Весна художника - Анастасия Малышева

На заливе нам понравилось. Это я вам могу сказать со стопроцентной гарантией. Хотя, когда мы спустились к воде, стал виден наш очевидный промах в выборе одежды — Лена куталась в тонкую кофту и явно испытывала дискомфорт из-за довольно прохладного ветра. Недолго думая, я стащил свою толстовку и накинул ей на плечи. Волкова попыталась отказаться, но когда я вообще был послушен, если вопрос вставал о здоровье и безопасности моей подруги? Правильно — никогда.

Полтора часа пролетели, как один миг. Мы веселились и дурачились, словно снова стали детьми — беззаботными, желающими жить лишь тем мигом, что у нас был. Поиграли в догонялки — Лена безнадежно проигрывала, но иногда я всё же ей поддавался, чтобы она не сильно расстраивалась. По слегка влажному песку бегать было трудно даже мне — тренированному танцору, что уж тот говорить про мою нежную и хрупкую Лену?

Хотя, оказалось, что я её всё же недооценил. В какой-то момент, когда я, расслабившись и в душе уже празднуя победу, замешкался, маленький блондинистый смерч с боевым кличем запрыгнула мне на спину. От неожиданности не удержавшись на своих двоих, я упал на песок животом, негромко охнув при этом. Но этот звук всё равно потонул в довольном хохоте Елены, которая, оседлав меня, крикнула:

— Я выиграла! Ты теперь мой раб! Официально!

— Как будто раньше было иначе, — хмыкнул я, переворачиваясь на спину и чувствуя, как песчинки забиваются под футболку, царапая кожу.

Волкова, продолжая сидеть на мне, удивленно приподняла бровь:

— Ты был моим рабом? Черт, почему я раньше этого не знала?! Столько возможностей упустила!

Настал уже мой черед удивляться:

— Это каких же?

Мои руки при этом, словно против воли, скользнули на её обтянутые джинсовой тканью бедра, несильно их сжимая. Уж не знаю, что больше внушало смелость — безлюдный пляж, шумевшая где-то в стороне вода или же тот факт, что любимая девушка фактически меня оседлала, но все те заморочки по поводу слишком быстрого сближения и прочего отошли куда-то на второй план.

И, судя по всему, не у одного меня. Потому что, усмехнувшись, Лена повела плечиком, обтянутым тканью моей толстовки, и игривым тоном отозвалась:

— Кто знает. Список может быть обширным. Неизвестно, что могло бы родиться в моей голове, если бы мне дали волю.

Резко сев, я притянул Лену к себе и, шепнув в самые губы:

— Что-то вроде этого? — тут же накрыл их своими, тем самым лишая её возможности ответить.

Правда, Волкова всё равно это сделала, но без помощи слов. Обвив руками мои плечи, она с готовностью ответила на поцелуй, вкладывая в каждое движение губ столько чувств и эмоций, что у меня даже голова закружилась. Или же всё дело было в нехватке кислорода, поскольку, оказываясь каждый раз слишком близко к этой девушке, я забывал обо всем на свете, и необходимость дышать становилась каким-то пустяком, напрасной тратой времени.

К сожалению, всё хорошее имеет свойство заканчиваться. Резко прервав поцелуй и отстранившись — я по инерции потянулся за Леной, не имея ни малейшего желания останавливаться — девушка вскочила на ноги, и, задорно крикнув:

— Догони меня! — после чего рванула в сторону берега.

Мне ничего не оставалось, кроме как послушаться. И наши забавы продолжились. В какой-то момент я даже решился опробовать воду. Разувшись, я приблизился к воде и, чуть потоптавшись, хотел было сделать шаг, как мою руку обхватила маленькая женская ладонь. Подняв голову, я встретился с улыбающимися серыми глазами.