Хозяин Священной Колыбели - Настя Любимка

И Его высочество не подвел. Сначала замер, хотя успел сделать три больших шага, а затем вернулся и встал за моим плечом.

Позже я объяснюсь и поблагодарю. Позже… Однако сейчас так нужно, потому что прививки от ментального воздействия у нас пока нет. Разве что у меня и только по двум причинам: первая в силе бога, которой нас одарил Ахадэриан, а вторая в том, что среди нас в Колыбели был тот, кто недавно активировал дар менталиста, и у меня с ним образовалась связь.

– А терпения тебе все же не хватило, – я криво усмехнулась и посмотрела прямо в глаза мужчины, вышедшего на крыльцо, не сумевшего дождаться, пока мы сами зайдем в дом.

Удивилась ли я тому, что память Стейзи заворочалась в мозгу, лихорадочно ища того, кого ей прежде уже доводилось видеть? И не просто видеть, общаться… Пусть и недолго.

Вот эти желтые глаза, напоминающие звериные... Требовательный тяжелый взгляд, от которого тело деревенеет, и кажется, будто тебя пришпилили к забору.

Я уже предполагала, что Стейзи встречала этого гада, и даже неоднократно пыталась выудить из ее памяти хоть что-то. Безуспешно, требовался толчок. Вот как сейчас.

Требовалось увидеть его снова, чтобы память вернулась, чтобы сорвались все замки-установки, и то, что было заблокировано однажды – выплыло наружу.

Рэндар, дальний родственник единственной близкой подруги леди Лианелии, однажды оказавшийся на ее попечении. Речь, конечно же, о леди Виаллер – той, что росла вместе с женой Амадео, была ее камеристкой и пропала в тот день, когда Лианелия проводила ритуал.

Высокий мужчина с выглядывающей из-под капюшона челкой каштанового цвета, что постоянно лезла на глаза, худощавый (даже слишком на мой вкус), с лихорадочным блеском в золотистых глазах и жесткой усмешкой, что была будто бы приклеена к его губам.

Впрочем, думается мне, он не просто родственник леди Виаллер. Скорее всего, сын. Просто мастью в отца пошел, не в мать. И сама она не погибла, как считал Амадео. Мавр сделал свое дело, мавр может уходить [1] , не так ли? Первая встреча Стейзи с Рэндаром состоялась на балу дебютанток. Первый танец, который безжалостно стерли из ее памяти, был с ним. Также была стерта и случайная встреча с принцессой в саду. Затем еще пара встреч, беседы по душам… И еще одна невольная встреча – та, за которую, вероятно, Арандиана и приговорила Стейзи к замужеству с герцогом Дарремским. Девочка стала невольной свидетельницей общения королевы с принцессой. А если точнее – унижения Арандианы…

Воспоминания, хлынувшие бурным потоком, заставили покачнуться, зажмуриться… На мгновение. Но и его хватило, чтобы сжать кулаки и силой заглушить вспыхнувший пожаром гнев.

Если менталист ждал испуга, то ему придется утереться. Его не будет.

Потому что я не Стейзи, потому что во мне бурлит сила бога. А Арандиана – мразь, которая еще получит свое.

– Ну здравствуй, мальчик. Пойдем, покажешь свои владения. Так уж и быть, уделю тебе чуть больше внимания. Заодно снимешь ментальную установку с детей и отправишь их к тэйграну.

– Надо же, Стейзи, а ты и впрямь сильно изменилась. Смотри, как заговорила... Силу получила – и думаешь, теперь тебе все подвластно? Забыла, как сопли о мой плащ утирала да молила о помощи?

– Допустим, изменилась, но мне эти изменения пошли на пользу, чего не скажешь о Ее высочестве. Знаешь, Рэнди, а личико ее лучше вовсе не видеть.

Именно так когда-то он представился Стейзи. Они довольно много общались во время ее пребывания в столице и бального сезона. Девочка считала его другом, пока, естественно, память о нем им же и не была стерта.

– Впрочем, шрамы ей к лицу. Истинную суть теперь спрятать не получится, красотой обмануть никого не выйдет, потому как нет ее больше, красоты той… А скоро и жизни не будет.

– Ты!

– Я! И что ты мне сделаешь? Батюшке своему пожалишься?

Я била наугад, но попала точно в цель. Действительно сын, а не просто подчиненный.

– Так ему не до тебя, дело всей его жизни вот-вот должно успехом увенчаться. Хочешь поговорить – делай, как сказала. В противном случае и без тебя обойдемся. Вот только я свое получу, а ты так и останешься в неведении.

А чтобы подкрепить сказанное, призвала ключи да в мгновение ока перенеслась на задний двор усадьбы. Вместе с Асимом, конечно.

И я вновь восхитилась тэйграном, потому что он молчал, пусть и был готов встать щитом между мной и опасностью. Хотя именно я сейчас отражала ментальные щупы, которые видеть могла, в отличие от принца.

Менталист же… Пусть побегает за нами, попробует угнаться.

Я не боялась. Больше не боялась. Вот будь передо мной тот, кто его породил – вот там да, несладко бы пришлось.

И все же везет таким мразям, как Арандиана. Еще как везет! Интересно, как давно она вообще поняла, что действительно любит этого менталиста? Явно ж не сразу. Поначалу она им лишь пользовалась. А вот он – любил, да только мало что мог противопоставить своему батюшке.

И славно, что не мог и был безумно влюблен! Мне это на руку.

– Остановись! Слышишь?! Я согласен!

Только после этого возгласа мы снова оказались перед менталистом. Щупы исчезли, мальчишка понял, что не получится пробиться через мою защиту ни ко мне, ни к Асиму.

– Я сделаю! Но с условием, что ты сейчас же вернешь мне Арандиану! Я готов обменять детей на нее!

– Ты не в той ситуации, чтобы торговаться. И если сейчас умрет хоть один из сирот, Священной Парой клянусь – Арандиана будет умирать мучительно. Я растяну это удовольствие на подольше. И можешь сколь угодно ухмыляться, моя рука не дрогнет, и ни один бог не сможет остановить меня от того, чтобы свернуть шею мерзавке. Игры кончились.

Наши взгляды скрестились. Возможно, он искал в моем признаки блефа, вот только там его не было. Холод, уверенность – да, а вот лжи – ни капли.