Охотясь на Аделин - Х. Д. Карлтон

И это… это ничем не помогает.

Вот почему я здесь – чтобы уничтожить еще одну фракцию теневого правительства. Более того, я надеюсь, что одна из девушек, выставленных сегодня на аукцион, возможно, видела Адди. Джей опознал каждую из них, и несколько – уроженки Орегона. А это значит, что если Адди все еще находится в этом штате, то одна из них могла жить у того же куратора, что и она.

И снова я жму кнопку.

– Ставка – четыреста пятьдесят тысяч долларов.

Продано.

Я покупаю следующих трех девушек и, хотя не слышу и не вижу возмущения других участников торгов, могу догадываться о нем по разгорающейся конкурентной борьбе по мере того, как продается каждая следующая девушка. В конце концов все они остаются с пустыми руками и, скорее всего, намерением купить девушку где-то на другом аукционе.

Через несколько мгновений после того, как последняя девушка сходит со сцены, раздается тихий стук в мою дверь.

– Джей, заблокируйте все двери в здании и забаррикадируйте выходы. Никто, кроме меня, не должен выйти, – быстро говорю я Джею, а затем громче: – Войдите.

– Понял, – отвечает Джей как раз в тот момент, когда в кабинку входит Ли Моррисон.

Хоть он и не является владельцем аукционного дома, именно он поддерживает работу этой хорошо отлаженной машины. Он сопровождает участников аукциона в их помещения, размещает, контролирует поступление и передвижение женщин, все это – залог успешного и бесперебойного проведения аукциона.

– Закройте дверь, пожалуйста, – прошу я, повернувшись к нему спиной.

Через несколько секунд я слышу, как она захлопывается.

– Сэр, куда бы вы хотели, чтобы мы доставили ваши покупки? – спрашивает Ли, его голос уважителен, но робок. Ему некомфортно.

Это хорошо.

– Мои покупки, – повторяю я. – Вы же понимаете, что это живые люди? Как и вы.

Ли откашливается.

– Прошу прощения, сэр. Так куда бы вы хотели, чтобы мы привезли ваших девушек?

– К черному входу только что подъехал лимузин. Проследите, чтобы никто из них не пострадал.

– Конечно, сэр, – отвечает он.

– Распорядитесь об этом сейчас, – мягко требую я. – По внутренней связи.

Он замирает, застигнутый врасплох моей странной просьбой, но в конце концов послушно исполняет ее. Он передает по внутренней связи, что мои «покупки» должны быть доставлены в лимузин в целости и сохранности, и, получив подтверждение, снова откашливается.

– Это все, сэр?

– Касательно этого – да.

Полагая, что я с ним закончил, он шаркает по тонкому черному ковру, его рука берется за ручку двери и уже было поворачивает ее.

– Прежде чем вы уйдете, – произношу я, останавливая его. – Вы когда-нибудь покупали себе девушек сами?

Ли теряется.

– Ну, не здесь, нет.

– Где-то в другом месте?

– Да, конечно, – через некоторое время отвечает он.

Я безразлично хмыкаю, хотя его ответ и заставляет мое тело напрячься от ярости.

– Сэр, могу я спросить, зачем…

Его вопрос обрывается, когда я встаю и поворачиваюсь к нему лицом. Не знаю точно, из-за шрамов или из-за холодной убийственной ярости в моих глазах, но что-то в моем лице заставляет его голос затихнуть, а глаза расшириться.

Он вслепую тянет руку за спину, отчаянно нащупывая ручку двери, пока я приближаюсь к нему.

Мои руки, быстрые как хлыст, хватают его за горло, обрывая крик. Я поднимаю его на уровень своего роста, в то время как он сучит ногами и цепляется за мои руки, и смотрю в его огромные глаза.

Я вижу в них мое собственное чудовищное отражение.

Я сказал ему, что эти девушки – люди, но я не говорил, что сам я человек.

Я рычу на него.

– Скольких женщин ты швырнул на эту сцену, чтобы потом отправить на муки и страдания? Скольких ты купил себе, чтобы творить с ними неописуемые вещи?

Его лицо багровеет, рот разевается, словно у рыбы, но из сдавленного горла не вырывается ни звука. Я сжимаю его крепче, наслаждаясь тем, как на его лбу выступают вены. Интересно, смогу ли я заставить их лопнуть?

– Ну же, Ли, я знаю, у тебя есть жена и дети. Как ты смотришь им в глаза по вечерам, зная, что ты обрек таких же, как они, на ужасную участь?

Отпускаю его прежде, чем он теряет сознание. Он тяжело дышит, и я силой усаживаю его в кресло, в котором сидел последние два часа. Покупая женщин, которых он с гордостью представлял мне и еще четырнадцати мужчинам.

Бью его по лицу, едва не вырубая. Это дает мне достаточно времени, чтобы схватить черную сумку, которую я принес с собой, набитую веревками и скотчем. Конечно, два вышибалы, Бивис и БаттХед[9], проверили мою сумку, прежде чем впустить меня в здание, но они только улыбнулись, полагая, что эти вещи предназначены для девушек, которых я планирую купить.

И я улыбнулся им в ответ, потому что они идиоты и скоро сдохнут.

Я быстро достаю рулон скотча и связываю ему руки и ноги. Он без устали умоляет меня о пощаде, а когда это не приносит результата, барахтается, словно червяк на крючке, но я даже не представляю, чего он хочет этим добиться.

Затем достаю баллончик с жидкостью для зажигалок и разбрызгиваю ее по всему его телу. Его глаза расширяются, и он изо всех сил пытается прорвать скотч, будто он сам Невероятный Халк.

– Джей? Отправляй их сюда, – командую я.

– Уже.

Оставив Ли на некоторое время трепыхаться в кресле, выхожу из кабинки и вижу, как несколько моих людей врываются в здание. Они вступают в перестрелку и в считаные минуты расправляются с охраной. Никто не уйдет с этого аукциона живым.

Пока ребята разбираются с персоналом, я методично пробираюсь в каждую кабинку. Джей отпирает мне двери по очереди, и я вхожу внутрь, обездвиживаю каждого мерзкого насильника и связываю точно так же, как Ли.

К тому времени, когда я обхожу все пятнадцать кабинок, моя кожа покрывается капельками пота. Большинство из них были стариками, но нашлось и несколько молодых, оказавших сопротивление. Очень жалкое, но все же.

Я разминаю шею.

– Все девушки в лимузине?

– Да, а остальные мертвы, – докладывает Джей.

– Пусть Майкл установит камеру на сцене, – распоряжаюсь я, доставая сигарету и прикуривая ее.

Я все еще в пятнадцатой кабинке, которая, разумеется, расположена по соседству с кабинкой Ли. Связанный человек в кожаном кресле извивается и умоляет