Отзвуки сердца - Л. А. Кейси

— Да? — Я сел и наши губы оказались на расстоянии вздоха. — Не хочешь трахнуть меня?

Её короткое «нет» было чертовски очаровательным.

— Как на счёт поцелуя? — Надавил я. — Хочешь подарить мне один?

Понизив голос на октаву, добавил в свой тон немного грубости, точно зная, как ей это нравится.

— Не соблазняй меня своим голосом. — Она пристально посмотрела на меня. — Я на это не поведусь.

— Ты слишком умна для меня, Вишенка. Всегда была такой.

Когда рассмеялся, её руки скользнули к моей голове, запутались в волосах и она сказала: — Может быть, только один маленький поцелуй.

Времени на ответ не было. Фрэнки прижалась своими губами к моим, просунула язычок в мой рот и поцеловала так, что я почти потерял сознание. Всегда позволял ей контролировать наши поцелуи, когда они только начинались. Она так отчаянно и яростно терзала мои губы, но когда сдавалась и позволяла контролировать давление и темп, то становилась похожа на пёрышко в руках. С ней я мог делать всё, что захочу.

Наш поцелуй прервался, когда из её сумки раздался знакомый голос. Мой. Фрэнки втянула воздух, спрыгнула с меня и бросилась к своей сумке на полу. Я смотрел на неё и её сладкую попку, осознавая, что она судорожно пытается отключить звук. Когда Фрэнки встала и повернулась ко мне лицом, я уставился на неё во все глаза.

— Я слышал свой голос.

— Нет, не слышал.

— Слышал. Я слышу его достаточно часто, чтобы знать, как звучу.

— Нет.

Я улыбнулся. Медленно.

— Фрэнки, ты смотрела видео со мной перед тем, как прийти сюда?

— Нет! — ответила она в ужасе. — Я смотрела видео с нами на YouTube и, должно быть, включила функцию автоматического воспроизведения, а это видео с тобой оказалось следующим, и оно заиграло само по себе.

Я был доволен. Она смотрела видео со мной.

— Понятно.

Лицо моей рыжей крошки засияло. Тогда позвал её вернуться ко мне, что она и сделала. Забрав у неё телефон, устроил её между своих ног, прижав спиной к своей груди.

— Выбери видео, — сказал я. — Посмотрим вместе.

— Ла-а-адно.

Она пролистала кучу видеозаписей и остановилась на одной, где группа играла на фестивале, о котором я ничего не мог вспомнить. Звук был настолько дерьмовым, что невозможно было услышать, как я пою поверх инструментов, но зато качественная картинка.

— Как ты это делаешь?

— Что делаю?

— Это! — Она указала на меня на сцене перед тысячами людей. — От одной мысли об этом у меня обостряется астма.

Я поцеловал её голову.

— Честно говоря, не знаю. Когда выхожу на сцену с ребятами, мне кажется, я дома. Понимаешь?

— Нет.

Я засмеялся.

— Выступление на сцене вызывает у меня те же чувства, которые ты испытываешь, когда просыпаешься утром и смотришь в окно на океан или когда идёшь на конец пирса и смотришь на закат.

Повернув голову, она посмотрела на меня.

— Чувствуешь себя умиротворённым?

— Я чувствую себя одновременно в гармонии с миром и таким живым. Это опыт другого уровня.

Она снова обратила внимание на видео. Я наклонился вперёд, чтобы видеть её лицо и сердце заколотилось в груди, когда обнаружил, что она заворожена. Фрэнки лизнула кончиком языка нижнюю губу, даже не осознавая что делает, а когда взглянула на меня и увидела, что я наблюдаю за ней, сжала губы и прочистила горло.

Это. Чертовски. Мило.

— Как думаешь, сможешь один раз выйти на сцену и посмотреть на меня так же, как сейчас?

Губы Фрэнки раздвинулись.

— А как сейчас?

— Как будто я для тебя единственный мужчина на свете.

Она прислонила своё лицо к моему и мои глаза закрылись от этого милого жеста.

— Я не могу поверить, что ты завтра уезжаешь. — Глаза распахнулись от её слов. — Ты только вернулся в мою жизнь, а теперь снова уезжаешь.

— Эй. — Провёл рукой по лицу моей девочки и когда она посмотрела на меня, сказал, — На этот раз я вернусь.

— Обещаешь?

— Обещаю. — Я поцеловал кончик её носа.

Фрэнки улыбнулась.

— Знаю, мы не совсем понимаем, что делаем друг с другом, но я просто счастлива, что могу быть с тобой вот так.

— Я тоже, Вишенка. Я тоже.

Она чмокнула меня в губы, затем посмотрела на свой телефон, когда тот завибрировал. Постучала пальцем по экрану и её глаза почти мгновенно расширились.

— Что случилось?

— Это Анна и Ханна. — Сказала она. — Они на работе. Анна сказала, что приходила группа девушек и спрашивала обо мне. Они злятся за то, что я поцеловала тебя на пирсе. — Прежде чем успел хоть что-то сказать, Фрэнки продолжила. — Ханна сказала, что они были очень грубы и назвали меня… о боже! Посмотри, что твои фанаты говорят обо мне. Меня никогда в жизни не называли толстой и уродливой столько раз.

— Ты не толстая и не уродливая, эти люди не Грешники. — Я взял телефон и просмотрел сообщение. — Они просто одержимы мной или парнями и думают, что могут решать, с кем нам встречаться. Хотя мы сами виноваты… Мы рок-звёзды, но не идеальны. Говорим дерьмо во время интервью, общаемся определенным образом с Грешниками в соц. сетях, потому что им это нравится. Тема секса всегда актуальна, как и тема женщин. Особенно секс с женщинами… У всех нас был секс с фанатками. Чёрт, мы действительно бессердечные ублюдки, когда дело касается женщин. Я даже не осознавал, что мы превратили это в какой-то фетиш, потому что они всегда с такой готовностью приходили к нам.

Фрэнки молчала.

— Может, если бы мы не связывали так часто женщин и секс вместе, наши Грешники не поступали бы так же, когда дело касалось женщин в нашей жизни. Блядь. Похоже, мне нужно работать над чем-то большим, чем просто быть трезвым.

Фрэнки погладила мою грудь.

— Ты хороший человек, — сказала она. — Нет, ты не идеален, но осознание недостатков, как ты только что заметил, и понимание того, что должен что-то изменить, делает тебя идеальным для меня.

На сердце сразу стало легче.

— Я буду работать над этим и поговорю с ребятами. Но даже если мы изменим свои взгляды, ты должна понять: некоторые люди просто полны ненависти. Саммер, жена Хейза, отключила комментарии в Instagram, поскольку получала много оскорблений из-за того что они поженились. Она китаянка, для многих это проблема. Он — чёрный, она — азиатка. Межрасовым парам всё ещё безумно тяжело.

— Ну, комментарии, которые я увидела, были в основном о моей внешности и несколько о том, что я золотоискательница, так что всё