По дороге к любви - Дж. А. Редмирски

Мы играем еще, и он честно выигрывает, потом чувствую: пора поскорей сесть за столик, пока эти новые туфли не стерли мне ноги в кровь. У меня уже вторая порция пива, но кайфа я не чувствую, разве что пальцы ног слегка онемели да живот вздулся. Кайф я почувствую только на третьей.

— Эй, друг, может, сыграем?

К Эндрю, который только собрался присоединиться ко мне, подходит какой-то парень.

Эндрю смотрит на меня, я машу рукой: давай, мол.

— А я пока проверю мобильник, да и ноги устали.

— Хорошо, детка. Когда захочешь уйти, скажи, я сразу заканчиваю, и уходим.

— Все нормально, — говорю я. — Иди играй.

Улыбается и снова идет к бильярдному столу, это недалеко, всего в каких-то пятнадцати футах. Достаю из-под стола сумочку, ставлю перед собой, ищу мобильник.

Так я и знала: Натали успела напихать мне кучу эсэмэсок, целых шестнадцать. По крайней мере, хоть не пыталась звонить. Мама тоже не звонила, но я вспоминаю, что она собиралась со своим дружком в какой-то круиз на выходные. Надеюсь, сейчас ей весело. Не хуже, чем мне.

В динамиках на потолке мурлычет новая песенка. Народу в баре, кажется, втрое больше, чем было, когда мы пришли. Эндрю совсем недалеко, но я вижу только его бедра. Сейчас он что-то говорит парню, с которым играет. Подходит официантка, и я заказываю еще пива, она удаляется, а я возвращаюсь к своему мобильнику. Мы с Натали обмениваемся эсэмэсками. Она сообщает, чем сегодня занималась, куда собирается вечером, но я понимаю, что это всего лишь предлог. Она сгорает от любопытства узнать про меня и этого моего «таинственного парня», на кого он похож (именно «на кого», потому что она всегда сравнивает парней со знаменитостями) и «дала» ли я ему или еще нет. Но я отмалчиваюсь, уж очень хочется ее помучить. В конце концов, она это заслужила. Но главное, я внутренне не готова говорить с ней об Эндрю. Да и вообще с кем бы то ни было. У меня такое чувство, будто если я стану говорить о нем с кем-нибудь, даже только затем, чтобы самой убедиться, что он существует и что мы с ним вместе, все это сразу испарится, как дым. Боюсь сглазить. Или все это мне только снится, я вот-вот проснусь и пойму, что Блейк в тот вечер, когда я согласилась пойти с ним на крышу, подсыпал мне что-то в коктейль и наше с Эндрю путешествие — всего лишь сон.

— Меня зовут Митчелл, — слышу я чей-то голос сверху, и в нос мне бьет густой запах перегара и дешевого одеколона.

Поднимаю голову. Среднего роста и телосложения парень, довольно накачанный, но не то чтобы очень. Глазки налиты кровью, как и у блондина, стоящего рядом с ним.

Брезгливо улыбаюсь в ответ и гляжу на Эндрю, который уже направляется к нам.

— Я не одна. — Я стараюсь говорить как можно мягче.

Качок со значением смотрит на пустой стул рядом со столиком, снова на меня, как бы говоря: «Как это не одна, стул-то пустой!»

— Кэмрин! — Эндрю уже стоит за их спинами. — Все в порядке?

— Да, — отвечаю я, — все нормально.

Качок разворачивается всем корпусом навстречу Эндрю.

— Слышал? — с вызовом спрашивает он. — Она сказала, что все нормально.

Но я же не то имела в виду, мол, «со мной все в порядке, спокойно играй», и Эндрю прекрасно это понимает, но парни, похоже, нет.

— Она со мной, парни, — говорит Эндрю, стараясь сохранять невозмутимость, впрочем, вероятно, только ради того, чтобы я была спокойна: в глазах его уже горит огонек враждебности.

Блондин смеется.

Качок снова смотрит на меня; в руке у него бутылка пива.

— Это кто, твой дружок, что ли?