Заберите вашего сына - Яна Мелевич

Лили

Вы знаете, что делает баран, когда чувствует опасность? Правильно, он всеми копытами пытается спасти свою шкуру и не стать шашлыком. Вот Амир сейчас как типичный баран: убегает от меня по квартире и пытается задобрить. Метнулся в туалет и оттуда не своим голосом «бекает» и «мекает», не давая мне попасть внутрь и по рогам ему надавать.

Лилечка, ты главное нервничай.

Лилечка не надо на меня кричать.

Лилечка, Лилечка, все было исключительно в рамках твоей безопасности.

— Предлагаю выкурить его оттуда при помощи дихлофоса, — выдает гениальное решение моя бабуля, суетясь рядом. По такому случаю она даже надела свой лучший траурный костюм и прикрепила к шелковой блузе на груди красную брошь в виде цветка. Сминает в пальцах кружевной платочек и периодически тяжело вздыхает.

— Бабуль, ты не могла бы ни мешать?! — шиплю я, дергая в очередной раз ручку и понимая, как опасно гоняться за противником. Особенно если перед этим на нервной почве выпила три кружки чая.

— Антонина Васильевна, между прочим, я ваш будущий зять! — возмущается из-за двери Доронов, забаррикадировавшийся внутри. — Разве можно так с единственным лучшим мужчиной вашей внучки?!

— Тю, дорогой, — отзывается с ленцой бабушка, примеряясь к двум помадам красного оттенка и вертясь у зеркала. — Зятьев у меня много будет, а вот на их похороны я, возможно, попаду раз в жизни. Так что не мешай мне наслаждаться моментом. Будь добр — умри как полагается.

В общем, балаган какой-то, а не выяснение отношений. Я на самом деле не собиралась вообще поднимать этот вопрос, думала может до Амира снизойдет озарение, и он поделиться сам. Ничего подобного не произошло. Доронов в очередной раз попытался увильнуть даже после прямого вопроса. Съехал с темы, заведя что-то про доверие и защиту женщины мужчиной.

Тьфу, тоже мне защитник!

— Ты не можешь меня убить, Лиль, — доверительно выдохнул через дверь этот идиот. В моей голове закралась мысль в очередной раз отдать его обратно отцу на доработку. Серьезно, эта вариация мне не нравится — несите другую без багов.

— О, еще как могу, — прорычала я, остервенело дернув ручку в очередной раз и попытавшись ее прокрутить. Ладони от усердия вспотели, а внутренние воды уже заливали глаза. Еще немного, заскулю и начну проситься туда!

— Да брось, уверен, мы сможем договориться, — лаконично отмечает гад, заставляя скрипеть зубами.

— Дело мальчик говорит. Ты б его послушала, — отмечает бабушка и подхватывает свой черный клатч. — Ладно, чао дети. Бабушка пошла прогуляется до магазина, а вы тут не шалите, — она погрозила мне пальцем, набросив на плечи шубу и обхватив биту рукой. Я даже засмотрелась на то, как по-хозяйски она пристроила ее на плече, поправив второй рукой меховой воротник.

— Песня звонкая да кони шалые, ай, да по струнам по серебряным бей, ромалэ! Были деньги, да к чему деньги? Раскидай, цыган, карты. Погадай, куда судьба нас денет, под весёлый перебор гитары… — запела она, прогулочным шагом двинувшись на выход.

Едва захлопнулась дверь — в квартире наступила тишина. Тихо щелкнул замок, а из небольшого проема приоткрывшейся двери ванной показалась темноволосая голова удивленного Доронова. Он оглядел пустой коридор, затем перевел взгляд на меня и спросил:

— А что, Антонина Васильевна ушла?

— Ага, — потянула я, повернув к нему голову. — Взяла биту и пошла гулять.

— Знаешь, я вообще человек гуманный, но ее мужчине очень сочувствую, — с тихим вздохом произнес Амир, распахивая дверь и выходя наружу, позволяя мне промелькнуть под его рукой, ткнув в него указательным пальцем угрожающе.

— Мы не закончили! — заявила я, бесцеремонно захлопнув дверь перед его носом.

Разбор отцовских документов и последующие полночи в сети убедили меня в том, что все сейчас происходящее было не случайным. Все эти нападения, видео и убийство Жанны еще больше заставили сомневаться во всех подряд. Но чем больше я думала, тем больше мою голову посещала мысль, что с нами играют абсолютно разные люди. Или, как минимум, у них были диаметрально противоположные цели. К примеру, зачем менеджеру Ярицкого разыскивать меня после неудачи с похищением и просить Влада напасть на нас? А я больше, чем уверена, что это его рук дело. В случае Амира мотивы более понятны — они хотели приостановить продажу земли на территории бывшего заповедника. По каким причинам, пока тоже не ясно.

Вот только во все это пока не вписывалась Жанна и еще с десяток посторонних людей, замешанных в этом деле.

— Ты обещала в это не лезть, — заявил мне Амир, разглядывая копии отцовских документов, принесенных мною из комнаты.

В принципе, ничего нового я от него не узнала. Его отец действительно состоял некоторое время в организации «Зеленый слон», но знал столько же, сколько остальные участники. Именно это мне поведала мама, а что-то я нашла сама в документах отца.

— Я несколько раз наткнулась на кличку «чеченец», — ткнула пальцем в один из листов, с шумом отпивая чай и забравшись с ногами на стул. — Когда я договаривалась о встрече, менеджер Ярицкого назвал именно это имя.

— Ты уверенна, что это был он? — нахмурил брови Амир, отчего складка залегла у него меж бровей. Захотелось коснуться ее пальцем и немного разгладить, но я удержалась, опустив взгляд на руки, перебирающие документы отца.

— Когда мы остановились на заправке во время твоего похищения, я видела его, — пожала плечами, отворачиваясь. — На той же серой машине, что тогда у дома Ярицкого, когда я сделала те снимки, — кивнула на свои неудавшиеся кадры, и Амир цокнул языком, поднимая на меня насмешливый взгляд.

— А ты так и не научилась сносно фотографировать, да? — усмехнулся он, тут же с хохотом уворачиваясь от шлепка полотенцем. Я схватила его со стола, попытавшись ударить Амира. Но в итоге лишь угодила в крепкие объятия и оказалась сидящей на его коленях, крепко обхваченная руками.

— Давай на сегодня забудем об этом, — он кладет ладонь поверх бумаг и внимательно смотрит на меня.

Мне хватает всего пару минут, дабы сосредоточиться на его словах и понимании их. Медленно киваю в знак согласия, устраиваясь так, чтобы можно было видеть его лицо и улыбаюсь.

— Но больше никаких тайн, — предупреждаю сразу и Амир спустя пару минут кивает, уткнувшись носом мне в шею, обжигая кожу горячим дыханием.