Сияние огненного опала - Элизабет Хэран

После этого они занялись листьями на сковороде. Листья ужасно воняли, и Джонатан не мог себе представить, что их можно есть. Один абориген снял сковороду с огня. Другой пытался говорить с Марли. Джонатан настороженно слушал. Казалось, она понимала что-то из сказанного, ведь когда-то она даже научила Джонатана нескольким словам. Он предположил, что они спросили, отец ли он ей. Вероятно, она ответила, что нет, не отец, так как мужчины с подозрением посмотрели на него. Несомненно, они хотели знать, что делала девочка-аборигенка с белым мужчиной. А Марли была слишком маленькая, чтобы объяснить им, что Джонатан был ее опекуном.

Когда листья остыли, один туземец стал разминать их пальцами, пока они не превратились в пасту. Джонатан завороженно наблюдал за ним. Затем возникла новая дискуссия. Один туземец достал из машины канистру и налил в радиатор немного воды. Джонатан запротестовал, но на него не обращали внимания. Другой лег на землю и смотрел, в каком месте из радиатора вытекала вода. Потом ему подали сковородку с пастой, и он нанес пасту на дыру. Джонатан склонился над мотором и тоже смотрел на их действия. Казалось, аборигены хорошо знали, что делают, и его снова поразила их находчивость, хотя он не понимал, откуда они все это знают. Ведь они жили в буше, и у них не было машин.

Один абориген обратился к Марли и показал на Джонатана.

– Он говорит, чтобы ты ехал на машине только после того, как солнце поднимется выше наших голов, – перевела она.

– Ага… – Джонатан кивнул аборигенам. – Ты знаешь, как на их языке будет «спасибо»? – спросил он у Марли.

Она покачала головой.

Джонатан повернулся к мужчинам и поблагодарил их на английском, кивал, улыбался в надежде, что они поймут. Странное дело, но они никак не реагировали.

– Я и воду не должен сейчас наливать? – спросил он и проверил, сколько воды осталось в канистрах. Он надеялся, что теперь они доедут до Кертин-Спрингс без новых неприятностей.

Марли не ответила, и он поднял голову. Аборигены исчезли. Он смотрел по сторонам, заглянул за машину, но нигде их не увидел.

– Куда они скрылись? – спросил он у Марли. Девочка играла с ящеркой, которую только что поймала.

Малышка огляделась и пожала плечами, а потом снова занялась ящерицей.

– Они, наверное, пошли на охоту, Джоно, – сказала она.

Джонатан лишь покачал головой. Потом собрал пожитки и убрал в машину. Снова посмотрел вдаль. Может, аборигены все еще где-то поблизости и наблюдают за ними? Они с Марли пристроились в тени, немного поели и попили, а когда солнце поднялось выше, Джонатан наполнил радиатор. Сначала плеснул совсем чуть-чуть воды и, убедившись, что она не вытекает, налил его доверху. Завел мотор и проверил все еще раз. Он был почти уверен, что заплатка из листьев прорвется, когда в радиаторе повысятся температура и давление. К его изумлению, этого не случилось, и они продолжили свой путь.

До Кертин-Спрингс Джонатан нервничал и перевел дух лишь тогда, когда наконец впереди показался поселок. Заплатка выдержала.

В Кертин-Спрингс была бензоколонка с маленькой лавкой по соседству, единственный жилой дом и кемпинг. За домом виднелось кладбище автомобилей. Поселок был крошечный, но Джонатан никогда еще не радовался так при виде признаков цивилизации, как в этот момент. Когда он подъехал к бензоколонке, из будки вышел мужчина, вытирая руки полотенцем. Старый хилер, австралийская пастушья собака, проковылял за ним и тяжело лег возле колонки.

– Привет, приятель, – дружелюбно приветствовал его мужчина.

На взгляд Джонатана, ему было лет пятьдесят. У него была трехдневная щетина на открытом, приветливом лице и седая, редеющая шевелюра. Одет он был в рубашку с коротким рукавом, на которой отсутствовали все пуговицы, кроме одной. Поэтому она выставляла на всеобщее обозрение его толстый, загорелый живот.

– Привет, – ответил ему Джонатан.

– Англичанин! В нашей пустыне! Вот уж не каждый день такое увидишь! – восхитился толстяк.

– Как я вижу, в Кертин-Спрингс до меня побывало немного лондонцев, – с усталой улыбкой ответил Джонатан.

– Нетрудно догадаться. Изрядное расстояние отсюда до твоего дома, да, приятель? – Мужчина бросил взгляд на автомобиль Джонатана.

– Отсюда до любого места далеко, – ответил Джонатан, отмахиваясь от назойливой мухи. По сравнению с лондонским Сити тут стояла невероятная тишина.

– Тоже верно. Я Берни Эдвардс, владелец и единственный работник на этой первоклассной автозаправочной станции. Мы с моей лучшей половиной живем тут уже двадцать лет, вырастили четверых детей, и все учились дома. Теперь они взрослые, работают в городе. Но мы с моей Тилли не хотим нигде жить, только здесь, в нашем доме. – Он махнул рукой на дом. – Тут нас когда-нибудь и похоронят.

Джонатану хотелось спросить почему, но он побоялся, что объяснение затянется на несколько часов. Он весь пропотел и очень устал, так что ему было не до расспросов.

– Я Джонатан Максвелл, – представился он, – а юную особу зовут Марли Дразан.

– Привет, Марли. Хочешь мороженого? – В глазах девочки вспыхнул интерес.

– Можно, Джоно? – спросила она.

– Конечно – ответил Джонатан.

– Ступай в дом и скажи Тилли, что я велел сделать тебе мороженое, – сказал Берни.

Марли с радостью послушалась. Прихватив своего медвежонка, она побежала к дому. За ней поплелся и пес, вероятно, в поисках тени.

– Хотите заправиться? – спросил Берни.

– Да, – ответил Джонатан. – И еще наполнить канистру.

Берни начал заправлять олдсмобиль.

– Вы откуда едете?

– Из Кубер-Педи, – ответил Джонатан. – Наша цель – Айерс-Рок.

– Как доехали-то сюда, нормально, без происшествий?

– Я бы не сказал. В пятидесяти милях отсюда я наскочил на острую глыбу и пробил радиатор.

– Вот беда, честное слово! Как же вам удалось его починить?

– Я и не пытался. Аборигены, несколько человек, появились словно из ниоткуда и привели радиатор в порядок. Я до сих пор не могу поверить, что им это удалось.

– Каким образом?

Джонатан рассказал все подробно хозяину автозаправки.

– Я никогда бы не подумал, что заплатка выдержит. Но она выдержала.

– Да она продержится всю жизнь, – уверенно заявил Берни.

– Откуда они только знают, что надо делать? Ведь у них нет автомобилей.

– Они находят брошенные машины и приводят их в порядок. Я уже видел их у себя на заправке. Они латают колеса травой спинифекс. Иногда у таких машин нет дверей или срезана крыша. Я уже ничему не удивляюсь. Но одного у них не отнимешь – у них всегда умные идеи. Я сам автомеханик и с трудом достаю запчасти, так что и я часто вынужден бываю исхитряться. Поверьте мне – я подсмотрел у них парочку идей, о которых сам не додумался бы никогда в жизни. Я уже видел, как можно древесный сук использовать в качестве поперечины. Среди аборигенов встречаются прирожденные механики.