Тридцать первая жена, или Любовь в запасе - Франциска Вудворт

– Я знала, что это вам не понравится.

– Они привыкли не брать в расчет принцессу Элиссабет, король может требовать от тебя чего угодно, шантажируя сыном, и в итоге они хозяйничают здесь как дома. Ты считаешь это нормальным? Конечно, мне это не нравится!

– Простите, что подвела вас. Я могу уехать.

– Куда? В Занданию? – иронично спросила я. – Моржетта, я знаю о твоей ситуации с сыном, но пора отпустить его в свободное плавание и не позволять дергать себя за ниточки. Когда же ты поймешь, что обратно в Занданию тебе хода нет и нужно строить свою жизнь здесь?

– Я мать и не могу о нем не думать. Он все, что у меня есть!

– Зато он спокойно отказался от тебя, – резала я по живому для ее блага. – Если вернешься, будешь как побирушка просить хоть каплю его внимания. А если учесть, что в сегодняшнем инциденте с послом король обвинит тебя и будет зол, то из-за твоего возвращения в Занданию впадет в немилость и твой сын.

– Меня?! – удивилась она.

– Конечно. Ведь прежняя Элиссабет и слова никому не могла сказать против, а всего два года с тобой в компаньонках – и мой характер испортился. Кого в этом обвинят?

У нее потрясенно округлились глаза. Видимо, такие выводы ей в голову не приходили.

– Моржетта, в Зандании у тебя испорчена репутация, но есть возможность заслужить уважение здесь. Берись за дела фонда, займись благотворительностью, обели свое имя и заслужи любовь окружающих добрыми делами. Тогда и твой сын захочет общаться с тобой и будет гордиться родством.

Компаньонка замерла, обдумывая мои слова.

– Значит так, все общение с послом через меня! Если будет требовать встречи, ответь, что я запретила вам видеться. Тебе это сейчас ни к чему, все равно будет попусту воздух угрозами сотрясать. А сейчас иди выпей успокаивающих капель и отдохни до ужина.

Сама я тоже отправилась к себе и наконец-то добралась до ванны.

Глава 28

Не успела я проснуться и позавтракать, как ко мне началось паломничество. Вначале пришли портнихи. Я заранее была скептически настроена к навязанному платью, но оно неожиданно понравилось. Нежно-персиковое, с изумительной золотой вышивкой и сверкающее от россыпи камней. По корсажу и юбке расшито цветами. Не знаю, где Владыка взял мои размеры, но платье село практически как влитое. На мне его немного подкололи и обещали закончить через несколько часов.

К нему супруг прислал еще и украшения. Роскошную изящную тиару в виде цветов с листьями и ожерелье с серьгами. Туфельки в тон платью тоже сверкали от драгоценных камней. Но больше всего меня смутило обалденное нижнее белье из нежной ткани и тончайшей вышивки, с кружевами словно паутинка. К нему прилагались чулочки с подвязками. В моем гардеробе подобной красоты не было, да и в городе я в такие дорогие магазины не заходила и ничего похожего не видела, иначе обязательно бы купила.

Первой мыслью было: да как он смеет мне нижнее белье присылать! Появилось и желание вернуть обратно дарителю, но стоило потрогать, пощупать… И я махнула на все рукой. Все равно он на мне это не увидит, а отказываться от такой красоты глупо.

Да и щебетание портнихи, что сегодня на балу я буду сверкать подобно солнечному лучу, настраивало на несерьезный лад. Подумать только, первый мой в жизни бал в самом настоящем дворце! Что ж, посмотрим, как веселятся драконы, раз иных вариантов нет.

– Хорошо, что все подошло! А то я боялась, что с остальными платьями переделки много будет, а тут нам хватит и одной примерки, – с облегчением заметила портниха.

– Какие еще другие платья? – ухватилась я за ее слова.

– На все остальные дни праздника. Владыка сам выбирал для вас оттенок цвета и фасон, хотел сюрприз сделать. У него отменный вкус, надо заметить. И подобного внимания давненько никто не удостаивался, – с многозначительной улыбкой сообщила она.

– А что там с оттенками? – спросила я, так как царапнула фраза. Намек пропустила мимо ушей.

– Ну так это сегодня бал дается в вашу честь, и камзол Владыки будет гармонировать только с вашим платьем, а в остальные дни костюм Владыки в одной цветовой гамме с платьями жен. Например, если у него синий цвет, то платья жен в этот день от нежно-голубого до синего. Если зеленый, то от светло-зеленого до малахитового.

– Я поняла.

А про себя подумала: «Команда в полосатых купальниках!» Хорошо, что хотя бы сегодня я из его гарема буду выделяться.

«А почему только сегодня?» – мелькнула мысль, и я обратилась к портнихе:

– Скажите, а на завтра вы можете мне остальные платья подготовить? Не терпится посмотреть и померить красоту, которую вы создали, – польстила ей.

– Все вряд ли, но два-три принесу, – с улыбкой пообещала она.

Мысленно я потирала руки. Ничего, у меня еще мое есть, которое на последний день праздника пошили, но вынуждена признать, что оно проигрывает по сравнению с этими. Но будет как запасной вариант, чтобы выделиться из толпы жен Владыки. Себя я к ним причислять не хотела.

Душевно распрощавшись с портнихой и ее помощницами, я встречала уже других ждущих меня гостей. Пришли девушки, чтобы заняться моими ногтями, волосами и кожей. Никогда не думала, что подготовка к балу такое долгое и хлопотное занятие. Мне удалили все лишние волосы с тела, потом сделали обертывание с чем-то пахнущим водорослями, скребли, терли, массировали. Нанесли несколько масок на волосы и лицо. Да я дома в салонах столько процедур за раз не делала!

После их волшебных рук я чувствовала себя словно заново рожденной. Так эти милейшие девушки мне еще и обедать запретили, чтобы я до бала сохранила чувство легкости. Посоветовали пока отдохнуть и сказали, что позже ко мне придут собирать на бал.

Я покивала, ручкой помахала и, немного выждав, пошла на кухню в поисках съестного, а то после всего аппетит разыгрался зверский. Внизу натолкнулась на еще одного гостя, он как раз разговаривал с дворецким.

– Лаэр Вэльдер? – обрадовалась я.

– Ваше высочество, – поклонился он.

– Разве вы не должны быть с Владыкой? – удивилась я.

– Нет, я не в его охране. В полдень он улетел в главный храм зажечь огонь, знаменующий открытие празднований, и до обеда будет там принимать прошения от простых людей.

Ого, а я и не знала!

– А я пришел узнать, можно ли пригласить на прогулку леди Моржетту. Вы не против?

– Нет. Я думаю, это пойдет ей на пользу, отвлечется после вчерашнего. Не знаете, получится ли оградить сегодня леди Моржетту от общения с вчерашними нашими нежданными гостями?

– О, насчет этого можете не беспокоиться! Неучтенные тараканы на праздник не приглашены.

Я опешила, а лаэр Вэльдер мне открыто улыбнулся.

– Скажу по секрету, от вас в восторге все, кто дежурил здесь вчера. Представителей Содружества Объединенных Королевств у нас терпеть не могут, и, боюсь, это прозвище теперь приклеилось к ним надолго.

– Посла Зандании тоже не будет? Это из-за вчерашнего инцидента?

– Нет. Праздник почитания первородных предков считается сугубо внутренним, на него обычно не приглашаются представители других государств. Получить приглашение кому-то со стороны почетно, это признак расположения и доверия, а ваши вчерашние гости попытались, действительно как тараканы, окольными путями пробраться во дворец.

– Оу! Получается, не выгони я их вчера, то они могли бы сегодня присутствовать на балу как мои гости? – начало доходить до меня.

– Да.

Охренеть! Нет, а каков Владыка? Он даже не заикнулся о том, что присутствие послов Зандании и Объединенных Королевств на моей территории имеет еще и политический мотив. Не потребовал их выгнать, дав мне самой возмутиться самоуправством Моржетты и выселить их. Зная мой характер, просчитал реакцию. Вот же Макиавелли!

– Жерар, передай леди Моржетте, что ее ждут, – отослала я дворецкого, а сама задержалась рядом с лаэром Вэльдером. Он оказался прекрасным источником информации.

– Скажите, могу я задать немного личный вопрос?

– Вы относительно моих намерений по поводу леди Моржетты?

– Это мне тоже интересно, но, зная вас, не сомневаюсь, что они самые благородные. Уверена, вы ее не обидите.

– Благодарю за доверие, – поклонился Вэльдер и спросил: – Тогда что вас еще интересует?

– Я тут услышала, как один лаэр сказал девушке, что ей стоит только позвать его – и он услышит из любой точки дворца. У лаэров действительно настолько острый слух?

Мне это спать не давало. Ведь как представлю, что любой мой чих может быть слышен Владыке, так жутко становится.

Лаэр