Тафгай - Рейчел Рид

***

Фабиан не был идиотом.

Он знал, что Райана по-прежнему беспокоила спина. Возможно, даже сильнее, чем на Рождество. Он видел, как тот пытался это скрыть, но его выдавали медленные, осторожные движения и нелепые причины отказов что-либо сделать. Фабиан понятия не имел, как он мог играть в хоккей в таком состоянии.

Именно это Фабиан и намеревался выяснить, посмотрев матч.

Райан был в отъезде, играл против «Филадельфии». Фабиан сидел в том же спорт-баре, что и в прошлый раз с Тареком, но теперь в компании Маркуса.

— Значит, это твой бойфренд.

Они оба смотрели на гигантский телеэкран, где Райан совершил нечто перед воротами, что, видимо, требовало множества замедленных повторов.

— Да, — ответил Фабиан.

— Тот парень. На экране. Играющий в хоккей. Он твой бойфренд.

Фабиан вздохнул.

— Мы до сих пор это мусолим?

— Просто удостоверяюсь.

Маркус ухмыльнулся и отхлебнул от своего джина с тоником.

Игра выдалась не особо интересной, за исключением того, что Райан, похоже, чувствовал себя гораздо комфортнее, играя в очень грубый спорт на коньках, чем, к примеру, доставая пакет молока из холодильника на глазах у Фабиана.

Всякий раз, когда Райан отсутствовал на льду, Фабиан с Маркусом болтали. Фабиан давно не тусовался только с ним. Как только Райан появлялся на льду, Фабиан следил за ним, как ястреб.

— Он выглядит здоровым, — заметил Маркус. — Я бы точно не догадался, что у него что-то болит.

— В этом нет никакого смысла. Я знаю, что он скрывает это от меня. Я вижу, как он морщится, когда думает, что я не смотрю.

— Боже, он огромный, — вздохнул Маркус. — Я, блядь, так тебе завидую.

— Щитки делают его больше, — пробубнил себе под нос Фабиан.

На это было странно смотреть: как Райан использовал свои габариты для устрашения. После остановки игры позади ворот произошла потасовка, Райан нависал над игроком из команды соперника. Фабиан не мог видеть лица Райана, но видел страх в глазах другого игрока, даже когда тот толкал Райана и что-то ему кричал.

— Они собираются драться? — спросил Маркус.

Его, казалось, слишком взволновала такая перспектива.

Боже, Фабиан надеялся, что нет.

— Я ненавижу это.

— Что? То, что Райан лжет?

— Да. И то, что он так выглядит. — Он указал на телевизор, где с нового ракурса показывали, как Райан угрожающе смотрел на противника. Фабиан вздохнул. — И то, что Райан вообще играет в хоккей, если честно.

Маркус нахмурился.

— Тогда тебе, возможно, не стоит встречаться с хоккеистом?

Фабиан наблюдал, как Райан — к счастью — поехал обратно на свою скамейку вместо того, чтобы драться.

— Он не просто хоккеист.

— Но он хоккеист.

— Да, я это знаю, спасибо, — огрызнулся Фабиан. Он вздохнул. — Прости.

— Ты не можешь просить его уйти, Фабиан. Это нечестно.

— Знаю. И я бы никогда этого не сделал, кроме… — Маркус поднял брови. Фабиан посмотрел на стол. — Дело не только в том, что я ненавижу хоккей. Естественно, я не могу просить Райана бросить хоккей, потому что мне это не нравится. Я не настолько эгоист. Но я не думаю, что Райану это тоже нравится. В смысле, он, по сути, мне это сам сказал. И это разрушает его тело, и делает его несчастным. Он такой милый, он заслуживает гораздо лучшего, чем это.

— Но это решение должен принять он. Не ты, — возразил Маркус.

Фабиан кивнул.

— Я знаю. Просто тяжело видеть, как он страдает и не позволяет себе исцелиться. Это… страшно.

Маркус сочувственно на него посмотрел.

— Ты можешь сказать ему, что чувствуешь, но осторожно, ладно? Никаких ультиматумов.

— Конечно, нет.

Фабиан задался вопросом, сможет ли в принципе поднять эту тему.

И сможет ли он остаться с Райаном, если не станет ее затрагивать.

***

Три дня спустя Фабиан сидел на кровати Райана, держа в руках зачитанный экземпляр «Ани из Зеленых Мезонинов».

— Ты всегда берешь ее с собой?

— Всякий раз, когда куда-то лечу, да.

— Почему?

Райан пожал плечами и вытащил несколько помятых вещей из своей дорожной сумки.

— Чтобы успокоиться. Мама читала эту книгу Коллин, когда мы были детьми, и я всегда подслушивал. Потом я сам читал ее Коллин. Это всегда было как бы нашей фишкой.

— Типа как якорь? Что-то, на чем ты можешь сосредоточиться, когда тебе страшно?

— Наверно.

Фабиан протянул ему книгу, Райан положил ее обратно в сумку.

— Как твоя спина?

— Нормально. А что?

— Правда?

Райан выглядел сбитым с толку.

— Я же сказал тебе, что лучше, разве нет?

— Да, — многозначительно ответил Фабиан. — Сказал.

— Что случилось?

Фабиан встал.

— Ты солгал.

Райана вздернул брови.

— Лгал?

— Эй, я серьезно.

— В каком смысле?

— В таком, что ты думаешь, будто я не знаю! Хотя очевидно, что твоя спина не прошла.

— Не так уж все и плохо, — проворчал Райан.

Фабиан почувствовал, что вот-вот взорвется.

— Не играй завтра.

Райан уставился на него, будто понятия не имел, о чем Фабиан мог настолько беспокоиться.

— Конечно, я буду играть. Я должен.

— С твоей спиной по-прежнему херово!

— С ней всегда херово. Просто сейчас чуть хуже, чем обычно.

— Ты не можешь так играть в хоккей.

Райан фыркнул.

— А ты у нас эксперт.

Фабиан обошел кровать и встал перед ним, сжав кулаки.

— Серьезно? Ты решил так это обставить? Твой женоподобный бойфренд ничего не знает о спорте, так что он глуп, раз беспокоится о твоем здоровье?

Райан прищурился.

— Не называй себя так.

— Не играй в хоккей, когда ты травмирован.

Выражение лица Райана смягчилось, что лишь больше разозлило Фабиана. Теперь казалось, что Райана забавляла его глупость.

— Все будет хорошо. Уже хорошо. Врач дает мне что-то от боли.

Что, простите?

— Дает тебе что-то? Что дает?

— Торадол, — пробормотал Райан.

— Прекрасно. Так ты просто проглотишь какие-то таблетки и вперед? Чтобы тебя пару часов швыряли по льду?

Райан отвернулся.

— Это не таблетка. Это укол.

Фабиан всплеснул руками.

— Прекрасно! Потрясающе! Значит ваш врач накачивает тебя наркотиками. А потом что? Что происходит, когда укол перестает