Ты мой дом - Виолетта Роман

Я попытался подняться и помочь ему со вторым, только пройдя пару шагов, рухнул на пол. В один удар он устранил меня. Дыхание перехватило. Черт, ну на хера все время бить в одно место?!

— Ах ты ж сука! – завопил охранник, выпутываясь из захвата Гесса, нанося Исаю серию беспорядочных ударов. Он бил куда попадал, без разбору: лицо, торс, пах. Даже меня, прижатого ботинком к полу, перекосило.

— Тормози! – рыкнул тот, что сидел у меня на спине.

— Рыпнешься, грохну, — прорычал над головой.

Я пытался ответить, но этот ублюдок так давил на хребет, что я смог выдавить только еле различимое бульканье.

— Понял.

Охранник слез с меня и подошел к неподвижному Гессу. Поддел его плечо носом ботинка.

— Ты его завалил, чувак.

Второй замер, словно долбанная статуя. А меня накрыло отчаянием. Я смотрел на неподвижного Исая, и понимал, что это худший из возможных концов. Неужели он так быстро сдался? Неужели, это конец? Внутри все закипело от неконтролируемой, разъедающей злости. В глазах пульсировало, но тело, к сожалению, не было способно даже на то, чтобы оказать нормальное сопротивление этим двоим.

— Черт. Он сам напросился, — рыкнул охранник, бросив взгляд на Гесса. Второй пытался пощупать ему пульс.

— Ну все, — он нервно хохотнул. – Жмур.

Второй заметно занервничал.

— Че делать то?

Они подошли к Исаю. Я сам не верил своим глазам. Этого просто не могло быть! Да ладно! Это ведь Гесс, старший из братьев, самая огромная заноза, самый безбашенный м*дак. Как это вообще могло случиться?!

— Нам нужно было отвезти его к Алексу. Мы его отведем. А в каком виде, ведь неважно? Скажем, уже был такой. Окочурился до нашего появления.

Они обернулись, словно только что вспомнили о моем существовании.

— Веди этого в раздевалку. Пусть готовится к бою.

Охранник приблизился ко мне.

— Эй, без рук. Я сам, — процедил со злостью.

Сплюнул кровью, покачиваясь, поднялся. С правой стороны в ребрах сдавило так, что не продохнуть. У меня больше не было союзников. Я должен был спасти ее. Кроме меня ей не на кого надеяться.

Стиснув челюсть, сделал шаг.

— Быстрей, — ублюдок толкнул меня в плечо. Я поплелся к выходу. Вот так просто закончилась наша история. Гесс оставался в грязной темной комнате, а мой ад только начинается.

— Че встал? Иди, давай, боец, — хохотнул ублюдок за спиной. — Как они вообще представляют себе твой бой? Еще и против пяти бойцов. Ты ж, даже стоять нормально не можешь.

Глава 19. Каким будет твой бой?

Элис все время молчит. Она сидит у стены, обняв свои ноги. Гесс не смотрит на меня, не отвечает на мои вопросы. И я злюсь, потому что сейчас я нуждаюсь в ней как никогда.

Мы ведь не умрем? Они не умрут? Я не хочу думать об обратном.

Рядом с дверью раздаются чьи-то шаги. Мы подбираемся. Обменявшись молчаливыми взглядами, смотрим на выход. Спустя пару секунд дверь открывается и в комнату входит Катя. На ней черная худи. Она наставляет на нас зажатый в руке пистолет.

— Переоделись, живо. У вас три минуты, — с этими словами она швыряет нам вещи. Платья падают на пол, и мне тошно даже смотреть на это тряпье.

Две короткие полоски ткани, обшитые стразами и прочей блестящей шелухой. Я в жизни не надену подобного, но Катин пистолет заставляет меня поступиться с принципами.

— Прямо при тебе переодеваться? – ухмыляется Элис. – Не отвернешься?

Катя даже не вздрогнула. Продолжала молча стоять, наставив на нас оружие.

— Ясно, я просто спросила, — хохотнув себе под нос, Гесс потянулась и схватила первое, что попало ей под руку. Ей достался красного цвета лоскуток.

— Что-то мне это напоминает, — протянула Элис, бросив на меня мимолетный взгляд. И я поймала ее боль и воспоминания. Когда-то она уже попадала в подобную ситуацию.

Не желая злить Катю, я поднялась с пола и, сбросив с себя одежду, надела выданное платье. Черная атласная ткань обтягивала пятую точку так сильно, что казалось, при любом неудобном движении, она лопнет. На Элис было подобное одеяние. Мы грязные, с синяками на лице и руках, выглядели в них до ужаса нелепо.

— Волосы распустите.

Элис обернулась и метнула в нее злым взглядом.

— А еще че сделать?

Катя сняла пистолет с предохранителя.

— Просто, сделай, как я говорю, не усложняя.

Я посмотрела на Гесс. Сделать более тяжелой ситуацию, в которой мы оказались, не так то просто. Кажется, куда еще хуже? Но я понимаю, что сейчас мы должны быть послушными. Мы не знаем, что с Демидом и Исаем, и мы понятия не имеем, подоспеет ли к нам помощь. Поэтому, стянув резинку, я распутала пальцами скомканные волосы. Элис сделала то же самое.

— Ну? Ты довольна? – Элис бросила в сторону свою одежду.

— На выход, быстро, — толкнув меня в плечо, она повернулась к Гесс. – И если хотите жить, давайте без фокусов.

* * *

Я очень хотела жить. Настолько хотела, что всю дорогу пыталась запомнить путь и обстановку вокруг. Элис, казалось, вообще все равно на происходящее вокруг. Она шла, опустив взгляд под ноги. Словно сдалась. Либо это был ее план.

Катя толкает огромную дверь и заставляет нас пройти внутрь. В первые несколько секунд мне приходится стоять с закрытыми глазами, чтобы хоть как-то привыкнуть к яркому свету помещения. А когда мое зрение возвращается, я понимаю, что мы с Элис стоим на высоком выступе, похожем на сцену. Справа и слева от нас высокие круглые клети, в каждой из которой сидит по две девушки. Их руки прикованы к решеткам огромными цепями. На каждой из них наряды, похожие на наши. Они смотрят на нас такими разными глазами... У кого-то во взгляде страх, кто-то абсолютно равнодушен ко всему происходящему, а чьи-то глаза подернуты дымкой дурмана.

— Сюда, — Катя хватает меня за плечо и буквально вталкивает в одну из пустых клетей. Охранник, стоящий, рядом с ней, заставляет меня просунуть руки между прутьев и пристегивает их наручниками. С Эллис проделывают тоже самое, и как только ее руки оказываются скованными, нашу клеть закрывают на замок.

— Надо было грохнуть Катрин в комнате. Зря я тебя послушала. Теперь нам не