Любимый злодей. После - Д. С. Одесса

– Прошла испытание? – повторяю я. – Что за испытание?

– Успешно пройденное. Мне необходимо было окончательно убедиться, – говорит он. – Узнать, отступишься ли ты от нас, если другие попытаются нас разлучить.

Что, простите?

– На самом деле, если кто-то в нас и сомневался, то это ты. Я в глубине души знала, что мы не родственники. А вот ты, судя по словам Лекса, совсем потерял голову.

Он закусывает нижнюю губу, а затем, кажется, делает над собой усилие.

– Наверное, я хотел в это поверить, чтобы найти хоть какое-то обоснование нормальности моей тяги к тебе. Извини, что я клюнул на ложь Адриана. Я сделал тест ДНК задолго до тебя и получил результаты.

– Ты сделал?.. Почему ты мне не сказал? – не понимаю я. К чему эти игры?

– Хотел в последний раз тебя проверить.

– Потому что все еще сомневаешься в моих чувствах к тебе? – продолжаю я и сажусь чуть выше, опираясь на подушку. При этом морщусь от боли и прижимаю руку к груди.

– Отдохни немного, мой цветочек. Я собирался спокойно обсудить с тобой все, когда вернусь. Сейчас не самое подходящее время.

– Нет, подходящее, – решительно отвечаю я. Я определенно не позволю ему сбросить звонок.

– Твою мать! Будь я сейчас с тобой, ты бы не стала перечить мне во второй раз. – В уголках его рта появляется ухмылка, одновременно мрачная и полная беспокойства за меня. – Послушай, Нурия. Долгое время я сомневался, что ты когда-нибудь почувствуешь ко мне то же, что и я к тебе. Ты умирала у меня на руках, когда призналась мне в любви. Была в шоке, под воздействием адреналина и в замешательстве. Возможно, ты не понимала, что говоришь. Я дурак, настоящий идиот, раз усомнился в твоих словах. И все же я хотел разобраться, значу ли я для тебя что-нибудь. Хотя бы настолько, чтобы ты сама проявила инициативу.

Теперь мне действительно ясно, что он имел в виду под испытанием. Это не часть одной из его игр. Он всерьез пытался выяснить, настоящие ли чувства я к нему испытываю.

– Демон, – спокойно отвечаю я. – До сих пор в моей жизни был только один человек, которому я признавалась в любви. И мне было нелегко выразить свои чувства. Эти слова я произношу только тогда, когда чертовски в них уверена. Абсолютно уверена, – еще тише добавляю я.

Он внимательно слушает мои слова. В глазах мелькает едва заметный отблеск ревности.

– Кто был первым человеком, которому ты сказала эти слова до меня?

– Я вовсе не говорила, что до тебя кто-то был, – с усмешкой отвечаю я. – Ты такой слепой. Ну как ты не понимаешь? Ты – этот первый человек и до конца моих дней будешь единственным, кому я скажу эти слова, Демон.

Потрясенный моим ответом, он приоткрывает губы. Никогда еще не видела, чтобы у него пропадал дар речи.

– Я люблю тебя, Уайлдер. Люблю тебя так неимоверно сильно, что мне больно от невозможности быть с тобой. Каждая минута – твоя. Ты поселился в моей голове, потому что я постоянно думаю о тебе.

Едва я произношу эти слова, как он запускает руку в слегка влажные волосы, заметно напрягаясь.

– Черт, ты даже не представляешь, что сейчас со мной делаешь, моя роза. Как бы я хотел прямо сейчас прилететь к тебе, показать и сказать, что я тоже тебя люблю. Что ты – та женщина, которую я всегда буду боготворить. Которая создана для меня.

Чем дольше он говорит, тем больше слез наворачивается мне на глаза. На этот раз от радости.

– Не плачь.

– Не могу, я хочу к тебе.

– Хорошо, я вылетаю в Бостон.

– Нет, – тут же перебиваю я его.

– Нет?

– Куда ты собирался лететь?

– Ты ведь и так знаешь. Как будто Кэм и Лекс смогли удержать языки за зубами, – отвечает он, наклоняясь вперед.

– В Сибирь? – уточняю я.

Демон кивает.

– Я установил местонахождение своих сестер. Узнал, куда их увезли после того, как отец Гавриила их похитил. Если я тебе нужен, то сейчас же прилечу в Бостон.

– Нет, – тут же мотаю головой я. – Нет, ты отправишься в Сибирь спасать сестер. – Не хочу, чтобы ему пришлось выбирать между сестрами и мной. – А я потерплю и подожду здесь.

– Уверена? – Он наклоняет голову. – Потому что, поверь, все равно я вряд ли смогу думать о чем-то другом, кроме тебя, тебя подо мной, твоих губ на моем теле и твоих тихих стонов, прежде чем я заставлю тебя кричать. Я люблю тебя так сильно, что сидеть в чертовом самолете за тысячи миль от тебя для меня чистая пытка.

– Я уверена. Так как я люблю тебя, я не хочу, чтобы ты немедленно летел в Бостон. Найди своих сестер. Сейчас ты нужен им больше, чем мне.

Если они еще живы. Но я не буду произносить вслух, что они могут быть мертвы. Не сомневаюсь, Демон учитывал и такой вариант. Но он должен попытаться.

Уайлдер кивает.

– Ты не пожалеешь, что подождала, – уверяет он меня с заманчивым блеском в глазах. – Отдохни немного, у тебя все еще очень измученный вид.

– Неудивительно после экскурсии по твоей башне. Ты внушил мне, что я в больнице.

– Как будто я отдал бы тебя на попечение чужих людей. Никогда, – отвечает он, как будто в мире нет ничего более нормального, чем нанимать врачей, которые обязаны круглосуточно заниматься только моим лечением.

– Ты все такой же помешанный, – поддразниваю я.

– Я начинаю думать, что именно это тебя во мне и очаровывает, – самодовольно отвечает Уайлдер.

Я слышу рядом с ним шаги.

– Уже идут мои люди, которые будут меня сопровождать. Не хочешь, чтобы я вылетел в Бостон?

– Нет. Мой ответ остается прежним.

Он приподнимает темные брови:

– За это я вечно буду тебе благодарен. Я наблюдаю за тобой, моя роза. Всегда.

Я с улыбкой провожу пальцами по его лицу на дисплее.

– Береги себя и возвращайся ко мне целым и невредимым.

После того как он кивает и мы еще три секунды смотрим друг другу в глаза, Демон кладет трубку, а у меня в груди остается смесь облегчения и тоски.

Он все еще любит меня.

Обессиленная, я снова тону в подушках. А когда, моргнув, смотрю на телефон, читаю сообщение от Демона.

«Воспользуйся временем без меня, чтобы подумать, в какой позе