Благородный воин - Джулия Гарвуд

– С какой стати ему меня бить? – удивилась сестра и потянула Томаса за собой.

– Дед сказал, что он может, – явно растерялся брат.

А Элслоу, сложив на груди руки, в это время наблюдал, как внук и внучка шли к замку. Когда они скрылись внутри, старик повернулся к стоявшему рядом барону и дал волю гневу.

– Что вы с ней сделали?

– Я? Что я с ней сделал? – Джеффри поразило, что сакс мог заподозрить именно его и решить, что зять способен причинить Элизабет боль. – Лучше спросите, что она со мной сотворила. Вот что я вам скажу, Элслоу. Если она продолжит в том же духе, я отправлюсь на тот свет задолго до появления на этот нашего первенца.

– Расскажите, что случилось, – попросил Элслоу. – Я заметил в ее глазах отчаяние, и это меня встревожило. Элизабет не из тех, кто легко сдается. Значит, кто-то ее сильно обидел.

– Она сама себя обижает, – огрызнулся Джеффри, раздраженный допросом. – Ринулась навещать Руперта, даже не думая об опасности…

– Конечно, не думая. Откуда ей было знать? – прервал его сакс. Джеффри зашагал к замку.

– Хорошо-хорошо, допустим: она не подозревала, что убийство – его рук дело. Но потом она прыгнула в озеро спасать вассала, а после этого имела наглость признаться, что не умеет плавать. Скажите, Элслоу, вы бы осудили меня, если бы я ее побил?

Старик догнал рыцаря и пошел с ним рядом.

– Я – нет, – покачал он головой. – Наверное, даже добавил бы от себя.

Мужчины переглянулись и расхохотались. Каждый из них понимал, что не способен поднять на Элизабет руку.

– Вот что вам еще следует знать, – посерьезнел барон. – Я обошелся с ней довольно сурово, даже обвинил в предательстве. И собираюсь держать в ежовых рукавицах, пока не образумится и не поймет, что такое дисциплина. Иного способа уберечь ее от неминуемой гибели я не вижу. Я не имею ни малейшего желания искать себе другую жену.

– Но ей все же удалось? – неожиданно спросил Элслоу.

– Что? – не понял барон.

– Спасти вассала.

– Удалось.

– Ни секунды в этом не сомневался. – Глаза у старика заблестели.

Джеффри раздраженно обернулся:

– Вы меня не поняли, старина.

– Прекрасно понял, – ухмыльнулся сакс. – Вы не довольны, что жена никак не образумится и не усвоит, что такое дисциплина.

– Не могу взять в толк, к чему вы клоните? – Джеффри подозрительно посмотрел на Элслоу.

– Необразумившаяся и не усвоившая дисциплины Элизабет сумела спасти вассалу жизнь.

– Элслоу, – возмутился барон, – не надо расставлять мне ловушки. Я беспокоюсь о вашей внучке и хочу научить ее осторожности.

– Уверен, вы будете действовать, как считаете нужным.

– Именно так, – подтвердил Джеффри и, успокаиваясь, добавил; – Хотя готов вам обещать, что не буду с ней груб. Переделывать чьи-то привычки – дело тонкое: чуть пережмешь и рискуешь сломить дух. А Элизабет привыкла обходиться без узды и совсем одичала. Этому надо положить конец.

– Мы обсуждаем мою внучку или одну из ваших лошадей? – Бровь старика насмешливо изогнулась, но барон пропустил колкость мимо ушей.

– Я буду поступать, как считаю нужным, – сухо ответил Джеффри. – Я не желаю ее терять.

У старого сакса хватило проницательности понять, что больше Джеффри ни с чем не согласится, и он, быстро переменив тему, стал расспрашивать о сражении с Рупертом.

На этот раз барон отвечал гораздо охотнее и подробно рассказал, в чем заключался замысел боя и чем завершилось сражение.

Старик внимательно слушал и наконец задал вопрос:

– Но теперь, когда Руперт мертв, как вам удастся доказать виновность Белвейна?

– Всех вероятностей я не учел, но не беспокойтесь, что-нибудь придумаю. Сейчас для меня самое главное – устроить Элизабет в новом доме.

– И когда же вы планируете отъезд?

– Хотел отправиться завтра, но потом решил, что жене нужен отдых. Кроме того, мне следует навестить Оуэна и рассказать о случившемся – просто отправить гонца неприлично. Значит, через десять – двенадцать дней.

– И вы по-прежнему собираетесь назначить меня опекуном Томаса?

– Да, с вами мальчику будет привычнее. Но вскоре мы за ним пришлем. А теперь выпейте со мной. Предлагаю тост за победу.

– С удовольствием. Но у меня есть еще один тост – за ваше будущее. Пусть исполнятся все ваши желания.