Горячая помощница для Морозко - Виктория Свободина

- Я не верю, - холодно произношу я. - Я думаю, что в тебе взыграл дух соперничества, к кому, вопрос другой. Сейчас ты поступаешь непорядочно.

- Я не хочу быть порядочным и несчастным. Мне плевать, что там у тебя было или есть с дядей, и своего я добьюсь 

Покачала головой. Все же, я слишком земная, ну или приземленная. Да, торкает меня от Кирилла, это есть, и глупо не признавать, но в остальном, такая же ситуация, как с Борей - не ко времени, не нужно. Грустно, но надо принимать реальность такой, какая она есть. Я не могу сейчас себе позволить встречаться с красавцем-студентом, у которого сегодня от меня торкает, а завтра, может быть, от кого-то еще.

- Кирилл, как бы это помягче сказать. Отстань от меня. Иначе я Льву Константиновичу все расскажу.

Кирилл хмыкнул.

- Как ты можешь целоваться с ним и называть Львом Константиновичем? Он тебя что, купил?

- Я сейчас выхожу из метро и звоню своему Левушке, - злясь, говорю я. - Тебе ясно?

- Ясно, - Кирилл отпускает мою руку. - Не звони, я больше не буду к тебе приставать. 

Ну надо же, дошло.

Встаю и ухожу в дальний конец вагона, настроения никакого. Когда через несколько станций выхожу, меня все-таки нагоняет Кирилл и идет рядом.

- Ален, извини, все же хочу задать вопрос. Чем тебе “Левушка” так приглянулся? Ты ведь вроде не глупая девушка, наверняка есть цели добиться чего-то в жизни. Думаешь, ему нужно, чтобы ты чего-то там добивалась? Я думаю, что вряд ли. У него уже возраст такой, когда хочется гнездом обзаводиться. А что для этого в идеале надо? Дай-ка подумать. Послушная, благодарная тебе молоденькая девушка. Она должна быть симпатичной, достаточно умной, чтобы не стыдно было показаться с ней в обществе. Здоровой, чтобы рожать здоровое потомство, желательно девственница, которую обучит под себя и свои запросы. После рождения детей запрет дома, оставив на хозяйстве с детьми. Ты как вообще, готова к такому развитию событий?

- Не неси бред, - сухо отвечаю я, но что-то внутри царапнуло.

- Ну конечно, я несу бред, а он возьмет и воспользуется тобой в качестве домашнего инкубатора. Ты создаешь впечатление хорошей послушной домашней девочки. На ловца и зверь бежит. Наверное, тебя все устраивает, да?

Не удержалась, и прямо на ходу, с разворота, влепила нестерову звонкую пощечину.

- Что, угадал где-то? Задел за живое? - Кирилл усмехается, потирая щеку.

- Тебе-то что от меня надо? Покувыркаться в постели, поиграть в отношения, дядю подразнить?

- У меня тоже вообще-то серьезные намерения, но равноценные, партнерские, твоим папочкой я быть не собираюсь. Начнем все вместе. С нуля. Хочешь попробовать? Или уже не сможешь, потому что все-таки беременна? - Кирилл с подозрением выгибает брови. Если беременна, то я, конечно, не стану переходить дяде дорогу. Но в остальном, в любви, как на войне.

- В какой любви, Кирилл? - покрутила пальцем у виска. - Ты мне раньше казался более адекватным.

- Такой. Я тебя люблю, - твердо, чеканя каждое слово, произнес Нестеров.

- Такой. Я тебя люблю, - твердо, чеканя каждое слово, произнес Нестеров, и чуть позже, глядя на меня добавил. - Хватит уже смеяться.

А я не могу. Меня скрутило. Отошла в сторону, чтобы не мешать потоку людей, и смеюсь, заливисто так, немного нервно. Кирилл все же может выводить меня на эмоции. Спиной прижимаюсь к стене и сползаю по ней вниз. Все, сейчас я возьму себя в руки, успокоюсь и...

Нестеров присаживается на корточки напротив меня, смотрит озабоченно и говорит:

- Водички дать?

Почему-то вопрос провоцирует у меня новый приступ смеха, еще более сильного. Кажется, моя нервная система не справляется с нагрузкой.

Наконец, отсмеявшись, поднимаюсь на ноги. Кирилл, гад такой, рядом, пережидал, сразу руку подал. А рука такая теплая, крепкая, и опять токи. Ну что делать? Буду носить резиновые перчатки. Вот решение всех проблем.

Хохотнула. Нестеров на меня так посмотрел, что я вынуждена была сказать:

- Все, все, больше не буду смеяться.

- Да смейся, мне нравится.