Эфириус. Восхождение - Анастасия Княжева

Пока ехала в лифте, то и дело зевала. То ли до конца не проснулась, то ли артефакт начал действовать почти мгновенно. И когда я вышла из кабинки и приветливо помахала другу рукой, неожиданно ощутила резкую слабость. Сделала пару шагов, всё ещё улыбаясь, и на глазах у Даниэля, консьержа и группы курьеров с бесчисленным количеством цветов рухнула на пол.

Очнулась в своей постели. Было темно, но сквозь неплотно завешенные занавески пробивались золотисто-алые закатные лучи. Кажется, я проспала часа два… Как неудачно. Теперь придётся лететь в горы по темноте.

– Привет, соня, – мягко сказал Даниэль, заходя ко мне в спальню с кружкой кофе в руках. – Выспалась?

Я прислушалась к внутренним ощущениям. Улыбнулась.

– Да, чувствую себя невероятно бодрой и отдохнувшей! Похоже, золотой боб сработал!

Даниэль задумчиво покивал головой, а я, втянув носом божественный чуть терпкий насыщенный кофейный аромат, посмотрела на кружку в руках друга с вожделением.

– Угощайся.

– Спасибо, – улыбнулась я, забирая горячий напиток. Сделала небольшой глоток – и ощутила себя на пике блаженства. – Сколько я проспала?

Даниэль посмотрел на часы и бесцветно сказал:

– Тридцать шесть часов одиннадцать минут. Эта ведьма тебя опять отравила.

Я подавилась, закашлялась и, пролив на себя кофе, завертелась ужом на постели.

– ЧТО?! СЕЙЧАС УТРО?! УТРО ПОНЕДЕЛЬНИКА?! – выдохнула испуганно, сбрасывая с себя мокрую жгучую ткань. – ХОЧЕШЬ СКАЗАТЬ, ЧТО ПРЕЗЕНТАЦИЯ УЖЕ СЕГОДНЯ?! ПОЧЕМУ ТЫ МЕНЯ НЕ РАЗБУДИЛ?!

– Пытался. Даже врача вызывал. Но ты ни на что не реагировала. А когда он узнал, что ты приняла творение Кристалл, то посоветовал дать тебе хорошенько отоспаться и умыл руки. А эта ведьма заперлась у себя и на звонки не отвечала. Прилетала Кристина, сказала, что если ты не очнёшься к началу недели, то ей придётся сообщить руководству о том, что тебя отравили. Мы с ребятами по очереди сидели возле тебя, боялись, что станет хуже. Я их разогнал по домам час назад. Ты себя точно хорошо чувствуешь?

– Замечательно, – выпалила я и соскочила с кровати. Подбежала к шкафу и принялась нервно передвигать вешалки, выискивая подходящий для презентации наряд. – Будто полгода провела на Гоа.

– Где? – Даниэль посмотрел на меня с сомнением.

– Неважно! Нам нужно срочно лететь в Пантеон!

– Нет, Кара. Нужно отменить презентацию. Ты только очнулась, проект не готов. Что ты собралась показывать Штольцбергу?

– Понятия не имею. Буду импровизировать. Действие золотого боба ещё не закончилось, я должна успеть…

– Кара…

– Нет, Даниэль! – жёстко сказала я, выхватывая из шкафа свежую чёрную футболку. – Я пойду до конца. У меня просто нет выбора.

Глава 22 Жми на газ!

Я выскочила из спальни с горой одежды в руках, но тут же резко затормозила, заметив на тумбочке и столе букеты: роскошный с алыми розами, несколько более сдержанных с розовыми тюльпанами, лилиями и орхидеями и вопиюще вульгарный, так и кричащий о состоятельности дарителя с жасмином и модифицированными ирисами. Стопочка карточек заметно выросла.

– Что за…

– Поздравления с победой в кросс-джампе, – бесцветно сообщил Даниэль.

Я поморщилась. Вот Либрум обо мне и вспомнил. Нечаянно зацепила локтем какой-то свёрток на тумбочке и он упал на ковёр.

БУМ!

Десятки разноцветных огней вырвались из своего вместилища и с рёвом дракона взорвались под потолком. От неожиданности подскочила на месте, пригнулась, Даниэль зажал ладонями уши. Ну и кто же додумался подарить мне комнатный фейерверк?

Мой взгляд упал на записку, валявшуюся возле обугленной фольги. Медленно её подняла, фыркая, затушила края и прочитала:

Кара, какие кадры!.. Вместе мы завоюем Эдем! Маркус Карелтон.

– Ладно. Я в душ. Можешь пока позвонить Кристине и ребятам?

Даниэль кивнул, а четверть часа спустя, когда я уже крутилась перед зеркалом с феном в руках и одновременно пыталась заточить бутерброд, он сообщил:

– Кристина приказала притащить тебя в Пантеон как можно быстрее. Макс с Тимом туда уже летят. Девчонки к ним скоро присоединятся. Вместе мы поможем тебе подготовить крышу для демонстрации, только подумай, что именно тебе нужно.

– Хороший вопрос, – отозвалась я, расчёсывая спутавшиеся волосы.

– Тогда разберёмся по ходу. Кара, сядь и поешь по-нормальному! – не выдержал друг. – Ты всё равно опоздала. Уже нет смысла рваться!

– Ещё как есть! – энергично возразила ему. – Ну что, я готова!

Внезапно в дверь позвонили.

– Доставка пиццы, – произнёс какой-то мужчина в спортивной одежде защитного цвета. Его лицо скрывала потёртая кепка.

– Но я ничего не заказывала…

– К нам поступил заказ на одну пиццу с ветчиной и грибами для Кары Грант. Вы ведь госпожа Грант? – Мужчина небрежно приподнял козырёк кепки – и я с изумлением узнала в нём Морта. Козырёк опять опустился.

– Наверное, мой друг заказал, – тут же поправилась я. – Сколько с меня?

– Полтинник. Если можно, наличными.

– Конечно. Сейчас сбегаю за деньгами.

– Кара, кто там? – выкрикнул Даниэль.

– Привезли мою пиццу! – ответила я. – У тебя есть полтинник?

Даниэль подошёл к двери, роясь в карманах, но, едва заметив доставщика, мгновенно сообразил, что к чему.

– Вот. Возьмите. Сдачи не надо, – он протянул пару смятых купюр и забрал пиццу. А Морт тут же направился к лифту, что-то насвистывая на ходу.

Мы захлопнули дверь, молча переглянулись и открыли коробку. Внутри на тонком воздушном тесте, обильно сдобренном кетчупом, расплавленным сыром, ветчиной, оливками и шампиньонами, лежала записка:

Каре нельзя проводить презентацию в Пантеоне. Там её ждёт ловушка!

Знать бы ещё от кого… Жаль, нельзя напрямик спросить обо всём Дориан.

– И что теперь делать? – выдохнула я чуть слышно. – Мне же дали понять, что демонстрация должна проходить именно в Пантеоне. Я не могу туда не явиться.

– Камеры? Горы? – предложил Даниэль.

– На закрытом правительственном объекте? В аномальной зоне? Чтобы я потом говорила Штольцбергу что-то вроде: «Всё было очень круто. Кузнечики мне аплодировали. Жаль, что вы ничего не увидели».

Настороженный взгляд Даниэля скользнул по моему лицу.

– Не обязательно. Можно просто в горах. Включи камеры перед аномальной зоной, покажись в кадре. А когда начнёшь создавать экскаватор, добавь на приборную панель пару вебкамер. Если снова выйдешь в эфир, значит, всё получилось. Мы с ребятами выставим на крыше мониторы, наладим трансляцию.

– Безумие… Но выбора нет. Только пока ничего не говори Кристине! – выпалила я, подумав о кураторе. – Пускай все считают, что она ни о чём не знала. Иначе её сожрёт начальство…

– Ей по-любому достанется, если ты не сумеешь поразить Штольцберга, – мрачно заметил он и сменил тему: – Я