Черный, без сахара… - Ольга Горовая

И он отдавал себе отчет в том, что она скорее всего не обрадуется перспективе лечь в стационар. А значит, ему придется заставлять ее. Потому что законно положить Надю в больницу без согласия Тарас не имел права. Даже ради ее блага.

В этот момент он ненавидел и себя, и собственное безалаберное отношение к жизни, и наплевательское отношение к ситуации. Если бы Тарас не оказался настолько медлительным, если бы сам рассказал, сам ей все объяснил - ничего подобного не случилось бы.

Только вот, от всего его самоедства Наде легче не станет.

Врач все еще смотрел на него, ожидая ответа на свой вывод.

- Дайте нам минуту, - Тарас опять потер подбородок. - Я должен это все ей рассказать.

Доктор пожал плечами.

- Пожалуйста, только тут не о чем особо думать. Без надлежащего лечения болезнь может очень быстро прогрессировать.

- Я понял, - резко прервал он его. - Но я должен поговорить с ней.

Мужчина только кивнул. А Тарас вернулся в спальню и посмотрел на кровать.

Надя, наверно услышав шаги, немного приоткрыла веки и вопросительно посмотрела на него. Впрочем, Тарас не видел в ее серо-голубых глазах прощения.

А то, что он там наблюдал, ее боль и затуманенность взора из-за болезни - не оказывали никакого успокаивающего влияния на его совесть. Впрочем, разве Тарас это заслужил?

- Дайте нам минутку, - он повернулся к медсестре.

Женщина лет сорока-сорока пяти посмотрела на него без всякого выражения и молча вышла в коридор, о чем-то перекинувшись парой слов с врачом.

- Надь, - Тарас присел рядом с кроватью на корточки, так, чтобы их лица оказались вровень. - Милая, послушай меня, - она не хотела поворачиваться, он видел это в том, как Надя нахмурилась, понимал по тому, как поджались ее губы. Но все же, Надя скосила глаза. Возможно, не хотела лишний раз двигаться, чтобы не сдвинуть иглу капельницы в вене, а может просто не желала смотреть на того, кого считала обманщиком.

Тарас не считал себя в праве ее винить.

- Врач говорит, что тебе надо лечь в больницу, Надя, - он протянул руку и нежно погладил ее по щекам, понимая, что все внутри сжимается от страха за эту женщину. Он только нашел ее и не мог потерять свою Надю, не мог позволить никакой проклятой болезни забрать ее. - У тебя пневмония, и ситуация очень серьезная…

Надя хмыкнула. Но тут же закашлялась, и постаралась дышать мелкими, поверхностными вдохами. Скорее всего из-за боли.

Пресвятая Дева! Если бы он мог отдать ей свой воздух. Все что угодно, только бы ей не было больно и плохо. Пусть это все достанется ему. Но не Наде. Не женщине, которую Тарас успел так сильно полюбить!

Однако его молитва, видимо, не заслуживала рассмотрения после всего, что Тарас натворил, и именно Надя мучилась сейчас от лихорадки и боли, которая не давала ей вздохнуть полной грудью.

- Я не хочу в больницу, так не хочу, - жалобно просипела она. Не сопротивляясь. Скорее, почти умоляя. - Ну за что мне все это?! Почему опять и опять я?

Голос Нади звучал еле слышно, хрипло и так неразборчиво, то и дело прерываясь сиплым кашлем.

Но Тарасу казалось, что каждое слово, каждый тихий звук впивался в него, врезался в мышцы, в душу. Обвинял его.

Он сейчас все отдал бы, чтобы она не говорила с такой безнадежностью, с таким разочарованием и опустошением. Только что он мог?

Тарас обхватил ее щеки руками и прижался лбом к пылающему лбу Нади.

- Держись, милая, мы справимся, - он нежно коснулся ее кожи губами.

Хоть подозревал, что единственной причиной, по которой Надя позволила ему поступить так - это ее слабость.

А потом, резко встав, Тарас повернулся и пошел к врачу, успев все же заметить слезы, блестящие в глазах Нади.

Сколько она плакала из-за него? Он должен был ей за каждую слезинку. За столько всего, что и за жизнь не расплатиться. Но Тарас готов был посвятить каждый свой день именно тому, что выплачивать долг. Чтобы обожать ее и любить. Только бы Надя простила его. Или просто, позволила находиться рядом с нею.

- Есть ли хоть какой-то вариант, чтоб я мог оставить ее дома? - спросил он у врача. - Любой, лишь бы она не ехала в больницу?

Врач хмыкнул.

- Я так понимаю, что вы не имеете мед образования? - Тарас покачал головой. - Ей необходимо постоянное наблюдение в первое время. Антибиотики, средства, которые снимут интоксикацию, - начал перечислять врач, - и это все, учитывая ее состояние, лучше вводить внутривенно. Да и вообще, я не могу гарантировать, что ей не станет хуже, и лучше бы, чтобы рядом находилась реанимация.

- А если я найму кого-то? Если с ней будет врач или медсестра постоянно? - он понимал, что в попытке пойти навстречу желанию Нади может ошибиться, хватается за любую возможность. Но как Тарас мог не попытаться? Как мог не стараться дать ей все, что угодно, после того, что натворил и в чем считал себя виновным.

- Дело ваше, - доктор посмотрел на него, как на ненормального. - Но если вы не собираетесь ехать с нами, подпишите отказ, - он протянул ему заполненную карточку. - Таковы правила.

Тарас пробормотал слова, за которые отец Константин наложил бы на него суровое наказание и тяжело посмотрел на протянутый лист бумаги..

В этот момент опять зазвонил мобильный. Не его. И он, чертыхнувшись, посмотрел на дисплей, не понимая, кому так неймется. Хотя сам понимал, что просто тянет время.

Там светилось имя Лены.

Тарас поднял руку, извиняясь перед врачом, и поднял аппарат с пола, где тот лежал в распахнутой сумке. Очевидно, это именно она звонила все время, волнуясь о том, что же происходило с подругой.

- Да, - тяжело и резко ответил он в трубку.

- Тарас? - Лена удивилась. Но быстро сориентировалась. - Ты нашел ее? Почему вы не отвечаете, я уже раз тридцать звонила! Что там у вас. Дай мне Надю.

- Лен, она не может ответить. Черт! - Тарас взъерошил свои короткие волосы и отвернулся от врача и медсестры, которые явно давали понять ему, что не рады задержке. - Надя заболела, Лен.

На том конце связи повисло молчание.

- Что значит - заболела? - непонимающе переспросила Лена. - С ней же все нормально было, когда она звонила. Ну, кроме…, - она замолчала и шумно выдохнула. Наверное, как и он сам пыталась понять.

- Я знаю, Лен, - он вдавил кулак в стену. - Но сейча у нее температура тридцать девять и пять. А врач скорой, которую я вызвал, говорит, что у Нади пневмония. И ее надо в больницу ложить.

- Все так плохо? - Лена явно испугалась. А чем он мог ее успокоить?

- Не знаю, - Тарас прижался к кулаку лбом. - Только Надя так не хочет туда. А я… я так хотел бы дать ей все, что она попросит.

Лена помолчала пару мгновений. А потом резко ойкнула.