Любимая ученица. Книга 4 - Диана Морьентес

- Прекрасно играешь! - хвалил Дима.

И было приятно. Дима в Наташиных глазах былполубогом, профессионалом с уникальным талантом, ведь две его короткометражкиуже выставлялись на нескольких престижных европейских конкурсах. А ведь Димаеще только студент! Она не успела познакомиться с ним в России, потому что уДимы нет времени, он всегда в движении, всегда чем-то занят. И Дима тонкийпсихолог, Наташа уяснила себе это еще в самолете.

- Твои родители знают, что ты гей? - спросилаона как-то вечерком за чашечкой горячего шоколада в местной кафешке послетрудного рабочего дня.

- Знают, - кивнул Дима, улыбнувшись ей. Онавпервые решилась задавать вопросы относительно его ориентации. Наташа почему-тосчитает, что для Димы это больная тема.

- И как они это воспринимают? - в Наташиныхглазах искрилось невыразимое сочувствие.

- Отец ждет, когда я 'выздоровею', а мама ужемного лет со мной не разговаривает.

Позже Наташа уже смелела все больше и больше. Авзаимные разговоры на такие личные темы неизбежно превращаются в дружбу. Житьна съемной квартире у Димы Наташа перешла на жестких условиях.

- Платить за квартиру буду я, потому что я и такза нее плачу, - разделял Дима обязанности по пальцам разных рук. - А ты будешьготовить, убирать, стирать, гладить... Раз ты замужняя девушка, значит, парнейводить не будешь, поэтому я вообще тебе и предлагаю жить со мной. Ты будешьспать в гостиной, а я в спальне, потому что я все-таки холост и, возможно,ночевать буду не один. Ну, а продукты покупать будем каждый за свои деньги, ктокакие хочет. Хотя я человек не жадный, если тебе понадобится что-то с моейполки в холодильнике - можешь брать. Согласна?

Наташа была согласна. Общежитие - место веселое,но жить там невозможно. Там свои требования, свой распорядок, а это то, с чемНаташа не может мириться. Дима же - вроде нее: творческий, расхлябанный.Впрочем, Наташа и не подозревала, что очередь в ванную и к зеркалу все равноостанется.

Для Наташи было большим откровением, что мужчин,выбирающих мужчин, вокруг нее не так уж и мало. Может, это именно здесь, воФранции, где более прогрессивные взгляды. Казалось, Диме нравились все подряд,и Наташа на всякий случай прятала от друга фотографию Макса.

* * *

Молодой информатик со своей влюбленностьюинтриговал Макса все больше и больше. Максим не спрашивал имени его пассии: нехотел быть в курсе настолько, но с увлечением включился в эту гонку запризраком. Предложил Сергею хитрый ход:

- Я могу на воспитании провести глобальныйпсихологический тест среди одиннадцатиклассников, тем более, это обоснованно:им же как раз сейчас надо определяться с выбором профессии и все такое. И этоттест будет полезен и им, и тебе. Ты потом придешь ко мне, найдешь тест своейлюбимой и посмотришь результаты: насколько она зрелая личность, какие у неесклонности, что она думает о любви, о дружбе... Надо поразмыслить, какиевопросы туда включить. Обычно в подобных тестах очень много тем для обсуждения.А ты изучишь ее ответы и сделаешь вывод, подходите ли вы друг другу. А то,может, и не стоит начинать какие-то личные отношения. Я тебя, конечно, понимаю:попал в оранжерею, вокруг такие прелестные цветочки, смеются, кокетничают - какне влюбиться! Но ты-то человек взрослый, а взрослым полагается сначала всехорошенько обдумать.

Вживался в Сережину любовь и понимал: сам-тоничем от него не отличался! Ну, разве только смелостью, своей и Наташиной.Точно так же украдкой выяснял у Андрея любую информацию о девчонке, ужасножаждал услышать, что он ей нравится... Оказывал ей маленькие знаки внимания -довольно детские, чтобы она могла адекватно их воспринять. А впервыепроцеловавшись с ней едва ли не всю ночь, несколько следующих дней боялсявзглянуть ей в глаза. Так волновался, видя ее в коридоре школы, что мог толькоробко сказать ей: 'Привет'... 'Привет' - своей ученице в присутствии ееодноклассников, которым только что ответил: 'Здравствуйте'!

С первого поцелуя понял, что она за птица.Во-первых, не постеснялась попросить, чтобы он обнял ее крепче, а позже и вовсевзяла поцелуи под свой контроль - следовательно, эта девушка всегда подскажет,как сделать ей приятней, и любой мужчина будет с ней чувствовать себя уверенно.Во-вторых, сразу после поцелуя призналась, что ей понравилось, даже сделалакомплимент - что тоже мужчинам очень необходимо. А в-третьих, КАК целовалась!Если у этой девочки врожденные инстинкты ТАКИЕ, то что же будет, если немногоразвить ее чувственность? Это было так приятно, что, пообещав больше этого неделать, уже через полчаса Макс не сдержался. Цепная реакция: возможностьощутить ее губы порождала желание доставить ей ответное удовольствие.

Этот Сергей Александрович - подлое испытаниеМаксимовых чувств к Наташе! Как велико сейчас искушение позвонить ей ипотребовать вернуться в Сочи! С каким нетерпением ждутся ее каникулы, когда онснова сможет свихнуться в восторге от обладания ею! Из-за чего это? Неужелисердце так чутко воспринимает расстояние между Сочи и Парижем? Ведь Сочи-Москвабыло вполне терпимо. Или эта любовь с ее вторым дыханием - результат летнихсобытий, хорошего и плохого, пережитого вместе?

Телефонные переговоры с Францией оказалисьвесьма дорогим удовольствием. Наташа за них платить не хотела: стипендия ейнужна на то, чтобы жить, а не болтать по телефону. Хоть ее стипендия инесравнима с российской, но ведь и цены в магазинах вполне себе европейские.Максим звонил бы сам, но - некуда. Даже ее сотовый почти всегда выключен. Иразница во времени два часа... Вот и оставался только Интернет.

'Малышка, я безумно по тебе скучаю, - сочинялМакс очередное письмо. - Просыпаюсь - один. Сразу отпадает всякое желаниеначинать этот день. Так хочется потереться носом о твою щечку, укусить твоемаленькое ушко, поиграться с твоими волосами... О том, что люблю тебя, сказатьсловами, а не нажимать молча на клавиши. Скоро 'экватор', да? После Нового Годаможно начинать обратный отсчет, убеждая себя, что осталось меньше времени, чемуже прошло. Не знаю только, доживу ли я до Нового года, или однажды утромпросто не захочу просыпаться... Я люблю тебя.'

* * *

4, Avenue de l'Europe

94366 Paris

France

Максим держал в руках бумажку с адресомзарубежного института, накарябанным изумительно-паршивым Наташиным почерком.'Где буду жить, я точно не знаю, но когда узнаю, сообщу'. Она сообщала только вкрасочных эмоциях по Интернету безо всяких конкретных названий и номеров, даему и бесполезен ее точный адрес. Она ТАМ, и этим все сказано. И пересматривалпо сотому разу фотографии с видами Парижа и Наташи на фоне чужой европейскойстраны. Она много снимает там, а потом, проявив и напечатав, пересылает попочте в заказном конвертике пачки впечатлений. Максиму уже кажется, что оннаизусть знает и Париж, и пригород, где Она живет. И Эйфелеву башню видел, ибулочную возле ее дома с толстым улыбчивым пекарем, и узенькие каменныепереулочки исторического центра, и людей, которые Ее окружают. Его девочка. Ужепочти настоящая француженка: по крайней мере, стереотипную француженку Максимпредставляет именно такой, худенькой и ухоженной брюнеткой.