Константин - Лана Морриган

Лея стояла, прижав ладонь к груди. Она чувствовала каждый выброс ярости Константина через нить. Его гнев обжигал, а боль отзывалась эхом.

— Хватит! — закричала она, но осталась неуслышанной. Стены дрожали, воздух вибрировал.

— Убей, если сможешь, — прохрипел Виктор. — Но ты не сделаешь этого. Ты слишком боишься признать, что все еще монстр.

Константин шагнул к нему.

В глазах жуткая чернота.

Его ладонь сомкнулась на горле Виктора.

— Я не боюсь, — произнес он тихо. — Я научился выбирать, кого убивать.

— Так вот он ты… — прошептал соперник, улыбаясь даже в удушье. — Настоящий.

Глава 35

— Развлекаетесь без хозяина дома? Некрасиво, — вслед за стальным голосом последовало появление Темного князя. Вампир вышел из пустоты ровно между соперниками. — Приятно, что скука вам не грозит, — недовольство и раздражение в Александре выдавали чуть подрагивающие крылья носа. — Я разве не предупреждал, что в моем доме не выясняют отношения и убивают лишь с моего разрешения?

— Так ты дашь разрешение, князь? — отозвался Константин сухо, не сводя взгляда с противника. Голос был обманчиво спокоен, но вот тело выдавало напряжение и желание вновь впиться в горло Виктору.

Александр подарил Константину взгляд, от которого у простого человека не просто дрогнуло сердце, но и подогнулись колени.

— Фас! — с извращенным удовольствием произнес князь. — Ну же. Я дал добро. Рвите друг друга на части. Вгрызайтесь в глотки. Отрывайте конечности. Нет? Нет, — подытожил он разочарованно. — Почему я все еще вижу вас живыми? — произнес он холодно.

— Не стоит утрировать, дорогой брат. Мы просто разговаривали, — с притворной вежливостью ответил Виктор, отряхивая ладони и с разочарованием рассматривая порванный камзол. — Хотя признаю, разговор вышел… эмоциональным.

— Эмоциональным, — повторил Александр, подходя ближе к собеседнику. — Я начинаю думать, что вернуть тебя в Преисподнюю не такая и отвратная идея. Я закрывал глаза на твои игры с людьми. За тобой, как за невоспитанной собакой, убирали следы. Знаешь, — лицо Александра озарилось. Он перестал хмуриться, и уголки губ подергивались. Казалось, князь хотел широко улыбнуться. — Я наконец понял, кого ты мне напоминаешь. Если раньше я считал тебя простым паразитом. Прости, — тут же извинился, — Высшим вампиром. То сейчас вижу в тебе мелкую собачку. Самоуверенный взгляд, мерзкий нрав и желание всех унизить и оскорбить, словно у тебя на это есть силы и возможности. Я отзываю свое приглашение, Виктор. В мой дом у тебя больше не возможности войти.

Тишина, что последовала за словами Александра, резанула слух всех присутствующих. Отозвать приглашение в дом для вампира было сравни унижению. Прямое оскорбление, которое прощалось редко. Очень редко.

Виктор замер, не сразу поверив, что услышал. Лениво-хищная улыбка неестественно застыла на лице, а в глазах сверкнуло что-то похожее на злость.

— Ты не можешь… — начал он, но Александр поднял руку.

— Могу, — отрезал князь спокойно. — И сделал.

Пространство вокруг Виктора темнело, искривлялось.

— С этого мгновения ты гость лишь для тех, кто решится открыть тебе свою дверь, — произнес Александр медленно. — Я устал от тебя.

Виктор яростно шагнул навстречу Александру, но его буквально выплюнуло за пределы гостиной в разбитое панорамное окно.

Он сиротливо смотрел на тех, кто был в доме, с улицы, кривя губы в оскале и шипя на них.

— Осторожнее, Александр, — произнес Виктор, медленно выговаривая каждое слово. — Если уберешь с дороги одного Высшего, другие не простят. Даже тебе.

Александр усмехнулся:

— Я это слышал так часто, что сбился со счета, какая это угроза.

— Думаешь, я тебя боюсь? — бросил Виктор.

— Нет. Не думаю, — ответил Александр. — Ты просто не знаешь, чего следует бояться. Хорошего вечера, — произнес буднично и повернулся к Виктору спиной. — Я более тебя не задерживаю.

Легкий хлопок оповестил, что Виктор исчез, подняв в воздух песок. Несколько секунд никто не смел шелохнуться и нарушить тишину.

Александр первый пришел в движение, глубоко вдохнул, стряхнул кисти рук, сбрасывая напряжение.

— Ты должен все восстановить, — сказал он Константину. — И этот мрамор мне нравился. Скажу сразу, на него очередь в несколько лет. Будь добр, закажи как можно быстрее.

Каменная пыль осела на пол. Носком ботинка Александр вывел цифру на слое камешков.

— Столько он мне обошелся еще до рождения дочери. Не знаю, добывают его сейчас или место уже себя исчерпало. Меня это мало волнует. Элеонора, — князь переключился на свою пару. Рывком приблизился к ней, скользнул взглядом по хрупкой с виду женской фигурке. — Как видишь, у нас незапланированный ремонт.

Элеонора чуть приподнялась и быстро коснулась губами его щеки.

— Ты мог бы вернуться чуть раньше, Темный князь, — произнесла она с укором.

— Признаю свою вину, — ответил он, нежно приобнимая вампиршу.

— Я могу поинтересоваться, чем или кем ты был так занят, зная, что я зову тебя?

Александр поцеловал истинную в висок, намекая, что ответ сейчас она не получит.

— Ладно, — произнес он, чуть отстраняясь от Элеоноры. — Я не задерживаю вас, Константин. Забери свою пару и возвращайся в целый и чистый дом.

— Благодарю за гостеприимство, — коротко кивнув, Константин выпрямился в полный рост. Им все еще владели эмоции. Они заставляли Высшего вампира реагировать на дуновение ветерка, на скрип мраморной крошки под подошвой обуви, на все, что окружало.

Александр отмахнулся

— Твои слова очень похожи на издевку. Запомни, дитя, гостеприимство не отменяет благоразумия, — сказал Лее, стоявшей позади Константина. — Всегда будь благодарна. Особенно тому, кто сильнее тебя.

Она продолжала вжиматься в стену, ошеломленная тем, как быстро и точно двигались Высшие вампиры. Слишком быстро, чтобы человеческий глаз успел уловить детали. Но она уже не человек. И потому видела все. Видела, как Константин, обычно спокойный, холодный, терял ту сдержанность, что всегда казалась частью его природы. В каждом его движении было столько силы и ярости, что Лея едва его узнавала. Сейчас она увидела в нем безжалостного хищника. И этот контраст пугал сильнее, чем страх перед Александром.

Когда вмешался князь, схватка мгновенно прекратилась, но Лея все еще слышала эхо ударов, гул собственного сердца и звон крови.

Она смотрела на