Быстро падая - Бьянка Иосивони

– Шпашибо, – бормочет она с полным ртом и делает еще один укус. Ее взгляд устремляется на озеро, и я замечаю, как она расслабляется, полностью погружаясь в этот момент. Будто спокойствие этого места, озера, передалось через нее и мне.

Я съедаю свой сэндвич, а затем еще один. Мы разделяем бутылку с пока еще теплым чаем, а затем откидываемся на мягкое одеяло. Сейчас, вечером, солнце палит не так сильно, как в полдень, к тому же мы все равно лежим в тени. Я мог бы спокойно закрыть глаза и задремать, если бы не приглушенная вибрация.

Хейли извивается на одеяле рядом со мной и вытаскивает мой смартфон из-под спины, чтобы дать его мне. Я пролистываю новое сообщение, а затем опускаю телефон. На него я могу ответить позже. Но когда я поворачиваю голову в сторону, Хейли смотрит на меня. Она даже не моргает, а просто таращится на меня своими огромными карими глазами. Это немного тревожит.

– Да? – вопросительно поднимаю брови. – Что случилось?

– Мейсон Льюис тебе пишет? – ее голос стал выше. Видимо, она увидела на дисплее отправителя сообщения. – Мейсон Льюис? Из группы? Гитарист Waiting for Juliet?

– На следующей неделе неподалеку отсюда состоится музыкальный фестиваль, – объясняю я. – Я даже не знал, что они будут там. Он спросил, хочу ли я билеты.

Хейли молниеносно садится и смотрит на меня, будто я только что объявил, что разговаривал лично с Иисусом.

– Ты дружишь с гитаристом Waiting for Juliet? – Ее глаза становятся совсем круглыми.

– Друзья слишком громко сказано, – я тоже выпрямляюсь и пожимаю плечами. – Мы оба оказались на обучении в армии Форт-Леонард-Вуд, штат Миссури, хотя он был там дольше меня. Я бросил учебу вскоре после получения базового образования, а он вернулся в Западную Вирджинию.

– Но вы остались на связи?

– Более или менее. Время от времени мы вместе играем по интернету. Я общаюсь еще с несколькими людьми из армии, – задумчиво добавляю я, потирая подбородок. Щетина царапает мою ладонь. Хм. Возможно, мне следовало сегодня утром побриться. – Почему это так важно?

Мы же говорим не о воскрешении Фредди Меркьюри. Или о AC/DC. Или Бейонсе.

Хейли хватает меня за плечи и начинает трясти.

– Ты знаешь гитариста Waiting for Juliet! – повторяет она еще раз, ее голос ломается. – А они дают концерт неподалеку! Где? Когда? Я обязательно должна туда пойти!

Меня осеняет, и я даже не пытаюсь подавить широкую ухмылку.

– Ты фанатка.

До недавнего времени они были всего лишь студенческой группой, если я не ошибаюсь. По-видимому, теперь стали намного более известными.

– Фанатка? – она хватает меня за руки и притягивает ближе, пока кончики наших носов едва не соприкасаются. Ее голос падает до заговорщического шепота. – Я не фанатка и не групи ^[3], но я обожаю их музыку и слушаю ее все лето. Голос солистки невероятен! Ты знал, что она и Мейсон – пара? И все свои песни они пишут сами!

– Разве до сих пор они не выпустили всего три или четыре трека? – сухо бросаю я.

Но Хейли отмахивается, словно это была всего лишь неважная деталь.

– Их первый альбом вышел три недели назад, и с тех пор они, судя по всему, путешествовали с другими артистами. Когда концерт? Ты можешь достать билеты? Мы можем пойти? О, но тебе не обязательно идти со мной, если ты не хочешь, я как-нибудь достану машину и поеду туда одна и…

– Я позабочусь о билетах для нас, – прерываю я болтовню Хейли. Такой возбужденной я ее еще никогда не видел. Это мило. Немного настораживает, но в основном мило. И очаровательно.

– Ты пойдешь со мной?

– Неужели думаешь, что я оставлю тебя одну на этом фестивале, если ты так бредишь этим гитаристом? Ни в коем случае.

Позже я пишу ему ответ и благодарю за предложение. Кто бы мог подумать, что мое недолгое пребывание в армии может на самом деле пригодиться? Если не профессионально, так как обучение на парамедика не принесло мне особых результатов, за исключением небольшого жизненного опыта то, по крайней мере, я смогу порадовать Хейли билетами.

– Но это еще одна неделя. А ты была так уверена, что больше не останешься в Фервуде, – поддразниваю я ее, вскакивая на ноги и подавая ей руку. Она вкладывает свою ладонь в мою и позволяет мне поднять ее.

– Я останусь до тех пор, пока Алексис не починит мою машину. И я не побываю на концерте.

– Это так важно, а?

Ее улыбка меняется, становится мягче.

– Я умру счастливой женщиной только после того, как увижу вживую группу.

– Тогда ты должна дать себе еще несколько лет.

– Эй! – она шлепает меня по плечу. – Нет уж! Я иду на концерт! С тобой или без тебя. Но лучше с тобой, потому что именно у тебя есть билеты.

Смеясь, я стаскиваю футболку через голову и бросаю ее в траву рядом с нами. Потом сбрасываю ботинки и расстегиваю пуговицу джинсов.

– Что ты задумал? – взгляд Хейли буквально прилипает ко мне, и я не могу утверждать, что мне это не нравится.

– Пойти поплавать, – я указываю на спокойную воду. – Или ты не осмелишься туда залезть?

Несколько секунд она разглядывает меня, а потом быстро качает головой.

Я ухмыляюсь:

– Ну, тогда вперед!

И с этими словами я избавляюсь от штанов и бросаюсь в воду в одних темно-синих боксерах. В первый момент вода ледяная, и мурашки бегут по всему телу, но чем дольше я нахожусь в ней, тем теплее мне становится. В некоторых местах озеро глубиной несколько метров, но ближе к берегу удобно стоять. Я же намеренно ищу глубокое место и наблюдаю, как Хейли нерешительно приближается к воде. В одном нижнем белье.

Ма-терь Бо-жья. Не знаю, чего я ожидал, но уж точно не тонких бретелек бюстгальтера и розовых кружев, едва прикрывающих ее тело. Я тяжело сглатываю и чуть ли не силой заставляю себя оторвать взгляд от ее загорелой на солнце коже.

– Если не поторопишься, мы останемся здесь до завтра, – немного хрипло поддразниваю ее я, потому что она едва намочила стопы. – Не заставляй меня бросать тебя.

Ее глаза становятся узкими щелками.

– Ты не посмеешь.

Ошибка. Большая ошибка.

Парой сильной гребков я подплываю к берегу и встаю перед ней. Капли падают с моих волос и стекают по коже.

– Хочешь поспорить?

Она округляет глаза, но не издает ни звука. Ее губы слегка дрожат, и мой взгляд невольно падает на них. Проходит секунда, две, а может, и все двести, прежде чем я снова могу ясно мыслить и заставляю себя оторваться от ее рта.

– Ты ведь умеешь плавать?