Принцесса Восточного леса - Ануша Захаревич

Я продолжила танец и посмотрела на свое тело вниз.

Святые небеса! Это же светилась я и место, на котором я танцевала. От солнечного сплетения по моим ногам шел магический импульс к земле. Каждый раз радиус покрытия поляны увеличивался. В какой-то момент я испугалась и хотела остановиться. Ведь меня сейчас видят все! Они не должны были узнать о том, кто я такая. Но уже увидели! Магия начала вести себя беспокойно, когда я растерялась и отвлеклась. У меня закружилась голова, и стало немного дурно.

В критический момент меня за руку кто-то взял. Я повернулась и увидела лицо Рэна. Я боялась увидеть там осуждение и презрение. Но его не было. Там было только волнение и поддержка. Он пустил успокаивающий и наполняющий уверенностью импульс магии Единого в меня, повернул несколько раз в танце вокруг моей оси и отпустил, делая несколько шагов за поляну, чтобы не мешать остальным танцевать.

Я продолжила. Теперь я не сомневалась, что то, что я делаю, не причинит никому вреда. Я танцевала с такой отдачей и желанием помочь этим людям, что в какой-то момент потеряла связь с реальностью. Шар силы в солнечном сплетении разрастался, импульсы моей магии уже доходили до края поляны. В таком же состоянии танцевальной экзальтации находились все девушки, которые танцевали со мной.

Резко отключились все звуки вокруг, и я услышала до боли знакомый женский голос из моего сна.

– Ты готова спасти Природу?

– Да, – уверенно произнесла я.

Так же резко, как исчезли, вернулись все звуки назад. Как только я произнесла это самое уверенное в моей жизни “да”, шар силы внутри меня лопнул и огромный импульс магической силы прокатился от меня по огромному радиусу, который однозначно достал до противоположного конца поля и ушел далеко в леса во всех направлениях.

Мои ноги подкосились от слабости, и я уже начала падать, рискуя потерять связь с реальностью, едва коснувшись земли. Падения не произошло. Меня подхватили сильные руки, а знакомый запах лекарских трав дал однозначный ответ, кто это. Рэн направил в меня еще один импульс силы Единого, и я смогла не отключиться и остаться в сознании.

Музыка стихла, люди перестали петь и танцевать.

– Смотрите! Скорее смотрите на поле! – закричал кто-то громко, и все повернулись в ту сторону.

– Это же и есть благословение природы!

– Это настоящее чудо!

Я со страхом подняла глаза посмотреть, что я натворила. Земля на поле светилась в свете луны зеленым свечением. То ли ночь, то ли мое уставшее зрение после магического истощения играло со мной злую шутку, но почва как будто стала чернее, чем самый темный и плодородный чернозем.

И тут я увидела чудо, о котором кто-то кричал. Прямо на наших глазах из земли начали пробиваться все ростки зерен, которые мы посеяли, а в бороздах между ними засеребрилась светом луны вода маленьких ручейков. Я не могла поверить своим глазам.

Мы все стали свидетелями того, как поле за несколько минут выглядело так, словно ему осталось пару дней до сбора урожая. Огромные зерна клонили головы колосьев немного к земле. Я взглянула магическим зрением на происходящее вокруг. Шок – это мягко сказано. То, что выглядело практически безжизненным полем пару дней назад, сейчас было настолько плодородным и наполненным жизненной энергией, что я была уверена в еще нескольких сборах полного урожая только за этот сезон. А ведь раньше даже этот до холодов не успел бы прорасти!

– Слава, дриаде! – громко крикнул Бархан.

– Слава, дриаде, слава! – в тон ему повторили люди и с благодарностью повернулись все ко мне. Если бы меня не поддерживал Рэн, я бы свалилась от такого напора и громкого звука.

– Я благодарен тебе от всей души, дочь Природы, Принцесса леса. Я не был уверен, что эта идея удастся, но Виона предрекла твой приход сюда с самого начала и верила в тебя. Клан Великих дубов теперь может не беспокоиться за свое будущее, в наших кладовых всегда будет еда и никакие долгие и голодные зимние месяцы нам больше не страшны.

Словно в подтверждение его слов рядом с праздничной поляной вышло целое семейство крупных оленей, а где-то вдалеке закурлыкали куропатки и какие-то еще пернатые.

– Я была рада помочь, Бархан, хоть и не понимала до конца, что именно делаю, – кивнула ему я. В этот момент с другой стороны от Рэна ко мне подошел Тар, придержал за локоть, убеждаясь, что я в порядке. Кивнула ему в знак подтверждения.

Как раз в этот момент вождь обвел взглядом всех присутствующих и торжественно объявил:

– В эту благословенную самой Природой ночь да прибудет с нами мудрость и любовь для заключения благословенных союзов!

Молодые люди засуетились, разбились по парам и одели друг другу на шею венки из цветов. Я повернулась к Рэну и застыла в удивлении. Он держал в руках венок из полевых цветов, которые собирал сегодня утром до нашей встречи возле ручья. Рэн отпустил мою руку и одел мне на шею венок. От непонимания происходящего я нахмурилась.

– Рэн, я…

– Лия, ты права. Я сбежал от тебя, – в этот момент я нахмурилась еще больше, – сбежал от своих чувств, с которыми я не мог справиться. Я полюбил тебя так, как не может любить ни одна живая душа, я полюбил тебя вопреки всем законам посвящения в служители Единого. Пожалуй, и мне, и тебе нужно было преодолеть этот путь, чтобы решить, что действительно мы хотим. И я решил. Я хочу видеть тебя рядом каждый день, любить тебя, помогать тебе, быть твоей надежной опорой. Ты словно Луна, которая способна осветить путь путнику даже в самую темную ночь. Моя Луна. Ты станешь моей женой?

У меня был откровенный шок. Рэн, о боже Единый, что ты делаешь?

– Рэн, но ты же все потеряешь, никогда не сможешь вернуться назад, я же дриада…

– Это все неважно, если рядом не будет тебя, – ответил он, поправляя выбившуюся прядь волос за ухо.

Сердце разрывалось от счастья, а голова немного кружилась от магического истощения. Но я ответила именно то, что всем сердцем сейчас желала.

– Я согласна.

Вокруг нас поднялся шум и радостное улюлюканье. Оказывается, весь клан с замиранием сердца ждал, что я ему отвечу. Люди расступились и пропустили нас первыми к Бархану на заключение брачного союза. Бархан улыбался по-доброму, по-отечески. Мы подошли к нему, и он начал произносить ритуальные слова. Пока он говорил, на наших запястьях