Помолвлены понарошку - Лана Кохана

Мы покинули кладовую, и у меня хватило ума достать телефон, чтобы через его экран оценить, как я выгляжу. Один взгляд — и танкетки моих босоножек резко пустили корни в землю, препятствуя дальнейшему движению.

Волосы, еще утром лежавшие аккуратными локонами, больше напоминали ненавистный мне веник; щеки раскраснелись, как если бы я час просидела в парилке; а глаза блестели, словно после… Словно я выиграла миллион долларов.

Немного пригладила гнездо на голове, вернула на место перекосившийся чокер, но в остальном ситуация осталась по-прежнему безнадежной. Все точно поймут, чем мы там занимались. От меня невинностью и не пахнет.

Рука Бена обогнула мою талию и начала плавно продвигать обратно к беседке.

— Ты только взгляни на меня, — испуганно пищала я, — у меня на лице написано: «Грехопадение в кладовой».

— Моя ж ты грешница, — улюлюкал Бен. — Передвигай ногами, нам еще предстоит поддаться чревоугодию.

Я захныкала и постаралась использовать свои пятки в качестве тормоза, пока он продолжал двигать меня к родным.

— Ты хорошо выглядишь, Лоис, не переживай.

— А ты выглядишь слишком довольным.

Режим «параноик» активирован.

— Сделай грустные глаза и улыбку вон с лица!

И что он сделал вместо этого? Растянул губы пуще прежнего и… шлепнул меня по попе!

Не сказать, что это было неприятно, скорее до стыдного возбуждающе, но это не помешало мне возмутиться:

— А если кто-то увидит? — шипела и щурилась на мужчину, пряча прицельное место ладонями. Просто он так смотрел на мою филейную часть, что чуйка подсказывала: одним шлепком не ограничится.

Когда ликерные глаза все же соизволили вернуться к моему лицу, Бен пожал плечами:

— Я где-то читал, что жених имеет право на взаимодействие с попой невесты, а мы ведь помолвлены.

— Понарошку! — топнула уезжающей ногой я, но вкупе с шепотом выглядело это, должно быть, не так грозно, как мне бы хотелось.

— Ну разумеется, — ответил Бен таким тоном, которым заботливые родители подыгрывают малышне, когда те рассказывают сказки с собой в главной роли. — Топай, Лоис Лиз.

Попыхтеть как полагается мне тоже не дали — через мгновение мы уже вновь усаживались за стол. Роуз хрустнула яблоком, и этот звук отозвался эхом в моей голове.

Яблоки. Мы забыли про яблоки.

— Вы, видимо, забрели не в ту кладовую, — прошептал Зак мне на ухо.

Я сглотнула, стараясь натянуть лик Девы Марии на свою виноватую физиономию. Меня пугала перспектива того, что я могу найти на лице Зака. Отвращение, порицание, насмешку? Однако, когда решилась-таки обернуться к мужчине, он уже беседовал с женой.

Не успела я надумать лишнего — и заползти под стол с глаз долой — как ко мне обратился ледяной голос мистера Бенкса:

— Лоис.

Вот кто потушит мои горящие щеки!

— Я на днях встречался с вашим отцом. Вы знали, что мы с ним довольно близко общаемся? Впрочем, недостаточно близко, раз он ни разу не упоминал о вас до последнего разговора.

Потух не только румянец на моих щеках, но и надежда, что остаток этого дня пройдет без драмы. Я заерзала на скамейке.

— Не утолите мое любопытство, почему он узнал о вашей помолвке с моим сыном только три дня назад?

«Эм, — мысленно протянула я, — потому что я ему не сказала?»