Мой бывший предатель - Ая Кучер

Кто-то убийства придумывает, моя посуду, а я его так избегаю.

Вот только… Мыть нечего. Я как-то растерянно смотрю на пустую мойку, а после — на загруженную сушку.

Но ещё полчаса назад всё было по-другому.

Савва что…

Посуду мне помыл?!

Глава 37

Дни без Саввы проходят… Спокойно и волнительно одновременно. У меня получается затормозить.

Не крутится в водовороте эмоций, а просто — замереть. Спрятаться за привычной ширмой.

Работа, консультации, забрать Кирюшу из садика, покататься на машинках. Проверить документы, назначить встречи…

Это затягивает очень быстро. Словно по кругу бегаю, и тем самым получается игнорировать эмоции.

Странное ноющее чувство в груди. Жжение в местах, куда смотрел Савва.

Но…

В пятницу всё меняется. Приносит новые краски в жизнь. Потому что наступает встреча с «химиками».

И Юрой.

Внутри трепещет волнение, скрещиваясь с неловкостью. После того как Юра озвучил свои желания. Как намекнул, что мы можем сделать брак настоящим…

Мне немного не по себе. Неловко, словно это я как-то повлияла, дала неправильные сигналы.

А ещё… Волнительно. Я не могу притворяться, что Юра совсем не цепляет. Просто…

Я задумываюсь об этом. Несколько раз предполагала возможное будущее с мужчиной. Если он не передумал.

Внутри не вспыхивали искры. Не было томительного, неудержимого предвкушения. Но при этом…

Наверное, мы смогли бы попробовать. Одно или два свидания. Чтобы понять — будет реакция или нет.

С Юрой не шторм из эмоций, а лёгкие волны. И это ведь тоже хорошо? Необязательно тонуть, чтобы быть счастливой.

— Они ещё не прислали правки? — уточняю я нервно.

— Нет, — учредитель недовольно хмыкает. — Видимо, будем снова разбираться на самой встрече.

— Вы, главное, не показывайте, как вы хотите этот контракт. В конце концов… Всегда есть другой вариант, ведь так?

— Так.

Лавров кивает, подтверждая, что рассматривает Дубинина как возможного инвестора.

Когда я предложила Юре вариант с инвестициями… Я хотела немного насолить Савве. И оттолкнуть его, чтобы не крутился вокруг.

А теперь…

Всё уже не так важно.

— Вполне возможный вариант, — продолжает Константин Семёнович. — Я знаю, что он изначально лишь присматривался. Просто подыскивал вариант. А сейчас… Судя по всему, Дубинин готов вкладываться в несколько фирм.

— Да?

— Слухи ползут. Может, переезжать собрался? Поэтому хочет инвестировать в фирмы в этом городе…

Я со всей силы сжимаю ручку в руках. Стараюсь не выдать своего смятения. Пытаюсь сосредоточиться на главном.

Но…

Конечно, мысли колючками цепляются за сказанное. Мы не обсуждали с Дубининым подобные детали. Мне бы привыкнуть, что он с сыном видится!

А тут… Получается, Савва хочет переехать? Для того чтобы быть ближе к Кирюше? Это немного сбивает с толку.

Я надеялась, что мужчина будет приезжать изредка. И у меня будет возможность разобраться с хаосом в душе.

— Но интересно получается, — Лавров проводит платком по вспотевшему лицу. — Два кандидата пока, и оба с тобой связаны. То муж, то однофамилец…

— На самом деле, Дубинин мой бывший муж. Балабанов — нынешний.

— Вот кто мне клиентуру создаёт.

Лавров немного нервно смеётся, но расслабляется. А я этого и добивалась. Стараюсь сама не нервничать.

В конце концов…

Это просто переговоры. С Дубининым было намного сложнее. Он хотел меня поддеть и словить на ошибке. А я — справлялась с шоком.

А это лишь Юра. Знакомый и привычный. Сейчас мы разберёмся с делами, а после — вместе пообедаем.

Мы так договорились ещё утром.

Сложно, конечно. Потому что сейчас я буду «против» Юры. Но я умею отделять личное от работы. И сейчас шанс это продемонстрировать.

Я улыбаюсь, когда появляется Юра со своим юристом. Мы обмениваемся короткими взглядами.

Мужчина не улыбается, но глаза его словно светлеют. Мне становится легче.

— Простите за задержку, — юрист протягивает экземпляры договора. — Только внесли последние правки.

— Ничего страшного. Я всё понимаю…

Я мысленно глаза закатываю. Лавров! А так хорошо держался… Хотя я тоже не пример самообладания.

Я изучаю договор, подмечая для себя изменения. Удивлённо перечитываю. Условия… Довольно хорошие.

Я ожидала, что будет больше правок, сильнее зажмут. Но всё пока выглядит очень неплохо.

Каждую строчку перечитываю, конечно, но… Я бы рекомендовала Лаврову принять это.

Тут даже нечего обсуждать.

— Ваше заключение, Марьям? — уточняет учредитель. — Как я понимаю по отсутствию моментальных аргументов…

— Всё хорошо.

Слишком хорошо. И это почему-то тревожит. Звенит чутьём в груди.

Я объясняю изменение в договоре, а сама краем глаза слежу за Юрой. Он выглядит расслабленным и спокойным. Чувствует, что сделка у него в кармане.

И потом — это вызовет улыбку. Насколько уверенный Балабанов. Как своей решительностью заполняет кабинет.

Но пока…

Цепляюсь снова за договор, который у Лаврова. Там уже и подпись, и печать. Ничего слишком ординарного.

Юра хочет сделку, он её подталкивает.

Но у меня договор пустой. И…

— Можно, Константин Семёнович?

Я руководствуюсь интуицией. Тянусь за его экземпляром, чувствуя подвох. Буквально в воздухе вибрирует моя нервозность.

Ох.

— Почему договоры разнятся?!

Я смотрю на напрягшегося юриста. А после растерянно перевожу взгляд на Юру. Он тоже немного хмурится.

— Разняться? — удивляется юрист. — Хм…

Я подтягиваю к себе два договора, сравниваю их. Уже с третьей страницы нахожу разногласия, и мне они не нравятся.

Условия намного хуже. И я бы никогда не рекомендовала слепо такое подписывать, лишь взвесив каждый пункт.

— Возможно, — юрист постукивает по столу. — Можно глянуть? Возможно, по ошибке дали не тот вариант. Вносилось много правок.

Я толкаю бумаги к мужчине. А сама кошусь на Юру. Он не выглядит как тот, когда поймали на подставе.

Не растерян, но немного удивлён. И я не могу считать полный спектр его эмоций. Но…

Не могу поверить, что Юра сделал бы это специально. Подставил меня так перед клиентом… Нет, невозможно.

— Да, этот верный.

Мне возвращают тот договор, который мне не нравится. Слишком уж там драконские требования.

Господи, хорошо, что я слишком мнительная. И в хорошие условия верю с большой натяжкой.

Как говорится, бесплатный сыр…

— Константин Семёнович, я сейчас прочитаю верный договор, — объясняю я клиенту. — И подчеркну сомнительные моменты.

Я ловко орудую ручкой, выделяя всё. Немного показательно, чтобы юрист Балабанова не думал, что я пропущу хоть какой-то момент.

С каждой минутой злость во мне растёт. В первую очередь — на себя. Что я могла допустить ошибку и не проверить сразу.

Но в основном — на юриста. Такой подлый и низкий способ… Это буквально взрывает во мне атомные бомбы. И радиация разъедает любое дружелюбие.

— Константин Семёнович, — я начинаю подниматься. — Я