Коварная одержимость - Киа Кэррингтон-Рассел

— Ты никогда не преследовала меня, верно?

Лука всегда был на два шага впереди.

Но сейчас мне нужна только секунда.

С молниеносной скоростью я достаю пистолет, спрятанный в пальто, и направляю его на Ивана. Ожидаю, что Лука двинется ко мне или повалит на пол, но он даже не вздыхает.

— Давай поболтаем, милая. Не переживай, Иван никуда не денется.

Иван с кляпом во рту, избитый до крови и в синяках. Он едва жив, но находится в сознании.

Я облизываю губы. Он наконец передо мной.

Лука поднимается, и я по инерции направляю оружие на него. Он смеется, поднимая руки.

— Ты хоть раз стреляла, дорогая?

Я нажимаю на курок, и бокал виски, из которого он пил пару минут назад, разлетается вдребезги на столике.

В комнату врывается Лоренцо, но Лука быстро кричит:

— Стоять! Я разберусь.

Лоренцо переводит взгляд между нами, его пистолет уже нацелен на мою голову.

Я зашла так далеко не для того, чтобы сдаться.

Я снова направляю пистолет на Ивана. Руки дрожат. Я так долго ждала этого дня. С того момента, когда впервые увидела его стоящим над безжизненным телом моей матери, пока я сидела неподвижно, дрожа от ужаса, малышка с парализованными от страха ногами. Я знаю, без сомнения, что в ту ночь он хотел убить и меня. И я даже желала, чтобы он так и сделал.

— Знаешь, как обидно осознавать, что ты никогда не была сосредоточена на мне, — говорит Лука, звуча почти так же безумно, как я себя чувствую. Я наблюдаю за ним краем глаза. Его медленные хищные шаги ко мне заставляют нервничать.

— Когда ты понял? — Спрашиваю я. Голос звучит чужим.

Иван в поле моего зрения, он корчится и пытается выбраться. Лука ведет себя так, будто у нас есть все время в мире, лениво поддразнивая меня. Полагаю, он всегда был таким. Единственная, у кого заканчивалось время — это я.

— Когда ты устроила тот маленький пожар в «Amor». Ты знала, что я отреагирую и вызову Ивана, чтобы он отвез моего брата. В ту ночь, когда ты была в особняке, Иван должен был быть там, не так ли? Но тебе не повезло, потому что он решил украсть у меня партию наркотиков в ту же ночь. Потом его отправили в Италию, и тебе пришлось остаться со мной. Ты не могла поехать за ним в Италию, даже если бы захотела, потому что отец запретил тебе оформлять визу. Если бы ты попыталась, он бы узнал и заставил бы тебя вернуться домой с новоиспеченным мужем. Так что тебе пришлось искать другой способ вернуть Ивана, так ведь?

Мой взгляд встречается с его, и в его прекрасных синих глазах закипает тьма. На нем все черное, рубашка наполовину расстегнута.

— Должен признать, я не ожидал, что в тебе столько безумия.

— Мне не нужно это слышать от тебя, — выдыхаю я, с трудом сдерживая дрожь.

— На столе контракт наших отцов. Думаю, он тебе уже не нужен, верно?

Я бросаю на него неуверенный взгляд и делаю шаг в сторону, еще дальше от Луки, недовольная тем, как спокойно он сокращает расстояние между нами.

— Нет. Он мне не нужен. Я с самого начала знала о договоре, который они заключили. Ценой была моя мать, не так ли?

— Ах, но сегодня я узнал мотив. Неужели ты ни капельки не заинтригована? — Спрашивает он с таким азартом, будто наслаждается каждой секундой этого представления, и я определенно чувствую, что он играет со мной.

Я облизываю губы и крепче сжимаю пистолет. Мотивы моего отца всегда были понятны с того момента, как я проследила крупный денежный вклад на его счет, и он вдруг выпутался из безвыходного положения. Но просить Луку о большем… Скажет ли он мне правду?

Чувствуя мои сомнения, он продолжает:

— В тебе течет кровь мафии, дорогая. Твой отец — трус. Но твоя мать происходила из рода хорошо воспитанных «бизнесменов».

— Нет, моя мать была далека от жестокости.

— Может, когда ты родилась. Твой отец и она заключили очень удобный брак. Почему бы не дать Ивану самому рассказать тебе все? Утром он все равно будет мертв, — Лука говорит с притворной доброжелательностью. Он подходит к громиле и срывает кляп.

— Нужно было прикончить тебя, когда ты еще и двух слов связать не могла, — рычит Иван.

Лука отвешивает ему пощечину, брызги крови и слюны летят в стороны. Меня трясет от ярости. Как будто Лука посягает на мою добычу. Я должна убить этого человека. Сколько раз я представляла этот момент. Но стоять перед ним с пистолетом в руках совсем другая реальность.

— Твоя шлюха-мать так сопротивлялась. Я наслаждался…

С молниеносной скоростью Лука проводит лезвием по его щеке от уголка рта до скулы. Иван кричит, а Лука засовывает кляп обратно в его окровавленный рот.

— Похоже, он все равно не скажет нам ничего стоящего.

Пистолет направлен в их сторону, но Лука невозмутим. Он никогда не боялся меня. Даже когда я старалась разрушить его изнутри, он едва реагировал.

— Не понимаю, зачем тебе так поступать со своим заместителем? — Спрашиваю я. Разве Иван не был важен для их иерархии? Незаменим в делах, когда Лука отсутствовал? Он предал его с партией наркотиков, но разве не сам бы Лука наказал его за это? Почему он подал мне его на блюдечке с голубой каемочкой?

— Можно сказать, это совпадение. Иван слишком переоценил свои силы, когда решил, что может украсть у меня. Я люблю месть больше, чем многие, но для Ивана… ты стоишь в очереди первой.

Мое сердце сжимается от этой жуткой, извращенной заботы.

Неужели он действительно даст мне отомстить?

Несмотря на все, что я устроила, он действительно позволил мне получить этот момент?

Лука медленно подходит ко мне. Я должна бояться этого человека, особенно после всего, что видела. Я не могу успокоить бешено бьющееся сердце и мысли, которые разрывают меня. Он мог бы сам разобраться с Иваном, и я бы никогда не узнала. Но вместо этого… он привел меня сюда.

— Зачем ты издеваешься надо мной? — Слезы наворачиваются на глаза, вопрос звучит почти как мольба. Лука подходит вплотную, и пистолет упирается ему в грудь.

Он не боится меня. Никогда не боялся.

Он осторожно вытирает мои слезы, а я замираю под его прикосновением.

Я в шоке.

Разбита на мелкие кусочки.

— Потому что, милая. Я помогу тебе нажать на курок.

51

Я не могу