Я подарю тебе тьму - Лора Олеева

В окне еще темно, но уже темнотой ночи. Звезда, которая билась среди тумана, наконец свободна, и радостно сияет мне. Я осторожно выбираюсь из теплой постели, собираю одежду и босиком выхожу из спальни.

В кабинете холодно. Быстро одеваюсь и подкладываю дров в прогоревший очаг. Зябко потираю руки, зажигаю свечу и усаживаюсь за стол. Я уже не засну, тогда лучше поработаю.

Беру в руки перо и начинаю писать руны. «Смерть». Произошла из рисунка скелета. Три черточки, еще четыре, и еще пять. И снова повторить. И снова. Пока я не научусь писать эту руну в совершенстве. Моя рука рисует смерть, а память невольно подбрасывает картины моего сна. Ну почему, почему меня преследуют эти сны. Что хочет сказать мне мое подсознание? И должна ли я ему верить? Наверное, этого не знает никто.

Глава 41

Я завожу врагов

— Ты во сколько проснулась? — спрашивает меня Тиэрен, выходя утром из спальни. Он смотрит на исписанные страницы и хмурится: — Ты вообще спала? Что случилось?

— Все хорошо, — растягиваю я губы в улыбке. — Что-то просто не спалось.

— Когда приходит Черный туман, такое бывает, — успокаивается маг. И замечает: — Вот этот изгиб у руны надо делать более острым. А заклинание против Черного тумана ты хорошо натренировалась писать. Можем попробовать еще одно после завтрака.

После чего торопливо идет умываться.

Тиэрен уходит рано, и я понимаю, что у него сегодня куча дел: город и его окрестности после Черного тумана превращаются в аналог компьютерной стрелялки с зомби или оборотнями.

— Помню, когда я еще в Замке-на-горе жила, — рассказывает мне за завтраком Арвета, — у кухарки ровен перед Черным туманом курица убежала. И гарраком стала.

— А как гаррак выглядит?

— Увидишь, не ошибешься, — отрезает Арвета. — Та курица пыталась на людей нападать. В лицо кидалась, глаза пыталась выклевать. Даром что слабая птица, но такой злобной тварью стала, просто ужас. Пришлось пристрелить.

Сердце у меня сжимается от страха за моего мага. А если не курица? Если волк какой-то? Вспоминаю вчерашний вой в лесу. Жуть. Хоть бы с Тиэреном ничего не случилось!

Мою комнату почти закончили делать. Окно вставлено, пол вчера хорошенько ошкурили и покрасили какой-то морилкой. В комнате, конечно, попахивает, но мастер обещал, что все быстро высохнет. Дверь тоже новенькая. Я осторожно захожу.

В пустой комнате холодина, потому что окно приоткрыто. Но зато уже почти не пахнет. Господин Кримир обещал спустить мебель с чердака — комод и шкаф. Пусть и старые, но пока мне послужат. Новую кровать сегодня тоже обещали привезти, хотя я и не особо просила. Я же сплю теперь с Льереном, а вскоре будет наша свадьба. Но вот собственная комната с рабочим столом мне нужны.

— Могу увидеть я госпожу Астру? — слышу я женский голос из прихожей, который кажется мне знакомым.

Выглядываю и удивляюсь, но вида не подаю.

— О, госпожа Астра! — расплывается в приторной улыбке виденная мною раньше хозяйка шляпного салона.

Она ведет себя так, словно ничего и не было. Словно они не обливали меня с Маленой помоями два дня назад.

— Простите, я вас не припоминаю, — говорю я спокойно. — Мы знакомы?

— Я хозяйка шляпного салона. Эминия, — напоминает женщина и вопросительно смотрит на меня.

Арвета складывает руки на груди и ожидает продолжения банкета: я вкратце пересказала ей инцидент в магазине.

— Можешь идти, Арвета, — с намеком говорю я.

Служанка хмыкает и уходит.

— Мы можем поговорить? — продолжая растягивать лицо в льстивой гримасе, просит Эминия.

Я жестом предлагаю пройти в гостиную.

— Что вас привело ко мне? — желая поскорее покончить с неприятным мне разговором, интересуюсь я.

— Я наслышана о ваших выдающихся способностях, — поет шляпница.

Всполошилась курица, хмуро думаю я, за насест свой испугалась. Разумеется, теперь клиент потечет мимо нее в другой салон.

— Обычные способности, — сдержанно говорю я.

— Ну что вы! — всплескивает руками женщина. — Такой талант! Такой талант!

Она действительно думает, что может подкупить меня своим сладким кудахтаньем? Я лишь приподнимаю вопросительно бровь: ну и? Эминия понимает, что на лесть я не поведусь, и меняет тон с «ути-пути-деточка» на деловой.

— У меня лучший салон в Агнурисе, — говорит она. — Наше сотрудничество могло бы быть полезным нам обеим.

— Вот как?

Я даже не пытаюсь скрыть свой скепсис. Нет, дело не в злопамятности. Я отходчивая. Просто иметь дело с подругой Малены не хочу ни при каком раскладе. Эти гадюки друг друга стоят. А у меня и так в жизни хватает треволнений, чтобы еще ожидать укуса в лопатку.

— Вы делаете светящиеся аксессуары для Зоулии, — берет быка за рога гостья. — Я готова вам платить в два раза больше, если вы будете поставлять их только мне. Что вы на это скажете?

Эминия выжидательно смотрит на меня. Я вздыхаю. Пора прекращать этот балаган. Гостья даже не подумала извиниться передо мной за свое поведение два дня назад.

— Боюсь, что это невозможно, — говорю я вежливо. — Я заключила договор с госпожой Зоулией на эксклюзивную поставку ей светящихся аксессуаров.

— Но вам же выгодней работать со мной, — не сдается Эминия. — У меня имя, у меня наработанная клиентура, меня знают и уважают в городе. Разве какая-то выскочка, которая недавно появилась, может со мной конкурировать?

— Все течет, все меняется, — пожимаю я плечами. — Сегодня впереди один, а завтра, глядишь, его обскакали.

— Копыта сотрет меня обскакивать, — парирует хозяйка салона. В ее глазах мелькает раздражение. — Ну хорошо, я понимаю: вы поспешно заключили договор не с тем, с кем надо. Но, возможно, вы могли бы придумать что-нибудь и для меня?

Ага, держи карман шире.

— Даже не знаю, что сказать, — развожу я руками. — Пока никаких новых идей нет. Мне бы старые воплотить.

— Я так понимаю, что вы мне отказываете? — поднимается с места шляпница. Теперь в ее голосе слышится угроза.

— Ничем не могу помочь, — холодно говорю я.

— Советую хорошенько подумать.

И что ты мне сделаешь,