Безжалостный наследник - Моника Кейн

— Ах, моя голубка. — Лицо Олега озаряется при ее появлении.

Солдат, ведущий Джорджию к Олегу говорит.

— Она убила Кристиана и Родриго. Я нашел их тела в лифте.

Олег выглядит гораздо более довольным этой новостью, чем следовало бы.

— Моя маленькая Джорджия! Я всегда знал, что под этой невинной девственной рутиной спрятан инстинкт убийцы. И все же мне придется наказать тебя за убийство моих лучших людей. Но не волнуйся. — Он подмигивает. — Я позабочусь о том, чтобы тебе было весело.

Она хмурится на него, но в остальном не шевельнется.

Кира вскакивает и хватает отца за руку.

— Она не имеет к этому никакого отношения. Пожалуйста, просто отпусти ее. Ее вообще не должно быть здесь.

— Замолчи. — Олег бьет Киру по лицу. Она вскрикивает и падает на землю, поднося руку к лицу.

Губы Джорджии сжались в мрачную линию.

— Ты ублюдок, — рычу я. — Я, черт возьми, выслежу тебя и убью, если это будет последнее, что я сделаю. — Я встаю на ноги, но на моем пути появляется солдат и сильно ударяет меня прикладом винтовки в живот. Воздух со свистом вылетает из моих легких, и меня трясет, когда я падаю на землю.

Олег хохочет.

— Последнее, что ты сделаешь, — это сгниешь в моей темнице, содрав с себя тело. Может быть, мы попробуем накормить тебя твоей собственной печенью. Не думаю, что я пробовал это раньше.

Радость в его тоне подтверждает, что ничто не приносит ему большего удовольствия, чем пытка, но я никогда не доставлю ему удовольствия, прикасаться ко мне или к кому-либо еще в комнате, и я знаю, что мои братья чувствуют то же самое. Мы все взволнованы и злы, ожидая подходящего момента для удара. Даже если мы умрем сегодня, если Кира и Джорджия выживут, оно того стоит.

— Подойди ближе, моя голубка. — Олег жестом машет Джорджии вперед, и она оказывается прямо перед ним. Мои внутренности сжимаются, когда он поднимает руку и проводит ладонью по щеке Джорджии. Она отшатывается от его прикосновения, но это, кажется, только возбуждает его, его глаза сияют, как ониксовые шары.

— Моя красота. Я никогда не предполагал, что мы встретимся снова именно так. Тебя козловские черти спрятали? — Его голос мягкий, почти сочувственный, но под поверхностью скрывается едва сдерживаемая ярость. — Надеюсь, нет, надеюсь, ты не составила компанию этим подонкам, потому что если так… — Он грубо хватает ее за подбородок, гротескно размазывая кровь по ее лицу. — Мне придется убить и тебя. Ну, не раньше, чем я трахну тебя во все дырки, пока твои друзья смотрят. Возможно, мои охранники тоже заслуживают внимания, раз уж ты убила троих наших. Ты бы хотела это?

— Нет, пожалуйста, нет, — произносит она, едва громче шепота. Она падает перед собой, рыдания сотрясают ее гибкое тело. Мое тело гудит от необходимости атаковать, и я готовлюсь вскочить, но Лео останавливает меня тихим свистком. Он наблюдает за Джорджией, его глаза на чем-то сузились, на чем-то, что удерживает его внимание. Я смотрю туда, где Джорджия скрючена перед ним, и тут я вижу блеск металла.

Это происходит молниеносно. Джорджия вытаскивает что-то из штанов. Тихий щелчок — единственное предупреждение. Рот Олега сжимается в ужасающем рыке, когда он понимает, что вот-вот произойдет, но она не дает ему времени вскрикнуть. Джорджия держит пистолет между связанными руками и стреляет Олегу прямо между глаз.

На его лице отражается шок, даже когда жизнь высасывается из него, и он падает навзничь, выражение его лица застыло в омерзительной посмертной маске.

Прежде чем я успеваю ее предупредить, солдаты Олега наносят удар. Раздается выстрел, но она вовремя падает, чтобы избежать попадания. Проблема в том, что она оказывается на линии огня другого охранника, который вскидывает ногу, и его ботинок задевает ее лицо. Раздается тошнотворный звук, когда ее голова отлетает назад на холодный цементный пол.

Все вокруг меня замедляется, а я с ужасом наблюдаю.

— Нет. — Мой вой эхом разносится по огромному пространству. В одно мгновение я вскакиваю к ней, сражаясь с нападавшим, как полузащитник, всем своим весом, прежде чем пронзительный взрыв заставляет землю дрожать и трястись. Едкий дым забивает мой нос, когда в воздухе летают обломки.

Джулиан и мои люди прибыли.

* * *

Джорджия

Туп-туп-туп-туп.

Жужжание, похожее на вращение лопастей вертолета, заполняет мои уши и вырывает меня из сладкого забытья, в котором я плыву.

А затем что-то еще. Мое имя. Отчаянная мольба на губах Андрея.

— Джорджия. Джорджия. Останься со мной.

Тяжело дыша, я с трудом открываю глаза: меня пронзает боль. Но я отстраняюсь от этого, чтобы посмотреть на Андрея, на его лицо в нескольких сантиметрах от моего, когда он обнимает меня. Я хочу сказать ему, что со мной все в порядке. Все будет хорошо, потому что он выглядит таким расстроенным, но я не могу вымолвить ни слова, мой язык толстый и тяжелый во рту.

По его правой щеке тянется неровный порез, на носу засохшая кровь, но меня пугает интенсивность его взгляда. Они сияют с силой тысячи солнц.

— Не умирай на мне, детка, ты мне нужна. Ты слышишь меня, krasotka? — Его руки сжимаются на моем затылке, как будто он может каким-то образом вернуть мне жизнь. — Я люблю тебя. Я умру без тебя. Не бросай меня.

Его слова гулко отдаются в моем черепе, эхом отдаваясь в далеких глубинах моего сознания.

Андрей любит меня.

Я хочу сказать ему, что я тоже его люблю. Что я вернусь. Я так хочу не спать ради него, хочу быть с ним всегда, но темнота манит, заманивает в свои сладкие объятия. Я больше не могу бороться с ней.

Я остаюсь под водой и растворяюсь в пустоте.

ГЛАВА 40

Андрей

Я смотрю на лицо Джорджии в спокойном бессознательном состоянии и задаюсь вопросом, о чем она мечтает, в каком мире она находится, пока я дежурю у ее кровати. Прошло два дня, два самых длинных дня в моей жизни. Она получила сильное сотрясение мозга, когда ударилась головой о бетонный пол, за несколько мгновений до того, как мои люди проломили часть стены здания.

Медикаментозная