Неравный брак - Галлея Сандер-Лин

Он делала всё то, чего отец ждал от Стаса, но, к сожалению, так и не дождался. Для начала поступил в университет на бюджет (а льготных мест было всего два на группу, остальные – контракт). Затем окончил его с красным дипломом (Стас кое-как перекантовался на тройках и учился на контракте). Параллельно с учёбой он под привычной маскировкой пропадал в офисе компании, постигая азы бизнеса, делал презентации, составлял отчёты и бизнес-планы (в то время как Стас не вылезал из студенческих вечеринок и попоек). На третьем курсе Славу стали брать на выездные встречи, чтобы набирался опыта, а на четвёртом он уже и сам активно влился в работу, заключая самостоятельные сделки.

И всё ждал, наивный дурак, одобрения отца, что его всё же примут в семью. А потом понял, что нет, не примут. Он так и останется тенью избалованного брата, который и носа в компанию не казал, предпочитая тусовки с друзьями и светские рауты. Да и в отцовском особняке, куда несколько раз заезжал по работе, и мачеха, и братец видеть Ковалевского явно не желали.

Славу уже давно тяготило, что он должен прятаться, скрывать настоящую внешность, менять голос, добавляя хрипотцу, чтобы снизить сходство с голосом брата, дабы не случилось скандала и никто не догадался о давнем секрете уважаемой семьи Красовских. А с приходом в компанию Стаса, который как раз готовился занять пост гендиректора, маскироваться предстояло ещё активнее: отец постановил отрастить густую бороду, чтобы уж точно исключить сходство. О да, теперь его превращение в чучело будет полным!

Хотя бизнес-партнёрам было фиолетово, как он выглядел. Да, поначалу они встречали его по одёжке, но провожали уже по уму. Стоило ему открыть рот, как внешность отходила на второй план. В конце концов, не всем же быть писаными красавцами, да и среди бизнесменов немало толстых, лысых, немолодых и очкастых; внешняя мишура не так уж важна, когда есть зубы, когти и цепкая хватка.

Вероника была первой, кому он за долгие годы позволил заглянуть за черту и увидеть настоящего себя. Да, не полностью, но Слава впустил её в свой мир и не ожидал удара в спину. Удара, нанесённого не ею, но оттого не менее болезненного.

Честно говоря, он ещё тогда, во время стриптиза на крыше, видел, какое впечатление произвёл на Вероничку его танец, читал удивление и восхищение в её глазах. Это было действительно здорово. Однако сегодня, когда услышал слова восторга из её уст, ему стало намного приятнее. И плевать, что признание было вытащено буквально клещами, главное, она это сказала. Строптивая Ника сменила гнев на милость, пусть ненадолго, но позволила себе быть искренней с тем, кого, мягко говоря, недолюбливала.

Жалеет ли она об этом? О чём сейчас думает? Примет ли его предложение?

Славик прекрасно знал, какая суматоха поднимется в отцовском доме, если  приведёт туда «безродную беднячку» и даже мысленно видел пренебрежительный взгляд мачехи, которым та наверняка окинет невестку. Но он приведёт! Пусть Вероника увидит другую жизнь, полную роскоши, пусть узрит, что деньги не есть синонимом семейного счастья, и пусть станет его союзницей, единственной и оттого самой ценной.

Слава долгие годы платил семье свою цену и отрабатывал собственное существование, пришла пора и отцу заплатить свою. Славик будет жить чужой жизнью столько, сколько потребуется, однако за порог спальни дражайшего родителя пускать не собирается: брак с Марго, фиктивный или настоящий, в его планы точно не входил, как бы отец ни настаивал. Пускай женит Стаса, когда тот очнётся, на ком хочет, а за Славку решать он не будет!

«Да, Вероничка, кто бы что ни говорил (особенно отец или «мать»), мы с тобой можем стать отличной командой! Только будь на моей стороне…» – Слава был полон оптимизма и, отставив бокал, зарылся в ноутбук, пока в голове ещё ясно, просматривая котировки валют и проверяя, как обстоят дела на фондовом рынке.