На языке любви (СИ) - Таша Сосновская

Мой мозг отказывается понимать происходящее. В голове уже не просто шум, там старт ракеты на космодроме. Я уже не здесь, не на катере, где сейчас меня изнасилуют и убьют. Я дома. Там где сейчас деревья роняют золотистые уборы, а хмурые осенние тучи плачут холодными каплями. Сжавшись в комок жду, что сейчас он жестко вонзится в меня и мой мир рухнет, как здание при землетрясении, оставляя под собой чьи то жизни, а над собой облако пыли, как напоминание о былом.

Жду. Но ничего не происходит. Вместо этого, я вдруг получаю долгожданную свободу. Понимая, что это может длиться несколько секунд, быстро реагирую. Я буквально из последних сил перекидываю свое тело через поручни и плюхаюсь в холодную воду. Соленые брызги попадают в рот, нос, уши. Смахиваю их и судорожно оглядываюсь, вырывая из бескрайней синевы, кусочек суши. Вспоминаю все чему учили отец и брат, и начинаю интенсивно грести в заданном направлении.

Я не думаю о преследовании, о том, почему меня отпустили, просто гребу под действием адреналина. Платье немного мешает, но даже это не останавливает меня в попытке спасти себе жизнь. И вот, когда до земли рукой подать, а под ногами уже чувствуется дно, я вскакиваю и бегу на берег. Без сил падаю на камни и только сейчас, меня накрывает.

Я не плачу. Я реву в голос. Тело трясет крупная дрожь от пережитых эмоций и уходящего адреналина. И опять я ничего не вижу и не слышу вокруг. Только мой крик разлетается на сотни миль вокруг. Только одна мысль в моей голове — «Спаслась! Он не успел! Жива!» И опять крик из глубины вылетает и отразившись от отвесных скал, проносится над водой и возвращается в мое тело.

— Дари! — Слышу я как эхо, где то далеко.

Поднимаюсь осматривая пляж, на котором лежу. Где то далеко, темной точкой, виднеется катер. Но то это или нет, я не могу понять. Слезы пеленой застилают мои глаза и даже повернувшись на звук голоса, я ничего не вижу. Пытаюсь проморгаться и сделать шаг на зовущего меня. Резкая боль пронзает живот и выстреливает в поясницу. Я падаю на колени врезаясь в гальку под ногами. Новая порция слез окутывает туманом. Упираюсь ладонями перед собой, но это не помогает. Спазм, сильнее первого возвращается и пронзает мое тело. Вскрикиваю от боли и перед глазами все плывет.

— Девочка моя! — Слышу тревожный голос за спиной, но меня опять накрывает, и я больше ничего не слышу и не вижу.

25.

Вот уже несколько часов, я меряю шагами коридор больницы. Хищники внутри меня продолжают раздирать душу на части. Черт! Как же плохо! Мне хочется крушить и ломать. Опять по моей вине пострадала моя девочка. Неужели она права и рядом со мной она всегда в опасности. Сколько еще врагов надумают насолить мне через нее. Она мое единственное уязвимое место, а я даже защитить ее не могу.

Задумываюсь над охраной для нее, но зная Дари, она не согласиться. Сжимаю кулак, останавливая себя, чтоб не обрушить его в стену медицинского учреждения. Сейчас, стоит успокоиться. Но я не могу, пока не знаю что с ней. Пока я не увижу своими глазами, что Дари в порядке, я спокойно сидеть не могу, что уж говорить о здравомыслии.

Спустя несколько тягучих часов из палаты выходит врач. Я в пару длинных шагов оказываюсь рядом. Док явно устала, а еще она не смотрит на меня, словно сейчас сообщит мне дурные вести. Зубы непроизвольно сжимаются до хруста, а дышать становиться труднее, как будто я получил удар в солнечное сплетение. Жду.

— С вашей женой все хорошо. Она в порядке. — Начинает медработник, снимая с себя голубой колпак.

— А как же кровь? Я же видел кровотечение? Это нормально? — Не понимая ничего спрашиваю я.

— Так бывает из-за стресса и переохлаждения. Цикл начался раньше срока, вот и все. Уверяю, с ней все хорошо. Мы вкололи ей успокоительное и все. Утром можете забрать вашу жену. — Отвечает и опять не смотрит в глаза.

— Значит я могу увидеть ее? — Решаю больше не мучить врача, ведь моя девочка сама все расскажет мне.

— Да. Она ждет вас. Простите, мне пора. — Поспешно добавляет и удаляется.

Делаю немного вдохов-выдохов, чтоб успокоиться и открываю двери палаты. Прохожу и останавливаюсь у ее постели. Дари бледна, кажется даже ее сладкие губы покинула жизнь. Она не смотрит на меня, просто напрягается, но по прежнему ищет что-то на стене палаты.

Что то не так и я это чувствую на подсознательном уровне. Врачиха сказала не всю правду. Но Дари. Почему она молчит? Почему не смотрит на меня? Считает меня виноватым в том, что произошло? Да я и сам так считаю. До сих пор картинка перед глазами, как этот урод стоит позади моей девочки с голой жопой. Если бы я опоздал на пару минут, то случилось бы не поправимое.

Воспоминания как горечь полыни обжигает горло. Не помню как меня оттащили от этого выродка. Если бы не мой начальник безопасности, я наверно убил бы Кармайна, а вместе с ним и Аминту.

Эти двое перешли черту и гореть им в аду. Они обманом заманили мою девочку на яхту. Но больше всего не дают покоя слова бывшей о том, что Майкл уже один раз изнасиловал Дари еще до моего прихода. Не хочу верить в это. Женщина явно была не в себе, когда заявила, мол зачем мне «пользованная девка». Нет. Отказываюсь верить.

— Малыш, ты как? — Полушепотом спрашиваю я.

— Нормально. — Без эмоционально отвечает Дари и смотрит на меня пустыми глазами.

Сажусь на край ее кровати и беру за