Поцелуй незнакомца - Мэри Грин

Раф провел рукой по влажным волосам и нащупал на затылке огромную шишку. Возможно, этот удар и вернул ему память. Не могла же она сама собой восстановиться! В жизни всегда найдется что-то, за что следует поблагодарить Всевышнего, подумал он, протирая сонные глаза. Он отодвинул от себя пустую миску.

Одежда, развешанная рядом с камином, уже просохла, но влажные бриджи прилипали к ногам и холодили кожу. Он повернулся спиной к огню и так стоял, пока не согрелся. Ноги обрели устойчивость, и вместе с ней к нему вернулась прежняя решимость. Андриа ему изменяла, и он не успокоится, пока она не признается в своем грехе.

Хозяин принес из кухни хлеб и вторую порцию супа.

— Я подумал, может, вам нужна добавка, нутро прогреть, — пояснил он и сдержанно улыбнулся.

— Спасибо, дорогой мистер Браун, — проговорил Раф с невозмутимым выражением лица. Он давно научился не выражать мимикой своих чувств. — Вы отличный хозяин и были добры ко мне с первого дня моего возвращения. — Он поправил на плечах одеяло и стал намазывать маслом хлеб. — Если бы вы еще принесли мне сухую одежду, я был бы вам вдвойне признателен.

Хозяин посмотрел на него расширившимися от изумления глазами:

— Неужели вы опять куда-то поедете?

— Я должен. У меня осталось одно незаконченное дело.

— Простите за нескромный вопрос, милорд, но как вы оказались в реке?

Несколько секунд Раф размышлял, стоит ли сказать хозяину правду. Нет, решил он, правда может оказаться для него опасной.

— Да так, повздорил с какими-то бродягами, но жребий оказался на их стороне.

— Я понимаю, — кивнул хозяин и прищурил глаза, словно не очень ему поверил.

Интересно, как много он знает о тех дьявольских обрядах, что практикуются в Роуэн-Гейте, задумался Раф.

— Но вы наверняка знаете, милорд, — продолжал мистер Браун, — Финн — коварная река. Не одна душа нашла смерть в ее холодных глубинах. И не известно, что это — несчастный случай или преступление?

— Просто несчастный случай. Впредь я буду осторожнее.

— Может, все-таки сообщить властям?

— Нет! — замотал головой Раф. — Эти негодяи теперь уже далеко.

— Пожалуй, вы правы, — протянул хозяин и удалился, что-то бормоча себе под нос.

Раф перед камином обдумывал свои дальнейшие действия, когда в зал вошел хозяин с охапкой одежды. «Наверное, жертвует своим воскресным костюмом», — вздохнул Раф.

— Я куплю вам новый и обязательно вас отблагодарю, — пообещал он мистеру Брауну.

— В этом нет необходимости, милорд. Я знаю вашу широкую натуру. — Хозяин озабоченно посмотрел на Рафа, облачившегося в штаны и куртку из домотканой коричневой материи. — Только, кажется, он вам слегка маловат.

— Это не важно, милый человек. Главное, что мне будет в нем тепло.

Через двадцать минут Раф снова оседлал Грома. Но на сей раз он избрал другую дорогу — подальше от реки. Он ехал по деревне и лелеял в себе ярость, боясь расплескать ее по дороге. Андриа не пожелает с ним говорить, он заставит ее силой, но в любом случае узнает правду.

Подъезжая к Стоухерсту, он увидел, что несколько окон в доме еще светятся. Он направился к парадному входу, нимало не заботясь, что может нечаянно столкнуться с Ребеккой. Хочет она или нет, он все равно поговорит со своей женой.

Дворецкий, открывший ему дверь, неодобрительно нахмурился. Раф ураганом промчался мимо, прежде чем старый слуга успел сказать хоть слово.

— Добрый вечер, Уитерспун! — крикнул на ходу Раф и, перескакивая через две ступеньки, помчался наверх. Уверенный, что Андриа находится в своей спальне, он рывком распахнул дверь. Никого.

Одним взглядом окинув комнату, он отметил смятую постель и валяющуюся на ней шелковую сорочку. От ярости у него потемнело в глазах, и он решительно направился к двери.

В конце коридора послышались голоса. Это наверняка Ребекка и дворецкий. Но у Рафа сейчас не было ни малейшего желания объясняться с кем бы то ни было. Студия! Андриа может быть там. Нужно проверить студию, а потом салоны.

Когда он ворвался в огромную комнату, Андриа в испачканном краской халате стояла возле рабочего стола и вытирала кисти. Она вздрогнула от удивления:

— Раф!

Он бросился к ней и схватил ее за плечи.

— Ты лгала мне, — зашипел он. — Ты была уверена, что ко мне не вернется память и я ничего не узнаю?

Андриа удивленно смотрела на него. Между бровями у нее пролегла глубокая складка.

— Лгала? Я понятия не имею, о чем ты говоришь, Раф.

— Ты прелюбодействовала с Дереком, — процедил он, судорожно вцепившись в нее. — Я все вспомнил. Ты слышишь меня? Я тогда мог бы убить вас обоих. Но я этого не сделал. А ты за это время здорово научилась напускать на себя невинный вид.

— Какой абсурд! — вскричала Андриа, вырываясь из его железной хватки. — Я уже говорила, что никогда тебе не изменяла.

— Ты можешь говорить все, что тебе вздумается, — прорычал Раф. — Но я все вспомнил, помню все до мельчайших подробностей. — От ревности он потерял рассудок и не слышал, как дворецкий в коридоре о чем-то советуется с Ребеккой.

— Убирайтесь отсюда, тетя Ребекка! — рявкнул Раф, когда она в сопровождении дворецкого вошла в комнату. — Нам с женой нужно обсудить важный вопрос.

— Сам убирайся! — возмутилась леди Стоун. — Вон из моего дома! — Она указала пальцем на дверь.

Раф скрестил руки на груди.

— Даже если вы лично будете меня выталкивать, я не уйду, тетя, — заявил он и повернулся к Андрии. Она стояла бледная и еще более встревоженная. — Я не знаю, что ты собираешься мне говорить, — начал он громовым голосом, — но у меня никогда не будет к тебе веры.

— В таком случае я не вижу смысла вообще что-то говорить, — холодно произнесла Андриа. — Зачем тебе мои объяснения, если твои уши останутся глухи к любому из них. — Она поджала губы и подбоченилась.

— Это что, твоя месть? Ты, должно быть, принимаешь меня за полного глупца. Может, ты объяснишь, с чего это Дерек так рьяно пытается заручиться моей дружбой? Не потому ли, что ты сделала меня рогоносцем и смеешься за моей спиной? — Раф представил, как Андриа торжествует, наставляя ему рога, и задрожал от злости.

— Милорд, лучше уйдите по-доброму, — услышал он и ощутил на рукаве худую руку дворецкого. — Иначе я буду вынужден позвать слуг, чтобы… вам помочь.

— Андриа, зачем ты морочила мне голову? — задыхаясь продолжал Раф. — Только для того, чтобы причинить мне побольше страданий? — Грудь его раздулась как кузнечные мехи, голос прерывался. — Какой нелепый способ отмщения!

— Да он совсем рехнулся! — с негодованием проговорила Ребекка. — И посмотри, как он одет. Он похож на крестьянина.