Ветер с севера - Анна Аникина

103.

Дом старших Кузьминых встречал их включёнными фонарями на всех дорожках и на крыльце. Красивое зрелище. — Вот откуда идея про фонарики, — предположил Вадим. — Да, бабушка умеет сделать стильно и уютно одновременно. Какими-то очень простыми средствами. Я стараюсь учиться у всех понемногу. — У тебя отлично получается. Точно могу сказать, что в Североморске у нас с тобой самый красивый и уютный дом. Катя заулыбалась. Особенно грело "у нас с тобой". Всё остальное приложится. Уж она постарается.

Папа с Лёлей и младшими уже приехали. Поэтому стоило им появиться на пороге, как раздался радостный вопль Игорька. — Ветров! — и мальчишка с разгону очутился на руках у Вадима. — Вадя! — вторила старшему брату Сонечка. Её взяла на руки Катя, но малышка упорно лезла к Вадиму. — Слушай, мне уже обидно, это мои брат с сестрой, — Кате на самом деле нравилось, что мелкие любят Ветрова. С двумя детьми на обеих руках он отлично смотрелся.

В таком положении его и застали вышедшие к дверям хозяева. Брови Елены Васильевны взметнулись вверх. Её младших внуков держал на руках киношный красавец. Да, старше Катерины. Но ума и обаяния столько, что хватило бы на десятерых. Уж у неё глаз наметан.

Чтобы поздороваться с Евгением Сергеевичем за руку, Вадиму пришлось спустить мелких на пол. Соня заныла.

Выскочила в коридор Лёля, готовая если что сразу вмешаться. Александр Евгеньевич обнял дочь и Ветрова.

— Бабушка, дедушка, знакомьтесь. Это Вадим. Мой будущий муж, — выпалила Катя и прижалась к его плечу. Сжала ладонь, мол, я с тобой.

— Рады Вам, Вадим, как Вас по отчеству? — Андреевич, — Ветров чуть улыбнулся, и поцеловал руку Елены Васильевны, — теперь я точно знаю, в кого Катя такая необыкновенная. — Льстите, молодой человек? — Помилуйте! Даже в мыслях не было. И буду признателен, если Вы будете называть меня без отчества и на "ты", — Ветров выдал одну из своих умопомрачительных улыбок. — Ну, что же мы все тут стоим? — засуетилась совсем разомлевшая от приятных слов Елена Васильевна, — Давайте к столу. Мы вас ждали, не садились.

Евгений Сергеевич ободряюще похлопал Вадима по плечу. Ему этот парень уже нравился. Да разве б выбрала Катерина абы какого? Этой принцессе с самого детства не приходилось планку опускать.

— Бабушка, пирог ещё. Мы привезли. — О, это кстати. Знаете, Вадим, Катюша стала просто прекрасно готовить. — Да, я успел оценить. Думаю, ей было на кого равняться.

За столом больше всех говорила Лёля, остальные больше переглядывались. Игорь ковырял в тарелке. Ему было скучно.

— Вадим, а когда мы сможем познакомиться с твоими родителями? — Елена Васильевна глянула испытующе. Александр Евгеньевич аж кашлянул. Ему бы стоило предупредить своих, чтобы не ставить жениха дочери в неловкое положение. — Боюсь, Елена Васильевна, Вам придётся знакомиться только с моей старшей сестрой и старшим братом. Родителей давно нет в живых, — удержал лицо Ветров. — Ох, прости, я не знала. Шура! Ну вот как так? Почему не сказал? — Мам, ты не спрашивала, — парировал Александр Евгеньевич. — Мой отец служил на Северном флоте, как и я сейчас. Был капитаном второго ранга. А мама в школе работала. Воспитателем группы продленного дня. И нас троих растила, — спокойно объяснил Вадим, — Я с одиннадцати лет рос в Нахимовском училище. Закончил с золотой медалью. Военное училище имени Фрунзе тоже с медалью. Сейчас мне ещё год в академии. Правда заочно. — Почему? — не удержался от вопроса Евгений Сергеевич. Ветров вызывал у него уже самые тёплые чувства. — Вадим командует кораблём! Миноносцем! Называется "Разящий". Там такие орудия! И якорь огромный! А Ветрова все слушаются! А ещё у него орден есть! — Игорь наконец встрял в разговор.

Сколько раз он рассказывал про волшебного командира корабля в садике. Ему никто верить не желал. И теперь надо было как-то уговорить Вадима прийти за ним в сад в военной форме. — Вадя, можно тебя на мужской разговор, — серьёзно выговорил Игорек, глядя прямо в глаза Вадиму. — Конечно, друг. Извините нас. Мы на минуту.

— Понимаешь, — начал Игорь, — я хотел тебя очень попросить, — он помнил, что мама так учила, — Мне в саду сказали, что я болтун. Что не может быть у меня брата-командира. А я сказал, что брат за мной в садик придёт. — Давно сказал? — Давно. — А чего молчал до сих пор? — А ты придёшь? — Так тебе ж, наверное, надо, чтобы в форме и с орденом? — А можно? — Форму моюно. А орден на парадом мундире. Я его только на свадьбу надену. — Почему? — Так положено. — А на простой форме никак? — Нет, брат. Не выйдет. Могу прийти так, а в парадом мундире фото есть в телефоне у Кати. Годится? Игорь что-то прикидывал в голове секунду. Потом всё же пожал протянутую мужскую руку. — Годится. Завтра? — Договорились.

Они вернулись к столу, где, было очевидно, уже обсудили всё. Смущенная Елена Васильевна кинулась за горячим. — Давайте, я помогу, — Вадим пошёл за ней. На кухне она долго не могла пристроить мешающую ей коробку. — Вот, понимаешь, подарили мне. Ни богу свечка, ни черту кочерга. Вроде какой-то прибор косметический. Массажёр с ионизацией или что-то вроде того. Но одни китайские иероглифы. А по-русски инструкции нет.

Вадим покрутил в руках коробку. — Они не китайские. Японские. Массажёр для лица с ультрафиолетовым изучением и серебряными ионами, если я правильно понял. Елена Васильевна сняла очки. Потом снова надела. — Японский? А как ты понял? — Ну, я изучал японский. Правда практики не было. Но инструкцию, если нужно, вполне осилю. — Знаешь, я была очень против того, чтобы Катя… В общем, я была очень не права на твой счёт. — Это приятно слышать. — Но я всё равно попрошу… — Что угодно, кроме отказа от Кати. — О, да! На вас двоих посмотришь и ясно, как божий день, что вы друг от друга не окажетесь! Нет. Я не про это. Ты придумай что-то… Пусть Катя будет не только женой и мамой. А она будет чудесной матерью. — Я знаю. — Придумай, чтобы у неё было ещё дело. Хорошо? — Я постараюсь. — Держи блюдо.