120 миллиметров между нами - Антония Эдельвейс

Вскочив с дивана, я спешно двинулась в сторону ванной.

- Я оккупирую твой душ, - скорее поставила я его перед фактом, нежели, попросила, и, не дожидаясь ответа, быстро закрыла дверь, оставив Сашу всё так же зависшим в комнате.

Закрыв дверь на замок, я включила воду, а сама сползла спиной по двери на пол.

Сердце бешено стучало, а саму меня била мелкая дрожь. Волнение и страх охватили меня.

Вдруг, он действительно хотел признаться в чувствах ко мне? Но что, если нет?.. Как потом жить дальше? Я думала, что готова ко всему, но нет, это было не так. Всё произошло чересчур быстро.

Мне нужно было привести мысли в порядок. Слишком много всего. Слишком много ненужных эмоций и чувств, которым сейчас не место.

Пора взять себя в руки.

Сейчас не время для признаний и я это чётко осознавала. Ещё вчера была годовщина смерти его девушки, а тут я, со своими чувствами. Нам обоим нужно немного прийти в себя, а потом попробовать поговорить ещё раз.

И всё же в глубине души я мелочно радовалась: ещё не всё потеряно. Я ещё могу повоевать за его любовь.

***

Выйдя из ванны, я порядком растерялась, увидев Сашу в нарядном костюме, стоящим у окна и задумчиво вглядывающимся в безоблачное осеннее небо.

- Ты на работу?

Он повернулся, с улыбкой посмотрев на меня.

- Не угадала.

Признаться, мне в тот момент было не до его игр, но я была искренне рада, видя, что от его вчерашней депрессии не осталось и следа. Да и о нашем недавнем разговоре, так удачно прерванным мною, ничего не напоминало - Саша явно мне уступил в этот раз.

- А куда?

На его губах заиграла чеширская улыбка, что была знакома мне с детства, и которую Саша скрывал ото всех остальных.

- В ресторан.

Похоже, мои мысли отразились субтитрами на лице, ведь друг залился довольным смехом.

- Что? Забыла, какой сегодня день?

Какой день? Я, откровенно говоря, растерялась. Вчерашний день, я теперь уж точно до конца жизни буду помнить, а сегодня…

Судорожно копаясь в своей памяти, я резко замерла.

День рождения! Мой собственный!

Я напрочь про него забыла.

Растерянно посмотрев на друга, я выдавила из себя жалкое подобие улыбки.

- Эх, Маленькая, вот всегда ты так, - сокрушенно покачал головой Саша, подходя ко мне. – Всегда про важные даты забываешь.

Ну, я не стала ему говорить, что запоминаю лишь действительно важные события, молча передёрнув плечами.

- Ладно, собирайся!

- Куда?

- Как куда? Я же уже сказал, в ресторан! Раз уж я подпортил тебе вчерашний день, то хочу так реабилитироваться в твоих глазах, а заодно и отпраздновать твой день рождения.

- Было бы что отмечать, - тихо фыркнула я.

- Ну, не скажи, тридцать четыре бывает лишь однажды, - практически пропел друг.

Клянусь, если бы я не увидела тогда в его взгляде озорные искорки, я бы ему врезала.

- Да будет тебе известно, что не красиво говорить о возрасте женщин.

Тот ничего не ответил, но примирительно поднял руки, всё так же шкодливо улыбаясь.

- Ну что, поехали?

- Да погоди ты! Дай хоть переодеться!

Под его весёлый смех, я пулей вылетела из квартиры.

В тот момент я понимала, что ещё не известно, что ждёт меня в будущем, и всё же в одном я была уверена точно – теперь всё будет хорошо.

Глава 15

Постепенно, жизнь начинала налаживаться, и мне хотелось верить, что впереди ждёт лишь хорошее.

Мои пару дней псевдо отпуска для адаптации подошли к концу, и я вышла на работу в давно знакомый мне офис, но уже не как новый сотрудник, а как начальник.

Сказать, что я боялась, всё равно, что промолчать. Мне было страшно до дрожи в коленях! Я боялась всего: что меня возненавидят коллеги, которых я знала четыре года назад, и которые меня наставляли, а теперь внезапно стали моими подчинёнными. Я боялась оплошать, боялась дать не то распоряжение или неосмотрительно подписать документ, который обеспечит мне до конца дней питание и казённую крышу.

В некоторых вопросах меня просвещал и консультировал сам Саша, поэтому я вскоре кое-как втянулась, хотя боязнь подписывать бумаги никуда не исчезла.

Если первое время я полностью похоронила себя под работой, то уже через полгода вновь «ожила», начав вести жизнь не только на работе. Мы часто встречались с Оксаной и Колей и вчетвером ходили в кино и рестораны, а порою устраивали встречи на квартирах, проводя ночи кино.

Стоит отдельно отметить, что у этих двоих сердечки летали в радиусе километра. Слепому было видно, как Коля и Оксана любят друг друга. По секрету, подруга поделилась, что они уже даже обдумывают регистрацию брака на следующий год, и я была искренне за них рада.

Если с Оксаной Саша общался сдержанно-дружески, совсем как в школьные годы, то с Колей они были в состоянии «ни друг, ни враг», хотя я понимала, что по большей части это из уважения к нам с Саной.

Не скажу, что ребята жаждали отведать крови друг друга, но и дружбой между ними не пахло. Хоть драки остались в далёком прошлом, отношения этих двоих не изменились, просто перешли в состояние холодной войны. Друг с другом они почти не разговаривали, но поддерживали любой разговор и даже соглашались играть вместе в настолки, правда, с нашей с Оксаной подачи.

Мы наслаждались нашей жизнью.

С Сашей я общалась теперь почти как в детстве: двадцать четыре часа в неделю, триста шестьдесят пять дней в году. Мы часто заглядывали друг к другу в квартиры, порою даже без особого дела.

Мои родители, вышедшие на пенсию, теперь редко бывали в городе, предпочитая сидеть на даче, в утеплённом доме с русской печью и камином для уюта, а так же газовым котлом и ванной комнатой для удобства. Да и от самой дачи там было одно лишь название, а так это был вполне себе приличный посёлок, с собственным магазином и библиотекой. Так я осталась в квартире совсем одна. Не скажу, что мне было от этого некомфортно, ведь в Америке я тоже большую часть времени прожила в одиночестве, и, тем не менее, мне часто не хватало компании, того, с кем можно в любой момент перекинуться парой фраз. Саша же и вовсе был постоянно один,