Чужой муж - Ольга Рузанова

- А чего хочешь? Ты думала, я, узнав о дочери, что сделаю?.. Скажу, спасибо, приятно было познакомиться, встретимся через неделю в той же игровой?..

Вижу по взгляду, что примерно на это и рассчитывала и едва на хохот не срываюсь.

Глупый наивный мышонок. Что ж она меня все на своего отца равняет?..

- Зачем что-то менять, Олег? Если ты хочешь, можешь общаться с Ариной, я же не запрещаю.

Дохожу до точки кипения и сдерживаюсь только благодаря появившейся у нашего столика радушной официантке. Та, приняв заказ испаряется, я же впиваюсь в Александру глазами.

- То есть, ты хочешь, чтобы я стал Арине воскресным папой?

- Я ничего не хочу! - восклицает она, - я же сказала!.. Мне достаточно того, что ты знаешь, что у тебя есть ребенок!

- Мне не достаточно! - повышаю голос в ответ, - видеть своего ребенка раз в неделю недостаточно!

- Откуда мне знать это?

Меня колотит от злости на нее. На ее эгоизм и самонадеянное решение быть вершителем судеб.

- У меня спросить!.. Я имел право знать!..

- Прости! - выкрикивает задушенно.

Звонок входящего на мой телефон снижает градус напряжения и позволяет нам обоим сделать по глотку спасительного кислорода.

Скидываю, не глядя, и откидываюсь на спинку дивана. Сложив руки на груди, продавливаю Александру взглядом.

- Я удочерить ее собираюсь, - проговариваю уже спокойнее.

- Для чего? Не кажется, что решение спонтанное?.. - отбивает ровным голосом, - ты только сегодня о ней узнал...

- А ты бы на моем месте взяла паузу на подумать, нужен тебе родной ребенок или нет?..

- Не сравнивай нас.

- Это почему? Считаешь себя более достойной находиться рядом с дочерью? Видеть, как она растет?.. Взрослеет?..

Вижу, что задел за живое. Наверняка, сама не раз думала об этом. Совесть свою умасливала, оправдания себе искала.

- Дальше что?.. - спрашивает тихо, - что будет после того, как ты дашь ей свою фамилию?

- Хочу в семью свою ввести, познакомить со своими родителями, бабушкой, сестрой и племянником. Имеешь что-то против этого?..

- Н-нет.

Только сейчас, проговаривая все это вслух, сам начинаю понимать, какие возможности передо мной открываются. Родной ребенок от любимой женщины.

Кто-то наверху сжалился надо мной?.. Поверил в меня и второй шанс быть счастливым дал?..

Спасибо. Этот я точно не упущу.

Мышонок еще не понимает, что мышеловка захлопнулась.

глава 55.

Вешаю униформу на вешалку, а затем убираю в шкаф. Распустив волосы, расчесываю их и одеваю шапку и пальто.

Руки подрагивают, под кожей нервный зуд.

Повесив сумку на плечо, выхожу из сестринской и шагаю по длинному узкому коридору.

- Саша! - откликает вдруг голос Тимы.

С досады скриплю зубами.

- Подожди! Домой?..

Тимофей штатным программистом у нас работает. И он не скрывает, что я ему нравлюсь.

- Да, домой...

- Я подвезу, мне по пути.

- Не нужно.

Однажды он уже довозил меня после работы, за что едва ли не потребовал пойти с ним на свидание. Больше я такой ошибки не совершу.

- Мне ж не сложно...

Пересекаем холл и выходим на улицу. Тут же поднимаю воротник и прячу руки в карманах. После дневной оттепели воздух сырой, но от этого обжигающе колючий.

- Нет, - проговариваю негромко, быстро глазами парковку оглядывая.

Хлопнувшая неподалеку дверь привлекает мое внимание. Замерев на месте, не дыша, наблюдаю, как Олег стремительно идет в нашу сторону.

Ничего не подозревающий Тимофей продолжает атаку.

- Какая тебе разница, троллейбус или моя машина?.. Я же... - не договорив, осекается и инстинктивно отшатнувшись, втягивает голову в плечи.

- Привет, - выдыхает Олег с паром, смотрит при этом на Тиму.

- Привет, - буркаю под нос.

Нелепейшая ситуация. Из разряда тех, в которых я никогда не знаю, как себя вести. Глядя себе под ноги, малодушно позволяю мужчинам разобраться самостоятельно.

- Поехали? - говорит Олег, обнимая мои плечи.

- Могла бы сразу сказать, - бормочет Тима и, крутанувшись на пятках мгновенно исчезает среди припаркованных автомобилей.

Все решается до примитивного просто. Почему я раньше не догадалась сказать Тиме, что у меня есть другой мужчина?..

Закусив губы, чтобы не рассмеяться, шагаю рядом с Олегом к его машине.

Спрашивать его, зачем он приехал, уже не имеет смысла. Он забирает меня с работы последние четыре дня. В первые два был повод - обсудить процесс удочерения и внесение изменений в документы Арины. Сейчас, когда основные моменты оговорены, мы просто едем в одной машине, а затем он поднимается, чтобы немного пообщаться с дочерью.

Она привыкает к нему до обидного быстро. Без зазрения совести приняла подарок и моментально усвоила информацию, что дядю теперь можно называть папой.

- Кто это? - спрашивает Олег, глядя на проезжающий мимо седан с Тимой за рулем.

- Тимофей. Коллега. Мы работаем вместе.

- Это я понял, - вынимает из кармана пачку и выбивает из нее сигарету, - кто он тебе?

- Вообще-то, тебя это не касается.

- Значит, никто.

- Уже да. Пару раз мы переспали, но больше мне не хочется, - проговариваю, шалея от собственной дерзости.

Что я несу?! У меня в голове не было того, что выдал мой язык!

Каменею, не смея глаз поднять. Слышу, как в тишине чиркает зажигалка, и тихо опускается стекло. В следующее мгновение рецепторов касается запах табака.

- Понравилось?

Боже...

Положив голову на подголовник, прикрываю глаза.

- Видимо, не очень.

Как наш разговор вообще свернул в эту сторону? Последние дни я не сплю по полночи, потому что выстраиваю стратегию моего поведения с Олегом. Ни в одном из ее пунктов не говорится о том, что делать, если если мы начнем обсуждать мой гипотетический секс с другими.

Продолжая курить, он больше ни о чем не спрашивает. Я же позволяю себе незаметно на него поглядывать.

Снова нарушая свои же запреты, смотрю на него как на мужчину.

Нельзя. Не хочу разумом.

Но машинально, так же, как это было вчера и позавчера, следы других женщин на нем ищу.

Исходящие от него запахи, к которым я теперь особо внимательна и чувствительна, никак на них не указывают. Никаких важных дел по вечерам тоже пока не случается.

И для меня это какого-то черта важно.

Потушив окурок и закрыв окно, принимает входящий на телефон и включает громкую связь. Я вжимаюсь спиной в кресло.

- Слушаю, - говорит