнаружилось. Более того, проблемы начались еще до приезда этой пары.

— Может быть, ты недостаточно глубоко копнул. Возможно, один или оба работали на «Аниму» до того, как попали сюда и попросили назначить их в твою команду. Поговори с мистером Анкхом и твоим отцом. У них будут идеи о том, что…

— Ни за что. Я продолжу молчать. И не буду очернять чье-то имя без хотя бы небольшого доказательства.

— Да, но как только правда всплывет, тот, кого ты обвинил, будет оправдан. Или нет.

Он покачал головой и сказал:

— Проблема в том, что мои самые близкие друзья узнают, что я им не доверял. Может быть, они простят меня, может и нет, но с этого момента, что бы я ни делал, что бы ни говорил, они всегда будут задаваться вопросом о моих мотивах. Такие вещи не остаются без внимания.

Его когда-нибудь обвиняли в том, чего он не совершал?

Должно быть, я задал вопрос вслух, потому что он ответил:

— Когда Джастин начал работать с «Анимой», он околачивался вокруг моей команды в поисках информации, как новый шпион. Я знал, что что-то происходит, и по глупости обвинил Бутса и Даки, членов команды, с которыми ты так и не познакомилась. — Пока он говорил, то потирал татуировки с их именами. — Они были так злы на меня, так обижены, что в ту ночь отправились на охоту, наверное, чтобы доказать свою преданность, и нашли гнездо зомби. В ту ночь их убили. Я не могу пройти через подобное снова.

— Коул… — сказала я, но он остановил меня еще одним покачиванием головы.

— Я еще поищу что-нибудь на Гэвина и Веронику. А сейчас давайте закроем эту тему и вернемся к ней в другой раз. Ты сказала, что хочешь мне что-то показать. Это был поцелуй? — Он прижал меня спиной к двери, прижавшись ко мне спереди, а твердая древесина — сзади, фактически заключив меня в клетку. И я только что использовала фразу «твердая древесина»? — В последнее время не могу думать ни о чем другом.

— Коул. Нет.

— Еще один, — сказал он хрипло. — Мы остановимся. И, возможно, безумие наконец закончится, и мы сможем быть друзьями. Я знаю, ты сказала, что мы не можем ими быть, но мне не нравится мысль о том, чтобы остаться без тебя. Ты нужна мне в моей жизни, хотя бы в каком-то смысле.

— Друзья не целуются. — Кроме того, у нас уже был один. Эх. — Бабушка услышит нас, мы не всегда тихие. Она подойдет к двери, постучит. Мне будет очень стыдно.

— Ладно. — Он приложил ладони к моим вискам. — Хорошо.

Мне пришлось задержать дыхание. Он пах слишком хорошо, его аромат вторгался в мои чувства, вызывая головокружение от нужды и желания и пробиваясь сквозь все новые стены, которые мне удалось возвести против него.

— Ты не ведешь себя так, будто все хорошо.

— Когда же закончится это безумие? — спросил он. —