Острые грани - Тата Кит

ещё я хочу, чтобы Руфи перестала волноваться за беременность своей сестры больше, чем за свою собственную. Вот такой я эгоистичный гондон. К тому же, мне могут пригодится твои юридические услуги. По-родственному, может, скидку сделаешь. Так что думай, Серёг. Ах, и ещё! - щелкнул он пальцами и обернулся, чтобы вынуть из кармана своего пиджака какой-то конверт. – Вот, приглашение на свадьбу. В конце сентября. Буду ждать.

- Я надеюсь, теперь ты упорхнёшь отсюда на хуй, фея крестная?

- Да щас! – хохотнул Саня. – Мы ещё не допили.

Глядя на омерзительно счастливое лицо друга, потягивающего виски, я стал постепенно утопать в своих мыслях, проворачивая в голове образ Арины.

Глава 43. Арина

- Приятного вам аппетита.

Сложно сказать, от чего меня сейчас тошнило сильнее: от беременности или от людей, которым я должна улыбаться в то время, когда хочется послать их куда подальше и поглубже.

Будь я сейчас в баре, то на хамство ответила бы хамством, но в кафе мне приходилось, извиняться, улыбаться и желать приятного аппетита с лицом, на котором не будет написано, что я хочу утопить посетителя в чае, кофе или супе.

К счастью, до конца смены осталось всего десять минут, и я, наконец, смогу вернуться в дом сестры, что-нибудь поесть и завалиться с Настюхой в гостиной, чтобы посмотреть какой-нибудь диснеевский фильм или мультик. Осталось только эти десять минут гасить в себе желание расправы со снобом в очках, которому приспичило переобуться в воздухе, и вместо кофе затребовать зеленый чай в тот момент, когда я уже поставила перед ним заказанный им же кофе.

Жалко плюнуть нельзя. Ни в рожу ему, ни в чай…

- Я ушла, - объявила я с облегчением охраннику, выходя из кафе через десять минут через вход для персонала.

Глядя в телефон, где открыла приложение, чтобы отследить свой автобус, я обошла кафе и двинулась в сторону остановки.

Запах сигаретного дыма, коснувшийся носа, заставил желудок скрутиться в тугой узел. На лбу выступила испарина, когда я, оторвав взгляд от экрана мобильника, увидела напротив кафе Серёжу, стоящего у своей машины с сигаретой, зажатой в губах. Он смотрел на дверь главного входа кафе, где охранник уже гасил свет, и чего-то ждал.

Первым самым очевидным моим порывом было – рвануть к нему, броситься на шею и простоять так в обнимку неделю-две. Но я сдержала себя, твёрдо помня о том, на что пошла, чтобы никогда не оказаться близко к нему.

Поэтому, снова опустив взгляд в экран телефона, но совершенно не различая, что там написано, я пошла дальше, сжимаясь до состояния песчинки, которую невозможно будет заметить даже при желании.

Сердце барабанило, как сумасшедшее. Я прижимала к груди ладонь и почти не дышала, словно боясь, что среди шума машин Серёжа сможет его услышать и распознать.

Ещё три шага, и я окажусь за углом ближайшего здания в безопасности и вне зоны видимости Серёжи.

Ещё два шага, и я смогу отдышаться, прижавшись к стене, чтобы не рухнуть на грязный холодный асфальт.

Ещё шаг, и…

Жесткие пальцы сомкнулись на запястье, потянули назад и впечатали мою спину в здание не с той стороны, где я планировала спрятаться и отдышаться. Прятки уже бессмысленны.

Лёгкие мгновенно заполнило знакомым запахом парфюма, сигарет и, кажется, алкоголя. Глаза машинально закрылись, стоило Серёжиному колючему подбородку коснуться моего лба, когда я опускала голову.

- Ты меня обманула?

- Не надо. Пожалуйста, - выдохнула я, пытаясь удержать слёзы.

Заведя руки за спину, я сжала пальцы в кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладони.

- Скажи мне правду, Арина.

- Ты всё видел. Мне больше нечего добавить.

- Арина, - хрипло потребовал Серёжа, путаясь дыханием в моих волосах.

- Я… - осеклась и замолчала.

Серёжины пальцы уверенным движением подцепила мой подбородок и заставили поднять голову, но не открыть глаза.

- Расскажи мне.

- Что рассказать? – не выдержала я. Резко распахнула глаза и заглянула в серые глаза напротив. – Что ты хочешь услышать?! Что я люблю тебя и ненавижу себя за это? Что я проклинаю тот день, когда села в твою машину? Что я виновата во всём, что между нами случилось? Что я проклинаю тебя за то, что ты женат?... Что именно тебе рассказать, Серёж?

- Правду, Арина. Расскажи мне правду.

- Я ничего не хочу тебе рассказывать, - я дёрнула головой, убрав его пальцы с подбородка. Оттолкнула от себя Серёжу и широкими шагами пошла в сторону остановки, спешно отирая щеки от дорожек слёз.

- Я развёлся, - прилетело мне в спину.

Я застыла словно вкопанная. Не веря своим ушам, повернулась на месте и посмотрела на Серёжу, который оставался на том же месте, где я его оставила.

- Что… ты сделал?

- Ты слышала.

- Зачем? Ты не должен был?

- Да. Не должен был, - невесело хохотнул Серёжа. – Не должен был испытывать к тебе что-либо. Не должен был приезжать к тебе, будучи женатым. Трахаться с тобой я тоже не должен был. Не должен был сходить с ума от ревности… Но я всё это сделал. И, знаешь, не жалею. Пожалею, если ты действительно та, какой я тебя видел у подъезда. Ты та? Скажи мне правду, Арина.

Стиснув зубы и, шумно вдохнув, я взглянула на черное вечернее небо и вновь посмотрела на Серёжу.

- Я просто хотела исправить нашу ошибку, - произнесла я тихо. – И не хотела, чтобы тебе было плохо без твоего сына.

- И поэтому решила сделать плохо другому моему ребенку? - Серёжа лишь на мгновение опустил взгляд на мой живот, но мне показалось, что я ощутила его теплое прикосновение под курткой. – Тебе не кажется это двуличием?

- Мне кажется, что я поступаю так, как считаю нужным. Меня никто не учил,