Моя на 7 ночей - Амира Ангелос

Зарывается лицом в мои волосы, дышит глубоко. Его мощная грудная клетка вздымается. Кладу на неё ладони. Сердце Демида бьется ровно, сильно. Понимаю, что верю ему.

– Я тоже тебя люблю, – выдыхаю тихое признание, которое так давно рвалось наружу. Какими только правдами и неправдами держала его в себе. Сейчас понимаю, как была не права. Из-за гордости боялась быть отвергнутой. Если бы раньше сказала… если бы тогда не ушла. В первое наше расставание все тоже случилось из-за гордости, самолюбия. Я ведь очень хотела поехать с ним в Америку. Но не хотела быть содержанкой. Мне нужны были полноценные отношения.

Сейчас же на что угодно соглашусь. Лишь бы с ним. Никто другой мне не нужен.

– Только не уходи, пожалуйста, – прошу его умоляюще.

– Не уйду.

Мне неловко, что подумает его семья? Но сил расстаться нет. Демид возбужден, невозможно не заметить этого. А я не готова заниматься любовью в доме, где его родственники. Стесняюсь ужасно. Демид относится к этому с пониманием, за что еще сильнее его люблю.

Потеряв счет времени, валяемся в постели. Обнимаемся, целуемся, ласкаем друг друга, балансируя на грани. Нет сил остановиться. Разомкнуть объятия.

– Я не был здесь года два, наверное, – делится со мной Демид. – Мать обижалась на меня.

– Почему ты не приезжал сюда? Здесь так чудесно.

– Все время возникали проекты, или проблемы в бизнесе. Никак не находил времени выбраться. Пацанов повидать. У меня три племянника. Старший – мой крестник. Очень люблю его. Чувство вины, если честно, живьем съедает, – признается глухо.

– У Софи три сына? – спрашиваю с изумлением.

– Да.

– Ничего себе! Она такая хрупкая, выглядит совсем юной!

– Хорошие гены.

– Я рада, что ты наконец дома…

– Да, – кивает. – Ты заставила меня понять. Семья – то место, куда мы едем, когда находимся на распутье. Когда не знаем что делать, теряем себя. В последние месяцы я чувствовал себя именно так. Хотел тебя безумно, и в то же время чувство вины давило. За то как начались наши отношения. Это мешало подойти к себе. Тем более, у тебя началось с этим… – морщится, даже имени не хочет произносить. – Я сказал себе, что обязан дать тебе шанс стать счастливой с другим. Считал, что заслужил эту пытку. Пока не выяснил, что Игорь… Не хочу про него, – снова морщится. – Не представляешь, как я ненавижу себя за прошлое. Буду всю жизнь проклинать. Грехи замаливать.

– Я не считаю тебя виноватым.

– Это неважно. Главное, что я считаю. Ты так не думаешь, хорошо. Это приносит мне большое облегчение.

– У меня никогда ничего не было с Игорем… То есть, я хочу сказать, мы не дошли до близости, – признаюсь, дико смущаясь этой темы. Не могу молчать. Очень хочу, чтобы Демид знал об этом. По его лицу вижу, что не ошиблась в решении. Для него это тоже очень важно.

* * *

– Я тебя оставлю ненадолго, – мягко говорит Демид спустя время. Красноречивый бугор в его штанах заставляет судорожно сглотнуть. – Мне надо сделать несколько звонков. Потом приму холодный душ, – добавляет с усмешкой.

– Наверное, твои родственники злятся на меня. Ты не провел с ними и десяти минут.

– Да, но впереди полно времени. Они вряд ли нас теперь отпустят. Месяц точно придется тут провести.

– Месяц?! – переспрашиваю с изумлением.

– У тебя есть какие-то важные дела дома?

– Нет, ничего такого. Просто мама… она переживает.

– Она может приехать сюда. На свадьбу.

– Ты делаешь мне предложение?

– Больше похоже на констатацию факта. Я не романтик, прости.

– Моя подруга так и сказала, – не могу удержаться от улыбки.

Глава 40

Как же страшно спускаться вниз к ужину, когда вся семья Демида в сборе! Вцепившись в его ладонь, все равно не могу сдержать дрожь. Деваться некуда. Оказывается, он уже сказал всем, что я его невеста. Точнее, что собирается сделать мне предложение. Поэтому меня встретили так дружелюбно и радостно.

За столом так много людей, что я теряюсь. Как только спускаемся, меня начинают знакомить с оставшимися членами семьи. Прежде всего, Софи представляет своих сыновей. Они разглядывают меня с большим интересом.

Старшему, Евгению, десять. Он прекрасно говорит по-русски. Марк и Арманд – близнецы. Им по восемь лет. С ними приходится общаться по-английски. Очень приветливые мальчишки. Затем знакомлюсь с их отцом. Очень приятный француз, Анри Дюпон. И, наконец, муж Эммы, Франсуа. Такой представительный, аристократичный. Очень красивая пара. У меня голова идет кругом от такой интернациональной семьи.

Обстановка очень дружелюбная. Всем интересно чем я занимаюсь. Когда говорю, что работаю вместе с Демидом – все приходят в восторг. Заметно, что у Ярцева с отчимом очень хорошие, дружеские отношения.

После ужина Эмма устраивает мне экскурсию по дому. Он такой большой! Она показывает буквально каждую комнату. Семейство Дюпонов занимает отдельное крыло. У каждого из мальчишек своя комната, и в каждой живописный бардак, Эмма хмурится и обещает разобраться с ними. Спальня Эммы и Анри – просторная, светлая и в то же время очень уютная. Мне неловко что я вот так вторгаюсь в их личное пространство, но кажется с Эммой бесполезно спорить, как и с ее сыном. Когда заходим в комнату Демида, сразу догадываюсь об этом. По знакомой рубашке на постели и еле уловимому аромату парфюма.

– Знаешь, мы очень счастливы, что мой сын наконец-то влюбился, – признается Эмма. – Я начала бояться, что этого никогда не случится. Демид такой… холодный, самостоятельный. Непримиримый во многом. Я долго себя винила, за то что ушла от его отца. Это давняя история. Тот много пил, поднимал на меня руку. Но сына обожал. У них была очень крепкая связь, и я ее разрушила. Вскоре Саша спился и умер.

– Мне очень жаль. Но я не считаю, что Демид холодный.

Скорее горячий. Как печка. Властный. Упрямый. Доминирующий. И самый любимый.

– Мой сын не подарок. Любить его, догадываюсь, не просто. Но он очень ответственный. И если сделал выбор, от своего уже не отступит. Я догадываюсь, что ваша история не простая. Главное, я вижу как он смотрит на тебя. Он по-настоящему тебя любит и сделает все, чтобы ты была счастлива.

– Спасибо, – отвечаю ослабевшим голосом. Меня душат эмоции.

* * *

Неделя проходит в постоянных вечеринках, каких-то поездках. Оказывается, что Дюпоны и Версьены (это фамилия мужа Эммы), очень дружны с соседями. Приезду Демида все страшно рады, а уж новость что он не один,