Счастье рядом - Аннэ Фрейтаг

Я еду в направлении Бари, пока Тесс спит на соседнем сиденье. Ее голова прислонилась к стеклу, за которым при лунном свете блестит море. Я бы с удовольствием разбудил ее, чтобы посмотреть на нее, но она дышит так спокойно, что я не осмеливаюсь.

Еще две недели назад я был совсем другим человеком. Я думал только о себе, потому что думать об Элис было слишком больно, а все остальные тоже думали только о себе. Я до сих пор помню, как спорил с мамой насчет ужина у семьи ван Кампен. Я не хотел идти. Мне не нужен был очередной вечер, на котором бы я чувствовал себя как единственное в жизни разочарование отца. Я и так это знаю. И все-таки я туда поехал. Но не могу сказать почему.

Это было всего лишь мгновение. Одно, которое поменяло все. Я никогда не думал, что можно полюбить кого-то так быстро. Если честно, я думал, мое сердце слишком искалечено, даже чтобы просто жить. Я думал, любовь – это иллюзия. Детская и переоцененная. Но если серьезно, любовь нельзя переоценить.

Я чувствую, как мои веки тяжелеют. Мне надо либо размяться, либо искать ночлег. Немного погодя я вижу заправку, съезжаю с автобана, нахожу место для парковки и глушу мотор. Я разглядываю лицо Тесс. Идеальной для этого момента была бы песня «Dream A Little Dream Of Me» группы The Mamas and The Papas. В своей голове я слышу эту мелодию, когда убираю с лица Тесс пряди волос и смотрю, как стекло потеет от ее теплого дыхания. Я беру телефон, аккуратно наклоняюсь над ней и рисую указательным пальцем сердечко на запотевшем стекле, а потом быстро делаю фотографию, пока сердечко не исчезло.

Еще пару минут я сижу рядом с ней и наконец выхожу из машины и потягиваюсь. Мое тело ужасно истощено, но мозг бодрствует. Он думает, думает и думает. Обо всем, о чем только можно. Об ужасной пустоте и онемении. Тесс скоро не будет рядом. Ни ее смеха, ни застенчивого взгляда. Ни запаха ее кожи. Все это перестанет существовать. Я не хочу думать об этом. Я хочу думать о другом. Но я не могу по-другому. Как будто Тесс заразила меня своими постоянными раздумьями. Я улыбаюсь сквозь слезы, которые выступают на глазах, и тихо открываю багажник. Горячие слезы стекают по лицу, пока я разбиваю наш лагерь. И пока аккуратно открываю пассажирскую дверь и несу Тесс назад. Когда я осторожно кладу ее и целую в щеку, она ненадолго открывает глаза. Она сонно смотрит на меня и тут же засыпает. Она жива. Как такое может произойти, что ее вдруг не станет? Я понимаю, что это так, но не могу осознать.

С того момента, когда Тесс мне сказала, что умрет, я пытаюсь взять себя в руки. Я пытаюсь не думать об этом и представляю, что это неправда. Но иногда, лишь иногда, карточный домик во мне рушится. И когда это происходит, слезы, которые я успешно скрывал в себе, выходят наружу. Иногда. Когда она спит или когда тишина занимает свое место в дневной суете.

Я достаю телефон из кармана и ввожу пароль. Потом открываю WhatsApp и нажимаю на наш с Моритцем чат.

Оскар Зальцман:

Мо, ты тут?

Долго ждать не приходится.

Моритц Ройс:

Да, тут. Все в порядке?

Оскар Зальцман:

Все не в порядке.

Моритц Ройс:

Настолько плохо?

Оскар Зальцман:

Я не знаю, как переживу это.

Моритц Ройс:

Я знаю, что от меня помощь так себе, но я буду рядом. Ты не должен проходить через все один. Ты знаешь это, не так ли?

Я вытираю внешней стороной ладони слезы, но тут же подступают следующие.

Оскар Зальцман:

Без тебя я никогда не справлюсь.

Вокруг гробовая тишина, и слышно только мои глухие всхлипывания.

Оскар Зальцман:

Я так люблю ее.

Моритц Ройс:

Я знаю.

Оскар Зальцман:

Все это так отвратительно…

Моритц Ройс:

Я могу что-то сделать?

Я замираю и смотрю на экран, а потом поворачиваюсь и разглядываю расслабленное лицо Тесс.

Оскар Зальцман:

Если так пойдет дальше, мне нужен будет кто-то, на кого я смогу все это обрушить.

Моритц Ройс: