Обнаженная тьма - Елена Арсеньева

– А чего? – снова начал задираться «красный шарф».

– Душно здесь, а ему воздух нужен.

Вышли безропотно.

– Геля… а полное имя как?

– Гелий…

Голосок слабый, но выражение потного, бледного лица ужеосмысленное.

– Ух, какое красивое имя! Ну, Гелий, ты как себя чувствуешь?

– Получше.

– С тобой такое раньше бывало?

– Нет.

Глаза вильнули в сторону.

– Геля, да ладно тебе. Здесь же только ты да я. Я же сразупоняла, что у тебя малая эпилепсия.

Он прикусил губу, пробормотал невнятно:

– Ребятам не говорите. Скажут: припадочный, мол.

– А чтобы припадков не было, надо как минимум спатьнормально и питаться как следует. Пишу направление в больницу. Обследоватьсянадо. И еще на предмет сотрясения мозга: вон шишка какая. Для ребят будемупирать на эту шишку. А обморок, мол, от переутомления.

– Как у девчонки!

– Ты видел в жизни хоть одну девчонку, которая упала бы в обморок?!

Бледная улыбка:

– Не-а.

– И я не видела.

– «Скорая» приехала! – заглянул «красный шарф», а следомпоявилась женщина с неприветливым лицом, выражение которого странным образомсмягчилось при виде бледного Гелия.

«Можно спорить, у нее сын такой же», – подумала Александра,невольно улыбнувшись и пытаясь утихомирить сердце, которое вновь испуганнозапрыгало, когда открылась дверь.

Она совсем забыла про Ростислава. А сейчас Гелия увезут инадо будет выйти на крыльцо, возле которого он караулит. Не в окошко же бежать!

– Ну что, миленький? – по-матерински спросила докторша. –Поедем в больничку?

Гелий уныло кивнул.

– Мне надо брату сообщить. А то он волноваться будет.

– Из приемного покоя позвоним, – ласково утешила докторша. –Ты, главное, сам не волнуйся.

– Подвезите меня немножко! – вдруг осенило Александру. – Выв какую больницу едете, в Пятую градскую?

– Конечно.

– Подвезете?

– Да пожалуйста. Нет, ты не вставай! – Это адресовалосьГелию. – Ребята! Возьмите носилки в машине.

Александра торопливо переобулась, небрежно зашвырнула туфлив угол, натянула пальто. Парни – молодцы, быстро действуют! – прибежали смягкими носилками, осторожно переложили товарища.

– Я так и знал, что будет сотрясение, – авторитетно сказал«красный шарф». – Так башкой треснуться – это же ужас! А вы теперь чтоб жрали уменя, поняли? – Он грозно погрозил кулаком двум другим мальчишкам. – То им,блин, суп не нравится, то каша подгорела… А потом носи вас на носилках!

Докторша со «Скорой» и Александра разом поджали губы, чтобыне улыбнуться.

– Взяли! Пошли!

Александра запнулась на пороге, оглянулась. Откуда такоечувство, что она видит этот кабинетик в последний раз? Изрядно опостылевшие,крашенные бледно-голубой краской стены вдруг показались такими милыми, такимиродными!

Вышла на крыльцо, поддерживая свисающую с носилок головуГелия. Может, Ростислав ее не заметит? Может, вообще уже уехал?

Нет, вон он, черный джип с этим страшным номером. Затонированными стеклами не разглядишь, сидит кто-то в кабине или нет, ноАлександра поежилась: показалось, почувствовала убийственный взгляд Ростислава.Дверца приоткрыта… он здесь!

– Садитесь в кабину, если хотите, – сказала докторша. – Я смальчиком в салоне поеду, а то фельдшерицы нет.

Ну надо же, такое впечатление, что сегодня все доктораработают без помощников!

Наконец «Скорая» тронулась. Александра помахала ребятам,отступившим на обочину, и краем глаза успела заметить, что дверца джипазахлопнулась. Неужели Ростислав двинет следом?

– Пожалуйста, – умоляюще сказала Александра, – если вам неочень трудно, поехали по Алексеевской! Я сойду около «Рекорда». Очень васпрошу!

– Нет проблем! – пожал плечами симпатичный чуваш с узкимиглазами. – Это по пути. Сирену включать, Ольга Ивановна?

– Да ладно тебе ребенка пугать! – послышалось сзади.

Александра покосилась в боковое зеркало. Ничего не видно.Спросить водителя, не едет ли следом черный джип?

Прикусила губу. Господи, помоги! Какая глупость, какаяглупость вся эта история… какая мерзость! Почему Ростиславу непременно нужнобыло переспать с Александрой, прежде чем прикончить ее? Неужели так уж возжелалее еще там, в подвале, что не мог успокоиться? Помнится, она мечтала окаком-нибудь мужчине, который потерял бы из-за нее голову, начал преследоватьсвоими домогательствами… Ну и получи, фашист, гранату! Вон он – преследует! Наповороте она ухитрилась увидеть черный блестящий бок. Совсем рядом, гад!

– «Рекорд» по курсу. Где остановиться?

– Вон там, у входа. Спасибо, спасибо большое! Счастливо, Гелий,не голодай больше. До свидания, Ольга Ивановна!

Чуть «Скорая» притормозила, Александра выскочила прямо надорогу – и едва успела отпрянуть, вжаться в бок автомобиля: мимо, чудом незадев ее, пронесся черный джип.

Господи! Да он что, спятил?! На глазах у всех! Тут бы емуточно не отвертеться, посадили бы как пить дать!

Это непрошеное беспокойство о судьбе собственногонасильника, негодяя и подлеца, наполнило ее отвращением к себе. Нашла когожалеть! Вон как сердчишко колотится, готово выскочить. Со страху и умеретьнедолго! В точности как Карина…

Согнувшись от боли при этой мысли, неловко обежала «Скорую»,выскочила на тротуар – и как полоумная бросилась в объятия Влада, который совсех ног спешил к ней навстречу.

Влад стиснул ее, прижал к себе, прильнул щекой к щеке,Александра даже чувствовала, как вздрагивают его ресницы:

– Ну, слава богу! Я тут уже полчаса ошиваюсь, началбеспокоиться: вдруг этот гад откуда-то снова взялся и гоняется за вами.