Звёзды ещё горят - Лиса Эстерн

Стелла выдохнула, и, наверное, она улыбались, но уверенности не было, потому что ничего не чувствовала, кроме этого касания и воспалённых губ.

Выскочив из укрытия, оправив одежду, Стелла сбежала в зал. Вернувшийся Артём застыл на месте и с широко раскрытыми глазами пялился на своего коллегу. В каком-то припадочном состоянии попрощался с девушкой, и спустя секунду коридор затопил натуральный хохот.

Стелла успела выглянуть из-за двери, чтобы поймать на себе горящий взгляд Марка. Весь он был потрёпанный, взъерошенный, а лицо и шея покрыты следами от чужих губ. Другими словами, выглядел так, будто только выполз из постели, в которой точно было больше одного человека.

– Я просто обожаю вас, ребята, – прохохотал Артём и за шкирку потащил Марка смывать следы преступления.

Волшебные следы волшебной помады.

Глава 15

Правда

Рабочий день подошёл к концу. Его последние часы прошли спокойно и без приключений – в это Стелла не могла поверить вплоть до момента, когда табличка на входной двери не обозначила долгожданное «Закрыто». Некоторые официанты уже ушли, часть поваров тоже, и остались только такие везунчики, как Стелла, которым предстояло подготовить кафетерий к закрытию: убрать зал, заполнить солонки, диспансеры и закончить прочие рутинные обязанности. Закрывать смены никто из официантов не любил, потому что это занимало определëнное время, а поздним вечером, граничащим с ночью, после долгого и утомительного рабочего дня мечтаешь совершенно не о пересчёте зубочисток, салфеток и выбивании крошек из диванчиков.

Стелла старательно протирала столы, их ножки, лампы, стёкла и ни о чём конкретном не думала: она устала. Этот день выжал из неё все соки. Большая часть сил ушла на провокационную выходку в отношении Марка. После той сцены в коридоре её стажёр вместе с Артёмом на какое-то время пропал, а когда снова явился в зал, то выглядел так, словно всё в порядке, ничего не произошло и он всего-навсего выполнял поручение Алексея. Мужчина даже успел его похвалить, вызвав на конопатом лице Артёма истинное изумление, которое впору было зарисовать и долго с него ухохатываться. Только, может, причёска Марка больше не лежала так аккуратно, как раньше.

В какой-то момент Стелла села за один из столиков в дальнем углу зала и наблюдала за официантами, каждый из которых занят был своей зоной. Взгляд зацепился за Олесю, которая за барной стойкой заполняла бумаги, смотрела чеки и нервно качала между пальцами ручку. Когда никто на неё не смотрел, она переставала улыбаться и превращалась в непривычную хмурую тучу: её изящному лицу не шли такие эмоции, а может, Стелле просто непривычно было видеть женщину с другой стороны. Артём старательно натирал столы вдоль окна, хотя Стелла была уверена, что весь этот вид прилежного работника – напускное. Скорее всего, он уже считал минуты до конца. Марк куда-то исчез, и это волновало девушку чуточку больше всего остального. Хотелось поговорить, но жужжащий страх перемен мешал ей окликнуть его раньше.

На перерыве Стелла успела взять из сумки в подсобке телефон, чтобы проверить расписание экзаменов, которое им день на день должны были выслать. Осталось немного, и начнётся сессия, к которой Стелла хотела бы подойти без долгов и проблем. Однако проблемы сами решаться не будут. Например, вместе с расписанием в раскладке оповещений висело сообщение от Ловца, которое она не заметила утром. Точно в мыле она собиралась и торопилась, а парень прислал ей фотографию аллеи вдоль известного озера. Несколько лавок с кофе и булочками, гуляющие парочки и фонари – всё, что Стелла знала до каждой детали.

Кроме одной.

Дрожащими пальцами она приблизила изображение, чтобы разглядеть мутное, кривое отражение в окне лавки…

Прикрыв глаза, Стелла дала себе пару минут подумать о том, что она творит. Мысли услужливо выстроились в ряд. Общаясь с Ловцом, Стелла наслаждалась лёгкой и ни к чему не обязывающей беседой. Она чувствовала, что они уже давно знакомы и всё, что он о себе мельком упоминал, ей как будто было немного известно. Это как интуиция, но в более приземлённом смысле: как если бы Стелла старательно собирала кусочки то тут, то там, некоторые детали сами падали в корзинку, а потом, взглянув на свой багаж, она всё поняла. Поняла, но дать этому название не смогла. Догадка, иногда напоминающая о себе, была немного наивной и слишком смелой, чтобы в неё поверить.

Когда Стелла открыла глаза, то удивлённо моргнула, потому что у её столика стоял Марк. Он улыбался, но эта была простая и ненастоящая улыбка. Такую она видела очень часто до того, как они неожиданно сблизились. А сблизились ли? Стелла потёрла переносицу: почему всё вокруг вызывает сомнения? Все её чувства вызывают сомнения.

– Закончила?

– Нет, мне ещё надо соседний ряд убрать, – сухо отозвалась она. – А потом ещё украшения эти развешивать. Зачем я согласилась?

– Не то чтобы у тебя был выбор.

– И то верно.

– Я помогу, – просто сказал Марк, не спрашивая и не предлагая. – Всё-таки такова работа стажёра. Можешь положиться на меня.

Он взял из её рук тряпку и принялся за столы, стулья, диваны, лампы – столько всего надо было протереть, почистить, что невольно хотелось возмутиться несправедливостью работы официантов, но на ворчание у Стеллы не было сил. Не было сил и отговаривать Марка, выказывать ненужные любезности и скромность. Если он желает помочь, то почему она должна отказываться от этой помощи?

– Спасибо, – только и сказала Стелла. Казалось, что она благодарит его не только за помощь с уборкой, а в целом за этот декабрь.

Облокотившись на стол, от которого так и пахло чистящим средством, Стелла наблюдала за работой Марка. Он молча и безропотно принял на себя чужие обязанности – её обязанности, – потому что хотел помочь, облегчить её труд и потому что ему не всё равно. Ей хотелось верить, что за всем, что между ними происходило, могло быть что-то серьёзнее игр, вызовов и хорошо состряпанного сценария. Марк казался ей хорошим, добрым, и он умел вытащить её из кокона, из которого она хотела, но не могла выбраться сама. Немногие её друзья могли так помочь: Маша могла, но не всегда пыталась, потому что у неё и у самой характер был не сахар. А вот Марк относился к этим сложностям как к чему-то крайне увлекательному. Может, ему и правда нравилась головоломка под названием Стелла.

Размышления почти заставили её улыбнуться. И ей вдруг захотелось улыбнуться Марку, а не безымянному печатному тексту.

«Если у тебя есть возможность не влюбляться