Упрямая невеста - Ли Гринвуд

Танзи приподнялась на цыпочки и, быстро поцеловав его, проскользнула в свою комнату, подарив на прощание Рассу обворожительную улыбку, от которой у него закружилась голова.

Рассу вдруг показалось, что еще мгновение, и он сорвет дверь с петель и набросится на эту женщину, которая просто сводила его с ума. Он глубоко вздохнул и попытался взять себя в руки. Расс с трудом удержался от того, чтобы не постучать в дверь и не попросить Танзи впустить его в комнату. Он медленно повернулся и зашагал к себе в номер. Когда Расс опустился на кровать, он вдруг почувствовал себя совершенно измученным и опустошенным.

– Я уж подумал, ты вообще не придешь, – сказал Черепашка.

– Мы разговаривали, – объяснил Расс.

– Не понимаю, о чем можно так долго разговаривать. Вы же видитесь каждый день.

Расс внимательно посмотрел на Черепашку.

Мальчишка был такого роста, как взрослый мужчина, только его худоба и угловатость выдавали его возраст. У него была нежная кожа, не знавшая прикосновения бритвы, доверчивый взгляд, трогательная улыбка, свидетельствовавшая о том, что он еще не успел до конца осознать, насколько жестока и несправедлива жизнь. У него были причины в какой-то мере разочароваться в людях, но это не озлобило его, не повергло в глухое отчаяние. Он продолжал надеяться, что в конце концов все уладится и фортуна повернется к нему лицом.

«Был ли и я таким?» – спросил себя Расс.

Он думал о том, что всю жизнь ненавидел весь мир, не надеясь на то, что все изменится к лучшему. Счастье от него ускользало, стоило ему лишь приблизиться к немути протянуть руки. На этот счет он не питал никаких иллюзий. До последнего времени…

– Не возражаешь, если я возьму одно одеяло? – спросил Черепашка. – Ковер такой жесткий.

– Ложись на кровать. Мы вдвоем там поместимся. Только не лягайся и не храпи.

– Тим делает и то и другое, – засмеялся Черепашка и залез на кровать. – Если он когда-нибудь женится, жена не будет вместе с ним спать.

Расс снял шляпу и куртку.

– Пойду пройдусь, – вдруг сказал он.

– Но ты только что вернулся с прогулки.

– Совсем не хочется спать.

– Почему? Ведь ты наверняка устал. Утром была стычка с бандитами, потом это собрание. Я вон поругался с тетей Этель и то едва добрался до постели.

– Это потому, что ты пока неоперившийся птенец. Поживешь на ранчо, и такие перестрелки будут для тебя все равно что утренняя разминка.

Черепашка фыркнул.

– Не знаю, когда вернусь. Не жди меня, – сказал Расс. У дверей он остановился. Идти в салун не хотелось, но это было лучше, чем одинокая прогулка. В то же время шумная компания его не привлекала, хотелось побыть одному.

– Не спится? – спросил Арчи, когда Расс спустился вниз.

– Мысли покоя не дают.

– Я слышал, что было на собрании. Думаешь, они действительно поедут к тебе на ранчо?

– Пусть едут. Они там ничего не найдут.

Арчи с опаской огляделся.

– На твоем месте я бы не был таким спокойным. Разве нельзя провести через горы нескольких коров, пока ты отсутствуешь? Ведь бандиты тоже прошли не через проход.

Расс насторожился.

– Ты что-то слышал?

Глаза у Арчи беспокойно забегали.

– Ничего определенного, но что-то явно готовится. Кому-то очень хочется по-прежнему держать тебя на крючке.

– Спасибо, Арчи. Буду иметь в виду.

– Если что-то разнюхаю, обязательно сообщу.

– Только будь осторожен.

Расс вышел на крыльцо и остановился. Перед его мысленным взором вновь возникло лицо Танзи. Вот она приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать его. Ему казалось, что он слышит ее голос, ласковый, с нотками грусти. Расса охватило желание.

Он вернулся в гостиницу, подошел к комнате Танзи и решительно постучал в дверь.

– Что-то случилось? – спросила девушка.

– Нет, ничего. Просто хочу спросить тебя кое о чем.

– Спрашивай.

– Этель сказала, что ты любишь меня. Это правда?