Венецианская маска. Книга 2 - Розалинда Лейкер

— Меня зовут Бьянка. Я флейтистка из школы Оспедале делла Пиета. — Она не желала подчеркивать свою близость к Челано. — А в настоящее время я ухаживаю за больной Эленой.

Он пдошел к ней поближе.

— Как она?

— Она тяжело больна.

— Надеюсь, я смогу ей помочь и облегчить ее страдания.

— Ее уже лечит хороший доктор. — Прозвучало это в тоне категорического отказа.

— Не сомневаюсь, — бросив взгляд на служанку, ожидавшую его, чтобы проводить в покои, он поклонился Бьянке. — Мы еще встретимся за ужином.

Она не стала извещать его о том, что ни она, ни Мариэтта не бывают за общим столом, а ужинают и обедают в небольшой гостиной, примыкающей к спальне Элены.

Через полчаса Пьетро, успев за это время принять ванну и переодеться с дороги, сидел у постели больной Элены. И хотя она не знала его, поскольку раньше они никогда не виделись, она встретила его улыбкой.

— Я — Пьетро, Элена.

— Вы приехали, чтобы навестить меня, — прошептала она слабым голосом. — Как мило. — Она снова закрыла глаза.

Он вопросительно посмотрел на сидевшую напротив Мариэтту. Подле нее уселась и Бьянка. Мариэтта отрицательно покачала головой, как бы говоря ему, что Элене ничего не известно о смерти Филиппо. Доктор Грасси запретил сообщать ей об этом.

И в этот момент Элена, судорожно глотнув, стала жадно ловить ртом воздух, все ее тело стали сотрясать судороги — приближался очередной приступ изматывающего кашля. Мариэтта вскочила на ноги, но Пьетро опередил ее и удерживал в своих руках, пока приступ не миновал. Затем, попросив Мариэтту усадить Элену чуть повыше, он извлек из кармана слуховую трубку и, приставив ее к груди, а потом к спине Элены, внимательно прослушал ее. Когда она снова улеглась на подушки, Пьетро какое-то время оставался стоять в раздумье. Мариэтта снова натянула покрывало на грудь Элены.

— С каких пор Элена страдает этим кашлем? — осведомился он.

— С тех пор, как вытащили из этой темницы, — несколько вызывающе ответила Мариэтта.

— В таком состоянии у нее в любой момент может остановиться сердце. Что она принимает? — Не дожидаясь ответа, он взял флакончик с лекарством, рекомендованным доктором де Грасси, который ему подала Бьянка. Вынув пробку, он понюхал содержимое.

— Это не поможет.

Он вышел из спальни и через несколько минут вернулся с каким-то золотистым порошком собственного приготовления, дал чайную ложку Элене.

— Давайте ей по столько же каждые три часа, — рекомендовал он Мариэтте и, повернувшись к Бьянке, добавил: — Вы ведь эксперт по части открывания окон, если я не ошибаюсь. Так что откройте-ка их сейчас. Пациентку не следует лишать воздуха.

Бьянка настороженным взглядом посмотрела на него.

— Что вы имеете в виду, называя меня экспертом?

Он подошёл к ней.

— Тут, кажется, никто не знает, куда запропастились ключи от той красной мраморной гостиной, что внизу, как раз в тот вечер, когда там разбился Филиппо. Мариэтте было не до того — она занималась Эленой, вероятно, кто-то запер его там и выбросил ключ. В воду, например. Как вы думаете, что, если бы пройтись по дну канала Гранде, их можно обнаружить или нет?

В глазах Бьянки вспыхнул недобрый огонек.

— Ведь вы знаете, что это была я, не так ли? Да, это я выбросила ключи. Я хотела запереть его в таком месте, откуда он уже никогда и никому не сможет причинить зла!

Мариэтта с озабоченным видом шагнула к ним.

— Все произошло в таком угаре!

— Уверен, что ничем иным объяснить это невозможно, — довольно равнодушно согласился он и, повернувшись, направился к двери, бросив через плечо, что скоро вернется.

Бьянка раскрыла окно, раздумывая, что же еще известно этому ясновидцу.

Пьетро зашел еще раз после обеда. И Мариэтта, и сестра Джаккомина без труда догадались по его виду, как беспокоило его состояние Элены. Измерив пульс, он распорядился, чтобы на лоб Элене положили влажную салфетку и постоянно меняли ее. Перед тем как отправиться спать, он еще раз побывал у них.

— Если Элене станет хуже, обязательно поднимите меня, — предупредил он Мариэтту.

Молодой доктор из Падуи как в воду смотрел — в два часа ночи за ним примчалась запыхавшаяся Бьянка и принялась трясти его за плечо.

— Проснитесь! Проснитесь! Элене очень плохо! Как бы она не умерла!

Поспешно встав с постели, Пьетро накинул халат и, захватив с собой саквояж, поспешил в спальню Элены. До самого утра они выбивались из сил, спасая измученную болезнью женщину.

— Она не хочет бороться! Не хочет выжить! — в сердцах воскликнул он однажды.

Перед самым рассветом Элене стало совсем плохо, можно было подумать, что вот-вот наступит конец. Мариэтта взяла ее тонкие похолодевшие руки в свои.

— Нет, Элена! Нет! Подумай о Елизавете! О Никколо! Они же ни разу не видели друг друга! Как ты можешь оставить их?

Сестра Джаккомина после этого еще долго вспоминала, что Элену спас горячий призыв Мариэтты, и она сама тоже свято в это верила. Что же касалось Пьетро, он видел в этом обычное стечение обстоятельств — просто пылкие слова Мариэтты по времени совпали с кризисом.

— То, что температура спала, ни в коей мере не значит, что она теперь вне опасности, — предостерег Пьетро Мариэтту от излишнего оптимизма вечером того же дня. — Всегда есть опасность рецидива. Ей необходим полный покой и тщательный уход.

— Мне бы хотелось пригласить сюда ее камеристку, которую совершенно безосновательно уволил Филиппо, — сказала Мариэтта, когда речь зашла о необходимости подменить ее.

— Это будет правильнее всего.

— Да, но в этом случае Бьянке придется возвратиться в Оспедале.

Он покачал головой.

— Мне бы хотелось, чтобы все оставались здесь до полного ее выздоровления.

Когда Бьянка услышала слова Пьетро, у нее возникло смешанное чувство. С одной стороны, ей хотелось ухаживать за Эленой, она не сомневалась, что здесь нуждались в ее помощи, но с другой — она жаждала покинуть этот ужасный дворец и была готова молиться, чтобы нога ее никогда больше не ступала на его порог.

В день похорон Пьетро объявил о своем намерении остаться во дворце. Он не имел привычки говорить громко или раздраженно, но это лишь способствовало росту уважения к нему и его авторитету. Прислуга тут же кидалась выполнять все его распоряжения — они прекрасно понимали, кто теперь этот молодой доктор из Падуи, но вскоре всем стало понятно, что он из совершенно другого теста, нежели остальные его братья и, в особенности, покойный Филиппо. Доктор Грасси, который был наслышан о достижениях Пьетро в области медицины, считал честью для себя следовать его рекомендациям в лечении Элены. После того как та стала принимать рекомендованные Пьетро снадобья, кашель почти прекратился, улучшился и сон. Травяные отвары стимулировали ее аппетит, и вскоре она уже могла есть легкую пищу. Бывало и так, что Пьетро самолично отправлялся на кухню и готовил что-нибудь для своей пациентки.